Читаем Молла Насреддин полностью

— Если человек на расстоянии мили может обогреться от светильника, то почему же на свечке нельзя сварить содержимое котла?

Гостям нечего было возразить, и они несолоно хлебавши разбрелись по своим домам, а потом устроили для Насреддина великолепное угощение.


Не знаю


Жил на свете заядлый спорщик. Долгие годы он затверживал наизусть каверзные вопросы и ответы на них и научился всегда одерживать верх в споре. Однажды этот спорщик пришел к Насреддину и говорит:

— Я задам тебе сорок вопросов. Если ты на все вопросы ответишь одной фразой, то я заплачу тебе много денег.

— Сначала отдай эти деньги верному человеку, — предложил Насреддин, — а потом уж задавай свои вопросы.

Спорщик передал залог приятелю Насреддина и начал сыпать вопросами о воздухе, небе, земле и тому подобном, которые не имели ничего общего между собой. Насреддин спокойно выслушал все вопросы, а потом говорит:

— На все твои вопросы у меня один ответ из трех слов: «Ничего не знаю».

Спорщик надеялся поспорить в свое удовольствие, ему стало стыдно, он покраснел и покинул Насреддина, который устроил на выигрыш пирушку для приятелей.


Вата для одеяла


Холодной зимней ночью, когда валил густой снег, жена говорит Насреддину:

— Тебе не стыдно, что в такой холод у нас всего одно одеяло и мы вынуждены мерзнуть под ним? Почему ты не заведешь второе одеяло? Никогда ты не думаешь о себе! Что бы ты ни раздобыл, у тебя выманивают чужие люди.

Она так долго ворчала, что вывела Насреддина из себя, он вскочил и закричал:

— Сейчас я тебе принесу столько ваты, что ты больше никогда и не заикнешься об одеяле!

Он выбежал из комнаты, а жена наблюдала за ним, видит, что муж сгреб деревянной лопатой снег в кучу. Она закричала:

— Дорогой муж! Разве сейчас время убирать снег? Смотри не простудись!

— Не ты ли просила ваты? — говорит Насреддин.

— Ты что, рехнулся? — завопила жена. — Кто же это заменяет вату снегом?

— Не дури, — отвечал Насреддин, — этот снег мягче и лучше греет, чем вата. Он очень подходит для одеяла.


Без родных


Жена Насреддина заболела и слегла. Насреддин каждый вечер садился у ее изголовья и принимался плакать. Однажды сосед стал утешать его и сказал:

— Молла, не горюй так сильно, жене твоей уже легче. Не пройдет и нескольких дней, как она совсем поправится и встанет. Какой толк в твоих причитаниях?

— У моей несчастной жены нет на свете никого из родных, — ответил Насреддин. — Когда она выздоровеет, то станет ворчать: «Даже поплакать обо мне было некому». Вот я и решил загодя предупредить ее укоры.


Тезка


Жена Насреддина родила сына. На шестую ночь собрались родственники и соседи, чтобы дать ребенку имя. Стали спрашивать Насреддина, как наречь его, а он сказал:

— Назовите его именем матери.

— Да ведь не принято давать мальчику женское имя!

— Я так люблю свою жену, — говорит Насреддин, — что хочу вспоминать ее после смерти, когда буду называть сына ее именем.


Дело не в чалме


К Насреддину пришел неграмотный армянин и показал ему письмо, написанное по-армянски, с просьбой прочитать.

— Не умею я, — ответил Насреддин.

Армянин оглядел Насреддина с головы до пят с удивлением, а потом сказал:

— Раз ты не умеешь читать, то с какой стати напялил на голову такую большую чалму?

Насреддин мигом снял с головы чалму, нахлобучил на голову армянину и воскликнул:

— Если дело в чалме, то прочитай теперь сам.


Обычай этого города


Один эмир прибыл в гости в город, где жил Насреддин. На одном пиршестве, устроенном в его честь, эмир напился холодного вишневого шербета и чихнул. Один из присутствующих вместо «будьте здоровы» по ошибке сказал «добро пожаловать». Эмир решил, что над ним издеваются, и разгневался. Насреддин обернулся к эмиру и сказал:

— По-видимому, эмир запамятовал, что в нашем городе, когда чихают, говорят «добро пожаловать», а не «будьте здоровы», как принято у вас.


Кто же спаситель?


Насреддин и приятели сидели на берегу озера за угощением. После еды они стали мыть руки в озере, и один приятель поскользнулся и упал в воду. Все бросились спасать его, а Насреддин спокойно встал на берегу, вытянул руки и сказал:

— Подплыви, схвати меня за руку, я тебя вытащу из воды.

Смертельно напуганный человек ухватился за его руку и попытался вылезти, но Насреддин не удержал его, и они вдвоем упали опять в воду. Тогда остальные друзья попрыгали в озеро и вытащили обоих с большим трудом. А Насреддин при этом говорил:

— Спасителем-то был я. Если бы вы не увидели меня в воде, то не посмели бы прыгнуть.


Честь Насреддина


Насреддин задолжал бакалейщику своего квартала пятьдесят три динара. Однажды Насреддин сидел с приятелями в лавке одного друга. Тут проходил мимо бакалейщик. Увидев Насреддина, бакалейщик остановился и обратился к нему:

— Или ты вернешь мне долг, или я опозорю тебя при всем базаре!

Насреддин опустил голову и не сказал в ответ ни слова. Но бакалейщик не отставал от него и снова повторил требование. На этот раз Насреддин рассердился и ответил так:

— Сколько я тебе должен?

— Пятьдесят три динара, — отвечал бакалейщик.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Шицзин
Шицзин

«Книга песен и гимнов» («Шицзин») является древнейшим поэтическим памятником китайского народа, оказавшим огромное влияние на развитие китайской классической поэзии.Полный перевод «Книги песен» на русский язык публикуется впервые. Поэтический перевод «Книги песен» сделан советским китаеведом А. А. Штукиным, посвятившим работе над памятником многие годы. А. А. Штукин стремился дать читателям научно обоснованный, текстуально точный художественный перевод. Переводчик критически подошел к китайской комментаторской традиции, окружившей «Книгу песен» многочисленными наслоениями философско-этического характера, а также подверг критическому анализу работу европейских исследователей и переводчиков этого памятника.Вместе с тем по состоянию здоровья переводчику не удалось полностью учесть последние работы китайских литературоведов — исследователей «Книги песен». В ряде случев А. А. Штукин придерживается традиционного комментаторского понимания текста, в то время как китайские литературоведы дают новые толкования тех или иных мест памятника.Поэтическая редакция текста «Книги песен» сделана А. Е. Адалис. Послесловие написано доктором филологических наук.Н. Т. Федоренко. Комментарий составлен А. А. Штукиным. Редакция комментария сделана В. А. Кривцовым.

Поэзия / Древневосточная литература