Читаем Троян полностью

– Любимая моя, пойми, это слишком опасно! – твердил он.

– Не опасней любого нашего шага! – прошептала она, – Что же теперь, сидеть, сложа руки?

Она будто приготовилась к прыжку. Сгруппировалась. Тревожная жилка пульсировала у неё на шее. Синие глаза сияли ледяным блеском.

– Будь осторожна, милая!.. Да поможет нам Бог! – ответил Виктор, обнял жену, вложил в её руку ключи от офиса акционеров Х&P и коротко шепнул, – Ну всё. Иди!

***

Тася благополучно прошмыгнула с тыльной стороны сцены. Миновала стайку щебечущих балерин, сбившихся в закулисье. Охранников, под шумок, уплетающих бутерброды.

Пока разогретая публика отплясывала очередной рок-эн-ролл, незамеченной проникла на первый этаж.

По обе стороны фойе расположены туалетные комнаты. Перед ней – дверь с надписью "Запасной выход. Посторонним вход воспрещён". Тася повернула ключ в замке и попала в просторную рекреацию. Ещё одна дверь, с табличкой «General manager office».

Звук ключа в замочной скважине показался подобно выстрелу: резкий и громкий. Тася скользнула внутрь помещения. Памятуя жёсткие инструкции Центра: не оставлять после себя следов, вернула всё как есть: закрылась изнутри. Ключ убрала в свой клатч. Снаружи всё выглядело так, как до вторжения нежданной гостьи.

Кабинет с огромным длинным столом, за которым можно было поместить, наверное, человек пятьдесят. Стеллажи с книгами. Файлы, расставленные вдоль стен, напоминали глыбы и убивали надежду найти главное! Чтобы разобраться во всём этом, нужны недели, если не месяцы упорного труда!

Не успела Тася подумать с чего начать и как найти главное, как услышала характерные звуки в коридоре.

«Кто-то идёт! – пронеслось в голове, – Куда спрятаться?»

Соображать нужно быстро, иначе – провал! Выбор небольшой. Тася нырнула под стол. Вошли двое. Он и она.

– Милая моя! – сладострастно просипел возбуждённый голос пожилого мужчины, – Не бойся, девочка моя! Мы здесь совершенно одни!..

Мимо глаз, сидящей под столом Таси, промелькнула полупрозрачная юбка Сьюзан Кристен. С грохотом разлетелись по сторонам «хрустальные» туфельки. Женственные тонкие лодыжки взмыли вверх. Рухнули ниц элегантные мужские брюки и белые трикотажные трусы.

На столе происходило бурное соитие.

На полу, в двух шагах, лежал брошенный в порыве страсти ридикюль актрисы. Одно молниеносное движение и он в руках у Таси.

Действия наверху перешли в неистовую стадию, сопровождавшуюся безудержными стонами и криками.

Содержимое сумочки звезды фильма «Обнажённая за забором» заставило впасть в ступор видавшую виды советскую разведчицу. Чего здесь только не было: косметичка с двойным дном; пистолет, с одной пулей, в форме губной помады; «жучок» для прослушки и мини фотоаппарат с плёнкой.

На столе затихли.

Внизу затаили дыхание.

К счастью, через несколько минут началось новое шумное оживление. Тася переложила к себе удачные находки из шпионского арсенала Сьюзан Кристен и отбросила на прежнее место опорожненный ридикюль актрисы.

Не мешкая больше ни минуты, стала продвигаться к выходу. Добравшись до конца стола, оценила ситуацию: любовники ничего не замечали вокруг. Были заняты исключительно собой. Второй дубль требовал полного отречения!

Преодолев метра три отрытого пространства, Тася очутилась вне зоны видимости и, поднявшись с колен, смогла, наконец, перевести дух. Дверь оказалось незапертой. «Сразу видно – непрофессионалы!» – отметила про себя Тася и вышла наружу.

Обратный путь был значительно легче. Запасной выход вывел её к туалетным комнатам. Тася поправила причёску, обновила макияж и отправилась к месту основного действия банкета, который уже близился к завершению.

Гости покинули шатёр. Вышли на открытое пространство, чтобы лицезреть грандиозный фейерверк, озаряющий ночное небо.

…Эрика остановилась, любуясь на разноцветные огни, вздымающиеся вверх и падающие с небес.

Виктор подошёл, обнял её и тихо прошептал:

– Рыжая, я чуть с ума не сошёл, ожидая тебя!

– Кажется, я взяла совсем не то, что планировалось…, – тихо, одними губами, проговорила она.

– Какая разница! Что сумели, то и добыли, – ответил Виктор, – Ты только что совершила подвиг, умница моя!

Вещи из ридикюля Сьюзен Кристен

19.04.1970 год. Москва. Кабинет начальника Первого Главного Управления КГБ Локтева А.Ф.

– Датская шпионка Сьюзен Кристен согласилась сотрудничать с нами. Она приняла нас за ФБР. Мы не стали её разубеждать в обратном. Судя по реакции, ей всё равно кому служить. Лишь бы щедро платили. Абсолютно беспринципная девица. Ни Родины, ни флага, ни семьи. В голове – одна нажива. Ради славы и денег, она готова на любое преступление, – сообщил Аристов.

– Удалось ли выяснить, кому принадлежат вещдоки, добытые из её сумочки?

Перейти на страницу:

Все книги серии «Позывной «Ласточка»

Похожие книги

Список убийств
Список убийств

У руководства США существует сверхсекретный список, в который занесены самые опасные террористы и убийцы. Все эти нелюди, попавшие в список, должны быть уничтожены при первой же возможности. И название ему — «Список убийств». А в самом начале этого документа значится имя Проповедник. Его личность — загадка для всех. Никто не знает, где он находится и как его искать. Своими пламенными речами на чистом английском языке, выложенными в Интернете, Проповедник призывает молодых мусульман из американских и английских анклавов безжалостно убивать видных, публичных иноверцев — а затем принимать мученическую смерть шахида. Он творит зло чужими руками, сам оставаясь в тени. Но пришла пора вытащить его из этой тени и уничтожить. Этим займется ведущий специалист в области охоты на преступников. И зовут его Ловец…

Фредерик Форсайт

Детективы / Политический детектив / Политические детективы
Тень гоблина
Тень гоблина

Политический роман — жанр особый, словно бы «пограничный» между реализмом и фантасмагорией. Думается, не случайно произведения, тяготеющие к этому жанру (ибо собственно жанровые рамки весьма расплывчаты и практически не встречаются в «шаблонном» виде), как правило, оказываются антиутопиями или мрачными прогнозами, либо же грешат чрезмерной публицистичностью, за которой теряется художественная составляющая. Благодаря экзотичности данного жанра, наверное, он представлен в отечественной литературе не столь многими романами. Малые формы, даже повести, здесь неуместны. В этом жанре творили в советском прошлом Савва Дангулов, Юлиан Семенов, а сегодня к нему можно отнести, со многими натяжками, ряд романов Юлии Латыниной и Виктора Суворова, плюс еще несколько менее известных имен и книжных заглавий. В отличие от прочих «ниш» отечественной литературы, здесь еще есть вакантные места для романистов. Однако стать автором политических романов объективно трудно — как минимум, это амплуа подразумевает не шапочное, а близкое знакомство с изнанкой того огромного и пестрого целого, что непосвященные называют «большой политикой»…Прозаик и публицист Валерий Казаков — как раз из таких людей. За плечами у него военно-журналистская карьера, Афганистан и более 10 лет государственной службы в структурах, одни названия коих вызывают опасливый холодок меж лопаток: Совет Безопасности РФ, Администрация Президента РФ, помощник полномочного представителя Президента РФ в Сибирском федеральном округе. Все время своей службы Валерий Казаков занимался не только государственными делами, но и литературным творчеством. Итог его закономерен — он автор семи прозаико-публицистических книг, сборника стихов и нескольких циклов рассказов.И вот издательство «Вагриус Плюс» подарило читателям новый роман Валерия Казакова «Тень гоблина». Книгу эту можно назвать дилогией, так как она состоит из двух вполне самостоятельных частей, объединенных общим главным героем: «Межлизень» и «Тень гоблина». Резкий, точно оборванный, финал второй «книги в книге» дает намек на продолжение повествования, суть которого в аннотации выражена так: «…сложный и порой жестокий мир современных мужчин. Это мир переживаний и предательства, мир одиночества и молитвы, мир чиновничьих интриг и простых человеческих слабостей…»Понятно, что имеются в виду не абы какие «современные мужчины», а самый что ни на есть цвет нации, люди, облеченные высокими полномочиями в силу запредельных должностей, на которых они оказались, кто — по собственному горячему желанию, кто — по стечению благоприятных обстоятельств, кто — долгим путем, состоящим из интриг, проб и ошибок… Аксиома, что и на самом верху ничто человеческое людям не чуждо. Но человеческий фактор вторгается в большую политику, и последствия этого бывают непредсказуемы… Таков основной лейтмотив любого — не только авторства Валерия Казакова — политического романа. Если только речь идет о художественном произведении, позволяющем делать допущения. Если же полностью отринуть авторские фантазии, останется сухое историческое исследование или докладная записка о перспективах некоего мероприятия с грифом «Совершенно секретно» и кодом доступа для тех, кто олицетворяет собой государство… Валерий Казаков успешно справился с допущениями, превратив политические игры в увлекательный роман. Правда, в этом же поле располагается и единственный нюанс, на который можно попенять автору…Мне, как читателю, показалось, что Валерий Казаков несколько навредил своему роману, предварив его сакраментальной фразой: «Все персонажи и события, описанные в романе, вымышлены, а совпадения имен и фамилий случайны и являются плодом фантазии автора». Однозначно, что эта приписка необходима в целях личной безопасности писателя, чья фантазия парит на высоте, куда смотреть больно… При ее наличии если кому-то из читателей показались слишком прозрачными совпадения имен героев, названий структур и географических точек — это просто показалось! Исключение, впрочем, составляет главный герой, чье имя вызывает, скорее, аллюзию ко временам Ивана Грозного: Малюта Скураш. И который, подобно главному герою произведений большинства исторических романистов, согласно расстановке сил, заданной еще отцом исторического жанра Вальтером Скоттом, находится между несколькими враждующими лагерями и ломает голову, как ему сохранить не только карьеру, но и саму жизнь… Ибо в большой политике неуютно, как на канате над пропастью. Да еще и зловещая тень гоблина добавляет черноты происходящему — некая сила зла, давшая название роману, присутствует в нем далеко не на первом плане, как и положено негативной инфернальности, но источаемый ею мрак пронизывает все вокруг.Однако если бы не предупреждение о фантазийности происходящего в романе, его сила воздействия на читателя, да и на правящую прослойку могла бы быть более «убойной». Ибо тогда смысл книги «Тень гоблина» был бы — не надо считать народ тупой массой, все политические игры расшифрованы, все интриги в верхах понятны. Мы знаем, какими путями вы добиваетесь своих мест, своей мощи, своей значимости! Нам ведомо, что у каждого из вас есть «Кощеева смерть» в скорлупе яйца… Крепче художественной силы правды еще ничего не изобретено в литературе.А если извлечь этот момент, останется весьма типичная для российской актуальности и весьма мрачная фантасмагория. И к ней нужно искать другие ключи понимания и постижения чисто читательского удовольствия. Скажем, веру в то, что нынешние тяжелые времена пройдут, и методы политических технологий изменятся к лучшему, а то и вовсе станут не нужны — ведь нет тьмы более совершенной, чем темнота перед рассветом. Недаром же последняя фраза романа начинается очень красиво: «Летящее в бездну время замедлило свое падение и насторожилось в предчувствии перемен…»И мы по-прежнему, как завещано всем живым, ждем перемен.Елена САФРОНОВА

Валерий Николаевич Казаков

Детективы / Политический детектив / Политические детективы