Читаем Ураган полностью

Обвинение, брошенное в ее адрес Аббасом, в том, что она предала Рахима, всё никак не шло у Хонуфы из головы. К ней пришло осознание, что, утаив от заминдара правду о письме, она стала соучастницей преступления, совершенного много лет назад и полностью изменившего жизнь ее благодетеля. Беспокойство, посеянное в ней словами Аббаса, крепло с каждым днем, отравляя ее кровь и лишая сна.

После того как Джамир проработал на траулере пару месяцев, Хонуфа приняла решение, что больше не может хранить письмо себя. Увы, пойти к Рахиму самой снова помешала гордость. Ей не хотелось ворошить золу, оставшуюся от мостов, которые она сама же и сожгла много лет назад.

Она решила взять письмо, благодаря которому Джамир получил работу, положить его в конверт и отправить по почте – анонимно. Плевать, как Рахим решит поступить, после того как его прочитает, но ее, Хонуфу, хотя бы перестанет мучить чувство вины. С другой стороны, Джамиру придется поплатиться за это своей работой и остатками уверенности в себе. Кроме того, она наживет себе могущественного врага в лице Аббаса.

К Хонуфе начало приходить мрачное осознание того, что им, скорее всего, придется уехать из деревни.

Все это случилось до бури. До того, как она обнаружила, что письмо пропало.

И она знала, кто его взял.

* * *

Ревет буря.

Она неистовствует уже несколько часов кряду. Она не знает усталости. Не ведает пощады. Ей не нужен отдых. Деревья, которые вздымались в небо еще до ее рождения, валятся с такой силой, что Хонуфа чувствует, как содрогается земля.

За прожитые годы женщина успела насмотреться на шторма и знает: нынешний ураган только разминается, только пробует свои силы. Впереди затишье – когда сюда явится око бури, хитрая ловушка для несведущих. У Хонуфы когда-то была тетя, которая отправилась осмотреть скотину, когда пришло око бури. Ураган обрушился с новой силой прежде, чем женщина успела вернуться. Когда она бежала к дому, ее дочь, двоюродная сестра Хонуфы, своими глазами увидела, как порыв ветра подхватил ее мать и в одно мгновение унес в небеса. Это случилось, когда несчастная была в считаных метрах от укрытия.

Песчинки больно впиваются в кожу. Глаза налиты кровью, оттого что в них попадают брызги соленой воды, а губы иссохли и потрескались. Ладони и грудь все в крови, исцарапанные корой пальмы.

Это всего лишь плоть. Сбереги мою душу, Господи.

Хонуфа возвращается в мыслях к сыну. Каким он будет, когда вырастет? Как жаль, что он еще такой маленький. Был бы он хоть чуть-чуть постарше, он бы ее помнил – если ей суждено погибнуть в буйстве стихии.

* * *

Бесконечно тянутся часы. Наконец на смену ветру, воде и тьме приходит тишина и свет. Хонуфа заставляет себя открыть глаза. Она в оке бури. Женщина смотрит по сторонам и едва узнаёт знакомые места.

Да, она по-прежнему привязана к дереву, но всё остальное кардинально изменилось. Под ее ногами пенится вода, таящая в себе остатки ярости шторма. От ее дома не осталось ничего, кроме нескольких обломанных бамбуковых шестов, напоминающих пеньки зубов во рту старухи. Шея затекла. Хонуфа с трудом поворачивает голову в сторону горизонта. Небо – трупного желтого оттенка. Бешеный ветер ослаб, его порывы вяло треплют мокрые края ее сари.

Из-за того что на протяжении долгого времени ей приходилось держаться за дерево, ее мышцы словно превратились в куски льда. Стеная, она развязывает тугие узлы непослушными пальцами. Работа эта тяжелая и выматывающая. В какой-то момент Хонуфа взвизгивает, соскальзывает по стволу и обнаруживает, что свисает с дерева головой вниз. Ей не хватает сил, чтобы подтянуться и развязать веревки, опутывающие ее ноги. Она покачивается из стороны в сторону. Длинные волосы выбиваются и тянутся вниз, задевая пенящуюся воду.

Ветер окончательно стихает. Солнце на западе пробивается сквозь апельсиново-желтую пелену, заливая нежным светом жуткие последствия шторма. Хонуфа, висящая вниз головой, словно гигантская летучая мышь, несмотря на свое бедственное положение, не может сдержать смеха. Шторм словно обнажил то, что всегда оставалось сокрытым, то, что определяло ход всей ее жизни.

В глубине ее души всегда горел огонь любви к буквам. Ее всегда мучила жажда знаний, которую она осознала, только когда в ее жизнь влетел на своем горящем самолете этот иноземный пилот с поясом, покрытым странными письменами, и листовками на бенгальском. Рахим пестовал в ней это пламя. Волею счастливого случая они встретились в тот день под пальмой, благодаря чему перед Хонуфой открылся целый новый мир знаний. Этот мир сделался шире и ярче благодаря Сираджу. У Хонуфы аж голова пошла кругом от осознания того, сколько ей еще предстоит узнать и усвоить.

Каждый мужчина являлся в ее жизнь незваным гостем, и каждый в итоге ее бросил.

Может, именно поэтому ее охватила такая дикая, неукротимая злость на Рахима? Потому что он был последним из череды таких мужчин? Последним, кто оставил ее.

Остался только Джамир. Неграмотный, необразованный, но при этом неглупый. Он любил ее не за ум, а за душу.