Я встряхиваю головой, смеюсь. Ну правда же, всё это нелепо! Я скоро проснусь, пойду к Макси, и мы будем резаться в компьютерные игры, играть в футбик или, притворившись зомби, пугать малышню.

Кто-то подходит к нашей задней двери. Ага, это Луиза. В руке у неё футляр для скрипки. Я спускаюсь, открываю.

– Я первая?

– Да.

– Его точно можно собирать? Не опасно? Уверен?

– Уверен.

Она открывает футляр и кладёт руки Джорджа на стол рядом с чайником и банкой джема. Мы молча смотрим на эти руки.

– Я не могла заснуть.

– Я тоже.

Макси и Билли приходят вместе, у каждого – своя ноша.

Все дрожат, всем мерещились кошмары. И всем не терпится начать сборку.

– Прямо здесь? – говорит Билли.

– Наверху, – говорю я. – Вдруг кто-нибудь придёт.

Я запираю кухонную дверь. Мы поднимаемся ко мне в комнату.

Луиза несёт руки. Билли и Макси достают из сумок ноги и туловище.

Мы раскладываем всё это на кровати. Получается фигура. Я вытаскиваю голову, прикладываю шею к туловищу.

Макси нервно хихикает.

– Мы делаем робота! – От смеха он с трудом выговаривает слова.

– У кого есть пошаговые инструкции? – говорит Билли.

Тут уж все прыскают со смеху, как маленькие.

В конце концов мы успокаиваемся. Проверяем, какая нога левая, какая правая, какая рука левая, какая правая. Луиза заглядывает в отверстие в туловище для левой руки. Вытаскивает провода из верхней части руки. Находит соединения и вставляет провода на место. Затем она завинчивает руку – щёлк! – и конечность встаёт на место. То же самое Луиза проделывает с правой рукой.

Билли и Макси берутся за ноги: подсоединяют провода и ввинчивают каждый свою ногу – до щелчка.

Я беру голову. Вытаскиваю провода из шеи и подключаю их к проводам, идущим из отверстия в туловище, слот за слотом, никаких проблем. Я толкаю голову вниз, но она не входит в пазы. Пробую ещё раз. Держу голову обеими руками, толкаю, кручу… Щёлк! Голова на месте!

Мы выпрямляемся и глядим на него сверху вниз. Ни вдохнуть, ни выдохнуть. Друг на друга мы не смотрим.

– Что теперь? – шепчет Макси.

Я беру монету в пять пенсов и показываю, как снимается ухо. Потом показываю, как хвост зарядки подсоединяется в слот в голове Джорджа, и вставляю вилку в розетку на стене.

– А вдруг он сделает что-то ужасное? – говорит Луиза.

– Не сделает, – бурчит Билли.

– Откуда нам знать?

Мы замираем. Мы ничего не знаем.

– А вдруг он окажется монстром? – говорю я.

Ответа ни у кого нет.

– Есть только один способ выяснить, – говорит Макси.

Он наклоняется и включает кнопку на зарядном устройстве.

<p>33</p>

Мы отступаем подальше. Просто смотрим. Говорить не можем.

Раздаётся знакомое тихое жужжание.

– Слышите? – шепчу я.

Наклоняемся над кроватью.

– Адская машина, – говорит Макси.

Он наклоняется и дотрагивается до груди Джорджа.

– Что-то происходит, – говорит он.

Мы ждём.

– И долго он должен заряжаться? – бурчит Билли.

Откуда нам знать?

Джордж просто лежит неподвижно, с закрытыми глазами.

– Может, он как компьютер? – говорит Луиза. – Может, он и не полностью заряженный будет работать?

– Пульты принесли? – шепчу я.

Я беру свой пульт и направляю на Джорджа. Рука у меня дрожит.

Я щёлкаю. Ещё раз.

Никакого результата.

– Ему другой пульт нужен, родной, – говорит Макси. – Как пить дать. Жаль, Билли пульт заодно у них не стибрил.

Билли вытаскивает из кармана свой пульт, наставляет на Джорджа, щёлкает. Ещё раз. Ещё.

– Мёртвому припарки, – говорит он.

Луиза нашаривает в футляре для скрипки свой пульт.

– Родители недавно купили, он универсальный. Сто́ит целое состояние. Включает всё: телики, компьютеры, проигрыватели.

Луиза наставляет пульт на Джорджа и щёлкает. Без толку. Она пожимает плечами.

– Значит, он не для роботов.

Макси пробует свой пульт. Ничего не происходит.

– Всё-таки надо, чтобы он полностью зарядился, – говорю я.

Билли смеётся.

– Ага, получим заряженного робота, который будет весь день валяться в постели.

– Как мой дядя Джо, – говорит Макси.

Внезапно вся эта затея кажется просто глупой. Мы уже не трепещем и не боимся.

– Какой смысл его спасать, если он не включается? – говорит Макси. – Разве это спасение?

– Они хотели его нутро на запчасти разобрать, – напоминает Луиза. – И пустого в музее выставить. От этого мы его и спасаем.

– Не оставлять же его этому гаду Мроку! – добавляет Макси.

Тут не поспоришь.

– А если нас в тюрьму упекут? – говорю я.

– Только это не воровство, – говорит Луиза. – Как называется, когда человека крадут? То есть почти человека…

– Похищение, – говорю я. – Вообще-то это настоящее преступление, почище воровства. Сядем на много лет.

– Билли за всех сядет, – смеётся Макси. – Кто его украл-то?

– Да они сами болваны, – говорит Билли. – Фоткались-фоткались и всё прохлопали. Я просто открыл ящик и утащил Джорджа в сарай. Раз – и нету. Они и не заметили.

– Вообще мы делаем это для Джорджа, – говорит Луиза. – Ведь нечестно кого-то оживить, а потом просто выключить, словно он никто. Согласны?

Я киваю:

– Угу. Смахивает на убийство.

– Точняк! – говорит Билли. – Убийство! Это их надо в тюрьму засадить.

– А мы, – добавляю я, – делаем это, чтобы он мог…

– Жить! – говорит Макси.