Читаем Новый Раскольников полностью

ты ещё не пришла, а я вот давно ужеприпёрся, разделся и рассекаю тут неглиже,ожидая тебя, выгляжу как дурак.ты скажешь, что сроду так, но это не так.я умён и наг, и, можно сказать, красив.выражаюсь гладко, внятно, без инвектив.перед тем как сказать, думаю что сказать. —твою маму вполне бы устроил подобный зять.мы бы жили с тобою в городе, где река,закованная в гранитные берега,неспешно несёт свои воды в финский залив,иногда я почти уверен, что «we will live»с тобой под одною крышей, являя собой семью,долго и счастливо… об этом-то и поювот уже девять лет почти в пустоте, вотще.жаль, что ты не пришла, и вряд ли придёшь вообще.

Боязнь замкнутого пространства

И вот мне приснилось, что сердце моё не болит.

Н. Гумилёв

В глазах у встречного мента —Томленье и тоска.В метро — тщета и суета.И грань весьма тонка,Что отделяет бытиёОт тени бытия.Тут одиночество — твоё.И суета — твоя.В туннель уходят поезда,Скрываясь в темноте.И всякий, кто попал сюда,Напоминает тень.Въезжая в непроглядный мрак,За окнами — свинец,Вдруг понимаешь — всё не так,Ты сам — почти мертвец.В себя приходишь, только лишьВыныривая наПоверхность. — Небо, контур крышИ, вроде как, весна.И кажется, что мир — другой.И ты — живой на вид.И колокольчик под дугой.И сердце — не болит.

фрагментик

…а по утрам они просыпались сами,переговаривались простуженными голосами,любили друг друга, потом курили в постели,разглядывали заоконные акварели.той зимою смеркалось рано, уже в четырестановилось всё расплывчатым в этом мире.люди, дома, деревья, площадь у рынкаподёрнуты были сиреневой, сизой дымкой.той зимою не было солнца, но было небо,заполнявшее этот город так, что где быни находились бы мы с тобою, всегда казалось,что нас отделяет от неба всего лишь малость.

отворот (заговор от тоски)

Перейти на страницу:

Похожие книги

Испанский театр. Пьесы
Испанский театр. Пьесы

Поэтическая испанская драматургия «Золотого века», наряду с прозой Сервантеса и живописью Веласкеса, ознаменовала собой одну из вершин испанской национальной культуры позднего Возрождения, ценнейший вклад испанского народа в общую сокровищницу мировой культуры. Включенные в этот сборник четыре классические пьесы испанских драматургов XVII века: Лопе де Вега, Аларкона, Кальдерона и Морето – лишь незначительная часть великолепного наследства, оставленного человечеству испанским гением. История не знает другой эпохи и другого народа с таким бурным цветением драматического искусства. Необычайное богатство сюжетов, широчайшие перспективы, которые открывает испанский театр перед зрителем и читателем, мастерство интриги, бурное кипение переливающейся через край жизни – все это возбуждало восторженное удивление современников и вызывает неизменный интерес сегодня.

Хуан Руис де Аларкон , Агустин Морето , Педро Кальдерон де ла Барка , Лопе де Вега , Лопе Феликс Карпио де Вега , Педро Кальдерон , Хуан Руис де Аларкон-и-Мендоса

Драматургия / Поэзия / Зарубежная классическая проза / Стихи и поэзия
Песни
Песни

В лирических произведениях лучших поэтов средневекового Прованса раскрыт внутренний мир человека эпохи, который оказался очень далеким от господствующей идеологии с ее определяющей ролью церкви и духом сословности. В произведениях этих, и прежде всего у Бернарта де Вентадорна и поэтов его круга, радостное восприятие окружающего мира, природное стремление человека к счастью, к незамысловатым радостям бытия оттесняют на задний план и религиозную догматику, и неодолимость сословных барьеров. Вступая в мир творчества Бернарта де Вентадорна, испытываешь чувство удивления перед этим человеком, умудрившимся в условиях церковного и феодального гнета сохранить свежесть и независимость взгляда на свое призвание поэта.Песни Бернарта де Вентадорна не только позволяют углубить наше понимание человека Средних веков, но и общего литературного процесса, в котором наиболее талантливые и самобытные трубадуры выступили, если позволено так выразиться, гарантами Возрождения.

Бернард де Вентадорн , Бернарт де Вентадорн

Поэзия / Европейская старинная литература / Стихи и поэзия / Древние книги
Яблоко от яблони
Яблоко от яблони

Новая книга Алексея Злобина представляет собой вторую часть дилогии (первая – «Хлеб удержания», написана по дневникам его отца, петербургского режиссера и педагога Евгения Павловича Злобина).«Яблоко от яблони» – повествование о становлении в профессии; о жизни, озаренной встречей с двумя выдающимися режиссерами Алексеем Германом и Петром Фоменко. Книга включает в себя описание работы над фильмом «Трудно быть богом» и блистательных репетиций в «Мастерской» Фоменко. Талантливое воспроизведение живой речи и характеров мастеров придает книге не только ни с чем не сравнимую ценность их присутствия, но и раскрывает противоречивую сложность их характеров в предстоянии творчеству.В книге представлены фотографии работы Евгения Злобина, Сергея Аксенова, Ларисы Герасимчук, Игоря Гневашева, Романа Якимова, Евгения ТаранаАвтор выражает сердечную признательнось Светлане Кармалите, Майе Тупиковой, Леониду Зорину, Александру Тимофеевскому, Сергею Коковкину, Александре Капустиной, Роману Хрущу, Заре Абдуллаевой, Даниилу Дондурею и Нине Зархи, журналу «Искусство кино» и Театру «Мастерская П. Н. Фоменко»Особая благодарность Владимиру Всеволодовичу Забродину – первому редактору и вдохновителю этой книги

Алексей Евгеньевич Злобин , Юлия Белохвостова , Эл Соло

Театр / Поэзия / Дом и досуг / Стихи и поэзия / Образовательная литература