Читаем Троян полностью

– Сьюзан Кристен засняла на свой фотоаппарат блокнот с записями заместителя директора национальной секретной службы ЦРУ генерала армии Адама Мейсона, в котором он вёл учёт денежных средств, выплаченных никарагуанским наркодиллерам. Это выявила сверка с данными по счету "Nugan Hand Bank", полученными через кубинца Карлоса Марти. Данные блокнота Адама Мейсона доказывают, что никто иной, как он стоит во главе латиноамериканского наркотрафика, деньги от которого направляются на свержение проамериканского режима в Никарагуа, – сообщил Аристов.

– За измену Родине генералу грозит электрический стул. Вещи из ридикюля Сьюзан Кристель – железобетонный аргумент для наших вербовщиков, – продолжил мысль Локтев.

– Он уже дал согласие работать на нас и, кажется, вывел на след «лелевского» крота! – улыбнулся Аристов.

– Вот это урожай! Молодцы! Рассказывай! – похвалил генерал-лейтенант.

– Из источников, близких к Адаму Мейсону, стало известно, что тайному осведомителю ЦРУ, из числа официальных лиц дипломатического корпуса СССР, на ближайшем приёме советского посольства в Вашингтоне будет передана новейшая разработка Пентагона – чип, с встроенной микросхемой.

Со слов Адама Мейсона следует, что чип предназначен для мини-радиопередатчика, работающего на коротких волнах. Устройство создаёт оптимальные условия приема/передачи и шифровки радиосигналов.  Обеспечивает устойчивый радиосигнал даже при изменяющихся характеристиках каналов.

Запеленговать такого рода радиоизлучения можно только в случае, если антенна и приёмно-индикаторное устройство находятся в непосредственной близости. Иными словами говоря, агент получает возможность связываться с ними по упрощённому и безопасному каналу в режиме реального времени, что существенно облегчает взаимодействие. Например, осведомитель подъехал на автомобиле к заранее оговорённой точке, и передал радиосообщение. Быстро и надёжно. Подобного рода контакты делают работу шпиона гораздо эффективней и безопасней, – пояснил Аристов.

– По крайней мере, мы теперь знаем, что крот – один сотрудников МИДа, – отреагировал Локтев, а, затем, задумавшись, возмущённо продолжил, – …Похоже, американцы держат нас за дураков! На глазах всего честного народа решиться… даже не на «моменталку»52, а на прямой контакт со своим агентом?.. Очевидно же, что на посольском приёме все следят друг за другом! Допустим, «лелевский» крот в силу того, что дипломат, не знает, как работает наша система… но спецслужбы США не могут не понимать, что прямой контакт в посольстве – это просто неоправданный риск. Может ваш Адам Мейсон блефует?

– В начале, я тоже подумал, что цэрэушник «водит нас за нос», направляя по ложному следу, но потом, меня осенила другая мысль. Посольский приём – место, где общение – цель, а прикосновения – неизбежность. Подойти к незнакомому человеку и заговорить – норма поведения на такого рода мероприятиях. Проследить за каждым и одновременно за всеми на банкете – дело весьма проблематично. Обстановка дезориентирована всеобщим общением, помноженным на количество гостей. Думаю, что американцы как раз на публичность и делают свой расчёт, – возразил Аристов, – Посудите сами: состав советской дипмиссии, примерно 120 человек, плюс приглашённые. Их раз в пять больше. Учитывая, что Вашингтон – не Москва и мы не располагаем подготовленным штатом, засечь мгновенную передачу крошечного тайника – задача не такая элементарная, как кажется. Реализовать её, практически, невозможно. Кроме того, от микросхемы, в случае малейшей опасности, можно легко избавиться, выбросив её прямо на пол.

– Ты прав, наверное…, – согласился Локтев, – Если всё действительно, так, как говорит этот ваш Адам Мейсон, это означает одно – американцы точно знают, что крот будет на приёме и уверены, что мы не сможем «поймать его с поличным» … Думаю, нужно немедленно передавать материалы в контрразведку. Пусть подключаются. Буду просить Андропова на проведение совместной операции со вторым отделом по поимке «лелевского крота». Времени на подготовку осталось совсем мало.

Локтев уже хотел было окончить совещание, но заметил, что подчинённый не спешит уходить.

– Товарищ генерал-лейтенант! – торжественно произнёс Аристов, – Хочу порадовать ещё одной хорошей новостью!

– Говори! – ответил ему Локтев широкой улыбкой.

– Троян объявился! – выдохнул Аристов и, увидев округлившиеся от удивления глаза начальника, уточнил, – Роберт Рэй дал знать о себе. Сообщил, что будет ожидать связного по адресу, в тоже время, когда у него обычно проходили явки.

– Беспрецедентный случай! Ничего подобного в своей практике я не припоминаю!.. – не поверил своим ушам Локтев, – Как решили действовать, товарищ Аристов и, самое главное, кого привлечёте для непосредственного контакта с Трояном?

– Расширять круг задействованных в ситуации с Трояном нецелесообразно. Его возвращение в Союз поручено Фоксу, который ведёт эту операцию с самого начала, абсолютно ориентируется на месте и имеет личные связи на Кубе.

– При чём здесь Куба? – удивлённо спросил Локтев.

Перейти на страницу:

Все книги серии «Позывной «Ласточка»

Похожие книги

Список убийств
Список убийств

У руководства США существует сверхсекретный список, в который занесены самые опасные террористы и убийцы. Все эти нелюди, попавшие в список, должны быть уничтожены при первой же возможности. И название ему — «Список убийств». А в самом начале этого документа значится имя Проповедник. Его личность — загадка для всех. Никто не знает, где он находится и как его искать. Своими пламенными речами на чистом английском языке, выложенными в Интернете, Проповедник призывает молодых мусульман из американских и английских анклавов безжалостно убивать видных, публичных иноверцев — а затем принимать мученическую смерть шахида. Он творит зло чужими руками, сам оставаясь в тени. Но пришла пора вытащить его из этой тени и уничтожить. Этим займется ведущий специалист в области охоты на преступников. И зовут его Ловец…

Фредерик Форсайт

Детективы / Политический детектив / Политические детективы
Тень гоблина
Тень гоблина

Политический роман — жанр особый, словно бы «пограничный» между реализмом и фантасмагорией. Думается, не случайно произведения, тяготеющие к этому жанру (ибо собственно жанровые рамки весьма расплывчаты и практически не встречаются в «шаблонном» виде), как правило, оказываются антиутопиями или мрачными прогнозами, либо же грешат чрезмерной публицистичностью, за которой теряется художественная составляющая. Благодаря экзотичности данного жанра, наверное, он представлен в отечественной литературе не столь многими романами. Малые формы, даже повести, здесь неуместны. В этом жанре творили в советском прошлом Савва Дангулов, Юлиан Семенов, а сегодня к нему можно отнести, со многими натяжками, ряд романов Юлии Латыниной и Виктора Суворова, плюс еще несколько менее известных имен и книжных заглавий. В отличие от прочих «ниш» отечественной литературы, здесь еще есть вакантные места для романистов. Однако стать автором политических романов объективно трудно — как минимум, это амплуа подразумевает не шапочное, а близкое знакомство с изнанкой того огромного и пестрого целого, что непосвященные называют «большой политикой»…Прозаик и публицист Валерий Казаков — как раз из таких людей. За плечами у него военно-журналистская карьера, Афганистан и более 10 лет государственной службы в структурах, одни названия коих вызывают опасливый холодок меж лопаток: Совет Безопасности РФ, Администрация Президента РФ, помощник полномочного представителя Президента РФ в Сибирском федеральном округе. Все время своей службы Валерий Казаков занимался не только государственными делами, но и литературным творчеством. Итог его закономерен — он автор семи прозаико-публицистических книг, сборника стихов и нескольких циклов рассказов.И вот издательство «Вагриус Плюс» подарило читателям новый роман Валерия Казакова «Тень гоблина». Книгу эту можно назвать дилогией, так как она состоит из двух вполне самостоятельных частей, объединенных общим главным героем: «Межлизень» и «Тень гоблина». Резкий, точно оборванный, финал второй «книги в книге» дает намек на продолжение повествования, суть которого в аннотации выражена так: «…сложный и порой жестокий мир современных мужчин. Это мир переживаний и предательства, мир одиночества и молитвы, мир чиновничьих интриг и простых человеческих слабостей…»Понятно, что имеются в виду не абы какие «современные мужчины», а самый что ни на есть цвет нации, люди, облеченные высокими полномочиями в силу запредельных должностей, на которых они оказались, кто — по собственному горячему желанию, кто — по стечению благоприятных обстоятельств, кто — долгим путем, состоящим из интриг, проб и ошибок… Аксиома, что и на самом верху ничто человеческое людям не чуждо. Но человеческий фактор вторгается в большую политику, и последствия этого бывают непредсказуемы… Таков основной лейтмотив любого — не только авторства Валерия Казакова — политического романа. Если только речь идет о художественном произведении, позволяющем делать допущения. Если же полностью отринуть авторские фантазии, останется сухое историческое исследование или докладная записка о перспективах некоего мероприятия с грифом «Совершенно секретно» и кодом доступа для тех, кто олицетворяет собой государство… Валерий Казаков успешно справился с допущениями, превратив политические игры в увлекательный роман. Правда, в этом же поле располагается и единственный нюанс, на который можно попенять автору…Мне, как читателю, показалось, что Валерий Казаков несколько навредил своему роману, предварив его сакраментальной фразой: «Все персонажи и события, описанные в романе, вымышлены, а совпадения имен и фамилий случайны и являются плодом фантазии автора». Однозначно, что эта приписка необходима в целях личной безопасности писателя, чья фантазия парит на высоте, куда смотреть больно… При ее наличии если кому-то из читателей показались слишком прозрачными совпадения имен героев, названий структур и географических точек — это просто показалось! Исключение, впрочем, составляет главный герой, чье имя вызывает, скорее, аллюзию ко временам Ивана Грозного: Малюта Скураш. И который, подобно главному герою произведений большинства исторических романистов, согласно расстановке сил, заданной еще отцом исторического жанра Вальтером Скоттом, находится между несколькими враждующими лагерями и ломает голову, как ему сохранить не только карьеру, но и саму жизнь… Ибо в большой политике неуютно, как на канате над пропастью. Да еще и зловещая тень гоблина добавляет черноты происходящему — некая сила зла, давшая название роману, присутствует в нем далеко не на первом плане, как и положено негативной инфернальности, но источаемый ею мрак пронизывает все вокруг.Однако если бы не предупреждение о фантазийности происходящего в романе, его сила воздействия на читателя, да и на правящую прослойку могла бы быть более «убойной». Ибо тогда смысл книги «Тень гоблина» был бы — не надо считать народ тупой массой, все политические игры расшифрованы, все интриги в верхах понятны. Мы знаем, какими путями вы добиваетесь своих мест, своей мощи, своей значимости! Нам ведомо, что у каждого из вас есть «Кощеева смерть» в скорлупе яйца… Крепче художественной силы правды еще ничего не изобретено в литературе.А если извлечь этот момент, останется весьма типичная для российской актуальности и весьма мрачная фантасмагория. И к ней нужно искать другие ключи понимания и постижения чисто читательского удовольствия. Скажем, веру в то, что нынешние тяжелые времена пройдут, и методы политических технологий изменятся к лучшему, а то и вовсе станут не нужны — ведь нет тьмы более совершенной, чем темнота перед рассветом. Недаром же последняя фраза романа начинается очень красиво: «Летящее в бездну время замедлило свое падение и насторожилось в предчувствии перемен…»И мы по-прежнему, как завещано всем живым, ждем перемен.Елена САФРОНОВА

Валерий Николаевич Казаков

Детективы / Политический детектив / Политические детективы