Читаем Троян полностью

Алан Дарк приехал заранее, чтобы осмотреться на месте. На пересечении улиц 13 и 19 авеню он ожидал Ребекку в пикапе, на парковке фермерского магазина. До встречи оставалось чуть более четверти часа.

За три месяца он неплохо изучил свою осведомительницу и мог предположить, как она поведёт себя на этот раз. Конечно, будет отказываться от поручения. Потом согласится: более лёгкого способа заработать у неё просто нет, а деньги ей очень нужны.

Но не в этом суть, другое волновало Алана Дарка: Ребекка Кейдж, не обученная элементарным навыкам спецслужб, могла провалить всю игру – один неверный шаг и она в застенках ФБР. Первый, кого она выдаст был он. Но другого выхода не было. Её кандидатура не имела альтернативы.

Оказавшись в салоне пикапа, Ребекка едва узнала своего куратора в сидевшем за рулём ковбое, с усами, бородой, в кожаной широкополой шляпе. Она привыкла, что всегда он выглядел как офисный служащий квартала Манхэттен: в костюме и обуви от Каролины Эрреры, Оскара де ла Рента, Кельвина Кляйна, тщательно выбритый и постриженный по последней моде.

С удивлением разглядывая его, она передала свежие материалы, добытые в Х&P. Он принял их и убрал в сумку.

– Вам надлежит сделать оттиски ключей от замков дверей служебного хода офиса Х&P и кабинета Макса Хьюла и Дэвида Парка, – объявил Алан новое задание, с готовностью ожидая привычной реакции отрицания.

Брови у Ребекки взмыли вверх, глаза округлились.

– Ключ от помещений учредителей мне не доступен, – жёстко парировала она.

– А как же вы делаете там уборку? – поинтересовался куратор.

– Дверь открывает и запирает охранник, – Проникнуть в святая-святых хозяев постороннему нет никакой возможности.

– А не постороннему? – улыбнулся Алан.

Ребекка смутилась, покраснела и неуверенно произнесла:

– Наверное, ключ можно похитить…

– В случае, если вы согласитесь сделать это, ваш заем будет полностью погашен, – заявил куратор, глядя на осведомительницу.

Она замялась, её лицо побледнело, руки задрожали.

– Я получу сумму, эквивалентную стоимости всех моих обязательств перед банком? – с надеждой уточнила она.

– Да. За оттиск двух ключей: от служебного входа и кабинета владельцев, – уточнил куратор.

Выбор был непростым. Женщина вполне осознавала сложность и опасность задачи. В тоже время, другой возможности быстро избавиться от долгов у неё не было.

– Предположим, я согласна, – дрогнувшим голосом объявила она, – Но как это сделать? Может быть, у вас есть какой-то хитрый план?

«Как это по-американски! Тут же поинтересоваться планом!», – отметил про себя Алан и сказал:

– Вы получите небольшое взрывное устройство с таймером, в форме шариковой ручки. Вставите его в розетку. Условно, через два часа произойдёт короткое замыкание в электросети, с последующим возгоранием. Охрана побежит тушить пожар, оставив свой пост без присмотра. У вас появится возможность снять оттиск с ключей.

– А если они обнаружат устройство до того, как оно сработает? – озадачилась женщина.

– Неужели служба безопасности каждый раз после вашей уборки проверяет все розетки? – недоверчиво уточнил Алан.

– Нет, конечно. Вряд ли вообще кто-либо обращает на них внимание, – подтвердила осведомительница, и, думая о чём-то о своём, произнесла, – В случае, если они найдут ручку с таймером после пожара?

– За это не переживайте! Спецсредство бесследно самоликвидируется, как только сделает своё дело, – заверил собеседник.

– Подозрение всё равно может пасть на меня! Могут предъявить, что именно я последней покинула офис, который, в скором времени, загорелся! – терзалась в сомнениях Ребекка.

– Вы же сами только что сказали, что запирает двери и сдаёт помещения на сигнализацию служба безопасности?! – удивился Алан, – Не так ли?

– Да, но где гарантия, что на пожар побегут оба охранника…, Второй вполне может остаться на посту… В случае, если вахта будет под присмотром, я не смогу снять оттиск! – усомнилась Ребекка.

– Очень жаль, мадам, что вы столь невнимательно изучили инструкции вашей фирмы, которые обязывают каждого сотрудника внутренней службы безопасности, без исключения, максимально предпринимать все возможные меры для локализации пожара, или иного бедствия, до приезда спасателей, – пояснил Алан.

Установилась пауза. Женщина мученически пыталась найти новые уязвимости.

– Сотрудников Х&P досматривают на выходе из здания. В случае, если у меня обнаружат оттиски ключей, я сразу попаду за решётку! – высказала очередное опасение Ребекка.

– Как вы думаете, вызовет ли подозрение обычная пудреница? –куратор протянул ей блестящую плоскую коробочку.

Ребекка взяла прелестную вещицу, и, повертев её в руках, открыла.

– Пахнет изумительно…Louis Vuitton, – прочла она на крышке, – только зачем она мне, я не использую такого рода косметику…

– Это не имеет, ровным счётом, никакого значения, – объяснил куратор, – Пудреница – вещь двойного назначения, у которой имеется скрытая полость, натёртая воском. Вам легко будет сделать слепок. Попробуйте, пожалуйста, мэм, нажать на крышку пудреницы, в центр гравировки.

Перейти на страницу:

Все книги серии «Позывной «Ласточка»

Похожие книги

Список убийств
Список убийств

У руководства США существует сверхсекретный список, в который занесены самые опасные террористы и убийцы. Все эти нелюди, попавшие в список, должны быть уничтожены при первой же возможности. И название ему — «Список убийств». А в самом начале этого документа значится имя Проповедник. Его личность — загадка для всех. Никто не знает, где он находится и как его искать. Своими пламенными речами на чистом английском языке, выложенными в Интернете, Проповедник призывает молодых мусульман из американских и английских анклавов безжалостно убивать видных, публичных иноверцев — а затем принимать мученическую смерть шахида. Он творит зло чужими руками, сам оставаясь в тени. Но пришла пора вытащить его из этой тени и уничтожить. Этим займется ведущий специалист в области охоты на преступников. И зовут его Ловец…

Фредерик Форсайт

Детективы / Политический детектив / Политические детективы
Тень гоблина
Тень гоблина

Политический роман — жанр особый, словно бы «пограничный» между реализмом и фантасмагорией. Думается, не случайно произведения, тяготеющие к этому жанру (ибо собственно жанровые рамки весьма расплывчаты и практически не встречаются в «шаблонном» виде), как правило, оказываются антиутопиями или мрачными прогнозами, либо же грешат чрезмерной публицистичностью, за которой теряется художественная составляющая. Благодаря экзотичности данного жанра, наверное, он представлен в отечественной литературе не столь многими романами. Малые формы, даже повести, здесь неуместны. В этом жанре творили в советском прошлом Савва Дангулов, Юлиан Семенов, а сегодня к нему можно отнести, со многими натяжками, ряд романов Юлии Латыниной и Виктора Суворова, плюс еще несколько менее известных имен и книжных заглавий. В отличие от прочих «ниш» отечественной литературы, здесь еще есть вакантные места для романистов. Однако стать автором политических романов объективно трудно — как минимум, это амплуа подразумевает не шапочное, а близкое знакомство с изнанкой того огромного и пестрого целого, что непосвященные называют «большой политикой»…Прозаик и публицист Валерий Казаков — как раз из таких людей. За плечами у него военно-журналистская карьера, Афганистан и более 10 лет государственной службы в структурах, одни названия коих вызывают опасливый холодок меж лопаток: Совет Безопасности РФ, Администрация Президента РФ, помощник полномочного представителя Президента РФ в Сибирском федеральном округе. Все время своей службы Валерий Казаков занимался не только государственными делами, но и литературным творчеством. Итог его закономерен — он автор семи прозаико-публицистических книг, сборника стихов и нескольких циклов рассказов.И вот издательство «Вагриус Плюс» подарило читателям новый роман Валерия Казакова «Тень гоблина». Книгу эту можно назвать дилогией, так как она состоит из двух вполне самостоятельных частей, объединенных общим главным героем: «Межлизень» и «Тень гоблина». Резкий, точно оборванный, финал второй «книги в книге» дает намек на продолжение повествования, суть которого в аннотации выражена так: «…сложный и порой жестокий мир современных мужчин. Это мир переживаний и предательства, мир одиночества и молитвы, мир чиновничьих интриг и простых человеческих слабостей…»Понятно, что имеются в виду не абы какие «современные мужчины», а самый что ни на есть цвет нации, люди, облеченные высокими полномочиями в силу запредельных должностей, на которых они оказались, кто — по собственному горячему желанию, кто — по стечению благоприятных обстоятельств, кто — долгим путем, состоящим из интриг, проб и ошибок… Аксиома, что и на самом верху ничто человеческое людям не чуждо. Но человеческий фактор вторгается в большую политику, и последствия этого бывают непредсказуемы… Таков основной лейтмотив любого — не только авторства Валерия Казакова — политического романа. Если только речь идет о художественном произведении, позволяющем делать допущения. Если же полностью отринуть авторские фантазии, останется сухое историческое исследование или докладная записка о перспективах некоего мероприятия с грифом «Совершенно секретно» и кодом доступа для тех, кто олицетворяет собой государство… Валерий Казаков успешно справился с допущениями, превратив политические игры в увлекательный роман. Правда, в этом же поле располагается и единственный нюанс, на который можно попенять автору…Мне, как читателю, показалось, что Валерий Казаков несколько навредил своему роману, предварив его сакраментальной фразой: «Все персонажи и события, описанные в романе, вымышлены, а совпадения имен и фамилий случайны и являются плодом фантазии автора». Однозначно, что эта приписка необходима в целях личной безопасности писателя, чья фантазия парит на высоте, куда смотреть больно… При ее наличии если кому-то из читателей показались слишком прозрачными совпадения имен героев, названий структур и географических точек — это просто показалось! Исключение, впрочем, составляет главный герой, чье имя вызывает, скорее, аллюзию ко временам Ивана Грозного: Малюта Скураш. И который, подобно главному герою произведений большинства исторических романистов, согласно расстановке сил, заданной еще отцом исторического жанра Вальтером Скоттом, находится между несколькими враждующими лагерями и ломает голову, как ему сохранить не только карьеру, но и саму жизнь… Ибо в большой политике неуютно, как на канате над пропастью. Да еще и зловещая тень гоблина добавляет черноты происходящему — некая сила зла, давшая название роману, присутствует в нем далеко не на первом плане, как и положено негативной инфернальности, но источаемый ею мрак пронизывает все вокруг.Однако если бы не предупреждение о фантазийности происходящего в романе, его сила воздействия на читателя, да и на правящую прослойку могла бы быть более «убойной». Ибо тогда смысл книги «Тень гоблина» был бы — не надо считать народ тупой массой, все политические игры расшифрованы, все интриги в верхах понятны. Мы знаем, какими путями вы добиваетесь своих мест, своей мощи, своей значимости! Нам ведомо, что у каждого из вас есть «Кощеева смерть» в скорлупе яйца… Крепче художественной силы правды еще ничего не изобретено в литературе.А если извлечь этот момент, останется весьма типичная для российской актуальности и весьма мрачная фантасмагория. И к ней нужно искать другие ключи понимания и постижения чисто читательского удовольствия. Скажем, веру в то, что нынешние тяжелые времена пройдут, и методы политических технологий изменятся к лучшему, а то и вовсе станут не нужны — ведь нет тьмы более совершенной, чем темнота перед рассветом. Недаром же последняя фраза романа начинается очень красиво: «Летящее в бездну время замедлило свое падение и насторожилось в предчувствии перемен…»И мы по-прежнему, как завещано всем живым, ждем перемен.Елена САФРОНОВА

Валерий Николаевич Казаков

Детективы / Политический детектив / Политические детективы