Читаем Знак свыше полностью

— Твое любимое выражение, — тихо слетело с ее губ.

Грустно покачивая головой, она смотрела на Джея, и тот видел, что под воздействием горячего кофе с коньяком ее зрачки немного расширились, а щеки прямо на глазах окрасились легким румянцем.

— Верно, любимое, — сдержанно произнес Джей, опуская взгляд в чашку. — Правда, толку от него никакого. Во всяком случае, в том, что касается нас с тобой.

Пенни помолчала, по глотку отпивая кофе.

— Не знаю. Я бы так не сказала.

— Ну да, конечно! — саркастически обронил Джей. — Если бы пять лет назад ты не уехала отсюда, то всего лишь стала бы моей женой. А так, конечно… Насколько я понимаю, твоя карьера развивается успешно и ты счастлива, что все так получилось. — Он взглянул на нее прищурившись. — Скажи честно, счастлива?

Пенни усмехнулась.

— Хочешь, чтобы мы говорили честно?

— Разумеется! С меня довольно твоей лжи! Я сыт ею по горло.

Она на миг замерла, взяв чашку обеими руками жестом мерзнущего человека, — хотя с чего ей было мерзнуть при июльской жаре? — затем вздохнула.

Направляясь сегодня на виллу, где жил Джей, Пенни готовила себя к тому, что спокойно выслушает все, что бы он ни говорил, иначе не было смысла идти к нему. Сейчас она вспомнила о своем решении.

— Хорошо. Правда, и только правда. Спрашиваешь, счастлива ли я? И да и нет. Вообще, ты встречал когда-нибудь абсолютно счастливого человека?

Джей поморщился.

— Послушай, давай обойдемся без философствования. Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду.

— Да, конечно, — кивнула Пенни. — Хорошо, скажу. Я счастлива, что занимаюсь любимым делом, общаюсь с интересными людьми, пользуюсь уважением коллег и живу так, как хочу. — Она с усмешкой взглянула на Джея. — Достаточно честно звучит, на твой взгляд?

— Да, — нехотя буркнул он.

Пенни отпила очередной глоток кофе.

— Замечательно. А теперь коротко обрисую обратную сторону медали: я живу без любви. Вернее, она присутствует в моей жизни, но это совсем не то чувство, которое возникает между двумя людьми. — Она вдруг замолчала и свела брови у переносицы, что-то усиленно обдумывая. Вероятно, после кофе с коньяком ей было трудно сосредоточиться — Нет, неправильно сказала. Не между людьми вообще, а между мужчиной и женщиной. Да, именно так!

— Ты ни в кого не влюблена? — усмехнулся Джей.

— У меня был такой период в жизни, когда я пыталась влюбиться, — видишь, говорю честно.

— Сейчас скажешь, что из этого ничего не получилось! — хмыкнул Джей.

Пенни кивнула.

— Можешь смеяться. Что уж тут поделаешь… Наверное, человек, пытающийся влюбиться, действительно выглядит смешно. Но я рассказываю честно, как и обещала.

— Хорошо, — произнес Джей. — Слушаю.

— Из моей попытки в самом деле ничего не получилось, — подтвердила она. — Сказать почему?

— Интересно послушать.

— Видишь ли, я столкнулась с одной проблемой: само понятие любви каким-то странным образом закрепилось у меня за тобой. Или за твоим образом, если хочешь.

— Боже милостивый, неужели ты сейчас начнешь рассказывать, что жить без меня не можешь? — презрительно сузил глаза Джей.

Пенни печально усмехнулась.

— Что за странные мысли приходят тебе в голову? Почему ты думаешь, что я склонна настаивать на очевидной нелепице?

— А! — Джей мрачно хохотнул. — Понятно. Ты…

— Да, — кивнула Пенни, на лету ловя его мысль. — Именно. Я пять лет прожила без тебя, следовательно, могу. — Она вздохнула. — Дело не в этом. Как-то так получилось, что ты затмил для меня остальных мужчин. — Она с усмешкой взглянула на Джея. — Только не сочти это за комплимент. Я просто констатирую факт, причем без всякого удовольствия. Из-за тебя мне не удалось создать личную жизнь.

Он откинулся на спинку стула.

— М-да… получается, я во всем виноват. Я уехал в Лондон, я ни разу не позвонил, за исключением одного-единственного раза, я неизвестно почему отсутствовал пять лет — все это сделал я!

Пенни повертела в руках чашку.

— Мне понятен твой сарказм. Наверное, со стороны мое отсутствие выглядело… странным.

— Странным?! — воскликнул Джей. В его сердце будто вонзилась игла. В одно мгновение он словно заново ощутил боль разлуки — первую, наиболее острую, за которой последовала другая — тупая, ноющая, продолжительностью в долгих пять лет. — Интересное определение ты выбрала для своего отсутствия.

Одним глотком допив кофе, Пенни поставила чашку на стол.

— Хочу, чтобы ты понял одно: я пришла сюда не для оправданий. Жизнь сложилась так, как сложилась. И ничего тут не поделаешь. Если бы ты очень захотел, то бросил бы все дела и уехал вместе со мной. Тогда все было бы иначе.

Джей нахмурился.

— Не только дела, но и больного отца. Который умер через несколько месяцев после твоего отъезда, — глухо добавил он.

Ресницы Пенни затрепетали.

— Очень сожалею. И сочувствую, — тихо сказала она, порывисто протянув руку через стол и легонько сжав пальцы Джея.

Неожиданное прикосновение, будучи абсолютно невинным, тем не менее подействовало на Джея обжигающе. Если бы к его руке прижали раскаленное железо, эффект, наверное, был бы таким же.