Читаем Монах полностью

Облик монаха был… исполнен властного достоинства. Его отличал высокий рост, а лицо было необыкновенно красивым: орлиный нос, большие темные сверкающие глаза… Ученые занятия и долгие бдения придавали его щекам мертвенную бледность. <…> Он смиренно поклонился пастве, однако в его глазах и манерах чудилась суровость, внушавшая всем благоговейный страх, и мало кто мог выдержать его взор – огненный и пронзительный. – Облик Амбросио разительно напоминает портреты таинственных и зловещих персонажей из популярных во времена Льюиса (и, бесспорно, известных ему в оригинале) немецких романов о тайных обществах (Geheimbundromanen) – в частности, загадочного армянина из неоконченного романа Иоганна Кристофа Фридриха фон Шиллера (1759–1805) «Духовидец. Из воспоминаний графа фон О^***» (1787–1789, англ. пер. 1795) и гения Амануэля из романа почти забытого ныне писателя Карла Фридриха Августа Гроссе (1768–1847) «Гений. Из записок маркиза К^* фон Г^**» (1791–1795, англ. пер. 1796). Шиллеровский армянин обладает «бесстрастным и проницательным взглядом глубочайшего знатока человеческой души», «при встрече с которым каждый в испуге отводит глаза»; в одном из эпизодов он предстает в облике «францисканского монаха, который замер, будто изваяние, – длинный, худой, с мертвенно-бледным лицом, – и не сводил печального и сурового взора с новобрачных» (Шиллер Ф. Духовидец. Из воспоминаний графа фон О^*** / Пер. Р. Я. Райт-Ковалевой // Шиллер Ф. Духовидец. Гроссе К. Гений. Цшокке Ш. Абеллино, великий разбойник. М.: Ладо-мир; Наука, 2009. С. 14–15, 35). Ср. также портрет гения Амануэля из романа Гроссе: «Если <…> ропот толпы был слишком громок, он чуть приоткрывал свой плащ, и его темные глаза с глубочайшей серьезностью устремлялись на собравшихся. Людей, казалось, охватывал при этом неодолимый ужас. Никто не отваживался даже взглянуть на него, пока он так стоял и смотрел, и лишь когда он вновь удалялся, все с облегчением переводили дух. <…> Он был высок и статен, несмотря на преклонные года. Но на лице его только огромные сверкающие глаза сохранили свою красоту, вынеся ее неизменной из потока страстей» (Гроссе К. Гений. Из записок маркиза К^* фон Г^** / Пер. С. С. Шик // Шиллер Ф. Духовидец. Гроссе К. Гений. Цшокке Ш. Абеллино, великий разбойник. С. 107–108, 110).

Заметив твой интерес к Антонии, я услужливо отпустил несколько пустых комплиментов тетке, и не прошло и часа, а я уже попал в женихи! <…> О дьявол! – Описанная ситуация, по наблюдению американской исследовательницы С. М. Конгер, представляет собой комическую параллель к сцене «Сад» из первой части трагедии Иоганна Вольфганга Гете «Фауст» (1772–1831, опубл. 1790–1832); в этой сцене Мефистофель притворно ухаживает за Мартой, отвлекая ее внимание от юной Маргариты, которую стремится обольстить Фауст. К моменту написания романа был опубликован (1790) лишь написанный в 1772–1789 гг. ранний вариант первой части трагедии, озаглавленный «Фауст. Фрагмент» и оканчивавшийся сценой «Собор». История доктора Фауста (см. ниже прим. к с. 161), рассказанная в трагедии Гете, а до этого послужившая сюжетной основой трагедии английского драматурга Кристофера Марло (1564–1593) «Трагическая история доктора Фауста» (1588–1589, опубл. 1604) и романа немецкого прозаика Фридриха Максимилиана Клингера (1752–1831) «Фауст, его жизнь, деяния и низвержение в ад» (1791), несомненно, повлияла на общий «фаустианский» рисунок образа Амбросио в романе Льюиса.

Прадо – Пасео-дель-Прадо, фешенебельный бульвар в Мадриде, излюбленное место прогулок испанской знати; единственная отсылка к реальной мадридской топографии в тексте романа.

Агнеса. – Имя этой героини, по-видимому, заимствовано у св. Агнесы (1197/1198–1253), младшей сестры св. Клары Ассизской (см. ниже прим. к с. 31).

Святой Яго – апостол Иисуса Христа Иаков Зеведеев (Иаков старший, ум. 44), по преданию (крайне сомнительному в историческом отношении), проповедовавший христианство в Испании. Местечко Компостела на севере Испании (ныне – г. Сантьяго-де-Компостела), где в IX в., согласно легенде, был обнаружен ковчег с его мощами, уже в Средние века стало одним из мировых центров христианского паломничества.

…рыцарь вулкана Этны! – Судя по контексту реплики, упоминание сицилийского вулкана здесь – аллегория вспыльчивости, выказанной Лоренцо де Мединой.