Читаем Евгений Онегин полностью

All's By now much dilapidated, Indeed, I don't know why.Все это ныне обветшало, Не знаю, право, почему;
But anyway the friend of mine To be light-hearted had been fated,Да, впрочем, другу моему В том нужды было очень мало,
As he indifferently could yawn Inside antique or modern hall.Затем, что он равно зевал Средь модных и старинных зал.
IIIIII
Onegin had that room for living, In which his uncle lived on earth:Он в том покое поселился, Где деревенский старожил
At window he flies was killing And daily house-keeper cursed.Лет сорок с ключницей бранился, В окно смотрел и мух давил.
It all was simple: floors of oak, Divan, the table, large wardrobe,Все было просто: пол дубовый, Два шкафа, стол, диван пуховый,
Of any ink not any spot, In room two cupboards they had got:Нигде ни пятнышка чернил. Онегин шкафы отворил;
In one he saw of brandies order, In other found debit book,В одном нашел тетрадь расхода, В другом наливок целый строй,
A jug for apple juice he took, An old calendar in order:Кувшины с яблочной водой И календарь осьмого года:
The old man had no time To read the books of other kind.Старик, имея много дел, В иные книги не глядел.
IVIV
Among his properties alone, To pass away his lazy time,Один среди своих владений, Чтоб только время проводить,
He wanted to establish own, In orders newer fashioned line:Сперва задумал наш Евгений Порядок новый учредить.
In country's place the man of wisdom, He gave his serfs a piece of freedom:В своей глуши мудрец пустынный, Ярем он барщины старинной
The corvee yoke changed for rate, And serfs were blessing their fate.Оброком легким заменил; И раб судьбу благословил.
For that a neighbour in his farming Was puffing up: to his big farmЗато в углу своем надулся, Увидя в этом страшный вред,
He saw in it some dreadful harm; The other smiled, but smile was cunning;Его расчетливый сосед; Другой лукаво улыбнулся,
And they expressed the common wish To call him dangerous queer fish.И в голос все решили так, Что он опаснейший чудак.
VV
At first they came to him for visit But as he usually was goneСначала все к нему езжали; Но так как с заднего крыльца
(For him to hide was very easy By riding stallion from the Don,Обыкновенно подавали Ему донского жеребца,
When suddenly from village rear He could some droshky's sounds hear),Лишь только вдоль большой дороги Заслышат их домашни дроги, -
Перейти на страницу:

Похожие книги

Том 2: Театр
Том 2: Театр

Трехтомник произведений Жана Кокто (1889–1963) весьма полно представит нашему читателю литературное творчество этой поистине уникальной фигуры западноевропейского искусства XX века: поэт и прозаик, драматург и сценарист, критик и теоретик искусства, разнообразнейший художник живописец, график, сценограф, карикатурист, создатель удивительных фресок, которому, казалось, было всё по плечу. Этот по-возрожденчески одаренный человек стал на долгие годы символом современного авангарда.Набрасывая некогда план своего Собрания сочинений, Жан Кокто, великий авангардист и пролагатель новых путей в искусстве XX века, обозначил многообразие видов творчества, которым отдал дань, одним и тем же словом — «поэзия»: «Поэзия романа», «Поэзия кино», «Поэзия театра»… Ключевое это слово, «поэзия», объединяет и три разнородные драматические произведения, включенные во второй том и представляющие такое необычное явление, как Театр Жана Кокто, на протяжении тридцати лет (с 20-х по 50-е годы) будораживший и ошеломлявший Париж и театральную Европу.Обращаясь к классической античной мифологии («Адская машина»), не раз использованным в литературе средневековым легендам и образам так называемого «Артуровского цикла» («Рыцари Круглого Стола») и, наконец, совершенно неожиданно — к приемам популярного и любимого публикой «бульварного театра» («Двуглавый орел»), Кокто, будто прикосновением волшебной палочки, умеет извлечь из всего поэзию, по-новому освещая привычное, преображая его в Красоту. Обращаясь к старым мифам и легендам, обряжая персонажи в старинные одежды, помещая их в экзотический антураж, он говорит о нашем времени, откликается на боль и конфликты современности.Все три пьесы Кокто на русском языке публикуются впервые, что, несомненно, будет интересно всем театралам и поклонникам творчества оригинальнейшего из лидеров французской литературы XX века.

Жан Кокто

Драматургия