Читаем Троян полностью

Пару минут хозяин и, невесть откуда взявшийся человек, оторопело смотрели друг на друга. Один припоминал, что дверь в кабинет, он лично закрыл на ключ изнутри и мученически соображал – не сон ли это. А если это не сон, как этот посторонний человек попал сюда?

Второй, идентифицировав характерную внешность Нобелевского лауреата, переосмысливал ситуацию, в которой оказался.

– Кто вы? – первым прервал молчание профессор.

– Судя по всему, я пришелец из вашего будущего…точнее из 1968 года, господин Эйнштейн, – ответил гость, первым сообразив в чём дело.

– Никогда не думал о будущем. Оно всегда приходило само. Правда, не в столь явной форме, – с юмором отреагировал учёный, – Что произошло с Вами? Как вы оказались здесь?

– Пентагон проводил эксперимент. Подобно Филадельфийскому. Только с применением современных средств генерирования энергии, – ответил гость.

Снова воцарилось молчание. Оба с трудом осознавали происходящее.

– Как Ваше имя? – осведомился хозяин, – Моё вы знаете.

– При рождении был назван Юрием. Рабочее имя в США – Роберт Рэй. Агентурный псевдоним – Троян. Выбирайте любое, сэр, – ответил пришелец.

– Вы русский? – с удивлением воскликнул Эйнштейн.

– Я – советский разведчик-нелегал, – объявил гость.

– Вот это номер! Что же, молодой человек, вы тайно следили за мной? Как давно, хотелось бы знать, и с какой целью?.. Впрочем, ваши намерения вполне очевидны, а стремления понятны… Жаль! Очень жаль! Я уже готов был поверить, что вы человек из будущего, но теперь, когда выяснилось, что имею дело с банальным шпионом, я откровенно разочарован, – с досадой констатировал Эйнштейн.

На минуту гость озадачился, но быстро сообразил, что делать. Достал из кармана паспорт и долларовые купюры.

– Что вы делаете? Зачем это? – удивился учёный, когда Роберт Рэй протянул ему деньги и свои документы.

– Обратите внимание на год, – объяснил Троян.

– 1962, 1967, 1969, – прочёл даты на долларах Эйнштейн. Повертев в руках паспорт Роберта Рея, отметил дату выдачи – 13 августа 1955 года. В недоумении потёр лоб. Помолчав немного, спросил, – Хотите перекусить, господин Рей?

– 

Спасибо, буду очень признателен.

Эйнштейн позвонил в колокольчик. Никто не ответил. Шаркающей походкой он доковылял до двери. Убедившись, что всё это время замок был заперт, повернул ключ и велел принести кофе с печеньем.

– Расскажите о себе и о том, как попали сюда, – попросил он.

– Я родился в 1932 году в СССР, на Южном Урале, в городе Челябинске. Окончил Московский государственный технический университет имени Баумана по специальности радиоэлектроника. После первого курса дал согласие работать на спецслужбы Советского Союза. Внедрён на территорию США в августе 1955 года, – пояснил Троян, –

– В моей реальной жизни я приехал в Америку на полгода позже сегодняшней даты. 21 сентября 1968 года ВМС США, совместно с компанией Х&P, в которой я имею честь трудиться, проводился эксперимент «Феномен», целью которого являлась телепортация, как способ боевой маскировки кораблей. Предполагаю, что влияние электромагнитного поля оказалось значительно мощнее расчётного, и я был втянут в чёрную дыру искривленного пространства и времени.

– Где вы находились во время эксперимента? – спросил учёный.

– На пристани. В центре управления. В полумиле от корабля, на котором были установлены источники энергии, – уточнил Троян.

– Что вы почувствовали в момент перехода из одной реальности в другую? – с любопытством спросил Эйнштейн.

– Ничего. Ровным счётом ничего. Когда прозвучала команда «старт». Я зажмурился, а когда открыл глаза, то увидел вас, сбрасывающим в огонь свои рукописи, – рассказал Троян.

– Зачем Пентагону понадобились новые жертвы? – глядя внимательно в глаза собеседнику спросил Эйнштейн, – Судя по тому, что вы здесь, точной формулы, описывающей зависимость искривления пространства от мощности энергии у Пентагона, не было. Филадельфийский эксперимент ясно показал, что без формулы любые попытки проникнуть в параллельные миры равносильны тыканию пальцем в небо. Вам ещё повезло. Вас отбросило только на пятнадцать лет назад. Все, кто находился в эпицентре электромагнитного поля, менее удачливы. Они улетели значительно дальше во времени и пространстве. Например, в средние века. Они вряд ли попадут в свою реальность. Не доживут.

– Почему? – спросил Троян и, с ужасом переспросил, – А я? Когда я смогу вернуться?

– Всё непременно возвращается на круги своя. Каждый момент бытия будет повторен бесконечное количество раз…Фактор гравитации…Сколько времени я потратил, чтобы понять её роль в телепортации! А это, между прочим, возможность возврата плотной материи в исходную точку…, – туманно изрёк Эйнштейн, и, понимая, что собеседник ожидает от него не философских размышлений, а конкретного ответа, продолжил свою мысль, –Сложно сказать, сэр. Точнее невозможно. Я не знаю формулы, которой руководствовался Пентагон, когда решил снова побаловаться с опытами по телепортации. Вас может «втянуть» обратно в любую минуту. Равно как и придётся ждать этого события естественным ходом времени. То есть пятнадцать лет.

Перейти на страницу:

Все книги серии «Позывной «Ласточка»

Похожие книги

Список убийств
Список убийств

У руководства США существует сверхсекретный список, в который занесены самые опасные террористы и убийцы. Все эти нелюди, попавшие в список, должны быть уничтожены при первой же возможности. И название ему — «Список убийств». А в самом начале этого документа значится имя Проповедник. Его личность — загадка для всех. Никто не знает, где он находится и как его искать. Своими пламенными речами на чистом английском языке, выложенными в Интернете, Проповедник призывает молодых мусульман из американских и английских анклавов безжалостно убивать видных, публичных иноверцев — а затем принимать мученическую смерть шахида. Он творит зло чужими руками, сам оставаясь в тени. Но пришла пора вытащить его из этой тени и уничтожить. Этим займется ведущий специалист в области охоты на преступников. И зовут его Ловец…

Фредерик Форсайт

Детективы / Политический детектив / Политические детективы
Тень гоблина
Тень гоблина

Политический роман — жанр особый, словно бы «пограничный» между реализмом и фантасмагорией. Думается, не случайно произведения, тяготеющие к этому жанру (ибо собственно жанровые рамки весьма расплывчаты и практически не встречаются в «шаблонном» виде), как правило, оказываются антиутопиями или мрачными прогнозами, либо же грешат чрезмерной публицистичностью, за которой теряется художественная составляющая. Благодаря экзотичности данного жанра, наверное, он представлен в отечественной литературе не столь многими романами. Малые формы, даже повести, здесь неуместны. В этом жанре творили в советском прошлом Савва Дангулов, Юлиан Семенов, а сегодня к нему можно отнести, со многими натяжками, ряд романов Юлии Латыниной и Виктора Суворова, плюс еще несколько менее известных имен и книжных заглавий. В отличие от прочих «ниш» отечественной литературы, здесь еще есть вакантные места для романистов. Однако стать автором политических романов объективно трудно — как минимум, это амплуа подразумевает не шапочное, а близкое знакомство с изнанкой того огромного и пестрого целого, что непосвященные называют «большой политикой»…Прозаик и публицист Валерий Казаков — как раз из таких людей. За плечами у него военно-журналистская карьера, Афганистан и более 10 лет государственной службы в структурах, одни названия коих вызывают опасливый холодок меж лопаток: Совет Безопасности РФ, Администрация Президента РФ, помощник полномочного представителя Президента РФ в Сибирском федеральном округе. Все время своей службы Валерий Казаков занимался не только государственными делами, но и литературным творчеством. Итог его закономерен — он автор семи прозаико-публицистических книг, сборника стихов и нескольких циклов рассказов.И вот издательство «Вагриус Плюс» подарило читателям новый роман Валерия Казакова «Тень гоблина». Книгу эту можно назвать дилогией, так как она состоит из двух вполне самостоятельных частей, объединенных общим главным героем: «Межлизень» и «Тень гоблина». Резкий, точно оборванный, финал второй «книги в книге» дает намек на продолжение повествования, суть которого в аннотации выражена так: «…сложный и порой жестокий мир современных мужчин. Это мир переживаний и предательства, мир одиночества и молитвы, мир чиновничьих интриг и простых человеческих слабостей…»Понятно, что имеются в виду не абы какие «современные мужчины», а самый что ни на есть цвет нации, люди, облеченные высокими полномочиями в силу запредельных должностей, на которых они оказались, кто — по собственному горячему желанию, кто — по стечению благоприятных обстоятельств, кто — долгим путем, состоящим из интриг, проб и ошибок… Аксиома, что и на самом верху ничто человеческое людям не чуждо. Но человеческий фактор вторгается в большую политику, и последствия этого бывают непредсказуемы… Таков основной лейтмотив любого — не только авторства Валерия Казакова — политического романа. Если только речь идет о художественном произведении, позволяющем делать допущения. Если же полностью отринуть авторские фантазии, останется сухое историческое исследование или докладная записка о перспективах некоего мероприятия с грифом «Совершенно секретно» и кодом доступа для тех, кто олицетворяет собой государство… Валерий Казаков успешно справился с допущениями, превратив политические игры в увлекательный роман. Правда, в этом же поле располагается и единственный нюанс, на который можно попенять автору…Мне, как читателю, показалось, что Валерий Казаков несколько навредил своему роману, предварив его сакраментальной фразой: «Все персонажи и события, описанные в романе, вымышлены, а совпадения имен и фамилий случайны и являются плодом фантазии автора». Однозначно, что эта приписка необходима в целях личной безопасности писателя, чья фантазия парит на высоте, куда смотреть больно… При ее наличии если кому-то из читателей показались слишком прозрачными совпадения имен героев, названий структур и географических точек — это просто показалось! Исключение, впрочем, составляет главный герой, чье имя вызывает, скорее, аллюзию ко временам Ивана Грозного: Малюта Скураш. И который, подобно главному герою произведений большинства исторических романистов, согласно расстановке сил, заданной еще отцом исторического жанра Вальтером Скоттом, находится между несколькими враждующими лагерями и ломает голову, как ему сохранить не только карьеру, но и саму жизнь… Ибо в большой политике неуютно, как на канате над пропастью. Да еще и зловещая тень гоблина добавляет черноты происходящему — некая сила зла, давшая название роману, присутствует в нем далеко не на первом плане, как и положено негативной инфернальности, но источаемый ею мрак пронизывает все вокруг.Однако если бы не предупреждение о фантазийности происходящего в романе, его сила воздействия на читателя, да и на правящую прослойку могла бы быть более «убойной». Ибо тогда смысл книги «Тень гоблина» был бы — не надо считать народ тупой массой, все политические игры расшифрованы, все интриги в верхах понятны. Мы знаем, какими путями вы добиваетесь своих мест, своей мощи, своей значимости! Нам ведомо, что у каждого из вас есть «Кощеева смерть» в скорлупе яйца… Крепче художественной силы правды еще ничего не изобретено в литературе.А если извлечь этот момент, останется весьма типичная для российской актуальности и весьма мрачная фантасмагория. И к ней нужно искать другие ключи понимания и постижения чисто читательского удовольствия. Скажем, веру в то, что нынешние тяжелые времена пройдут, и методы политических технологий изменятся к лучшему, а то и вовсе станут не нужны — ведь нет тьмы более совершенной, чем темнота перед рассветом. Недаром же последняя фраза романа начинается очень красиво: «Летящее в бездну время замедлило свое падение и насторожилось в предчувствии перемен…»И мы по-прежнему, как завещано всем живым, ждем перемен.Елена САФРОНОВА

Валерий Николаевич Казаков

Детективы / Политический детектив / Политические детективы