Читаем Тарси полностью

– Как ты не понимаешь, сколько всего зависит от твоей выходки! Халлетлов рушится на глазах. Но маори живы, они ждут своего пробуждения! Я жил на Земле, установил эмоциональную связь с этой девушкой, передал ей часть энергии, когда умирал там. Я внушил ей путь, по которому она взошла на Гору. Она преодолела облачную грань, ведомая моей энергией! Ты хоть представляешь, какой это был риск? Я благодарен тебе, Арэнкин, за все, что ты сделал! И я надеялся, что мы и дальше будем действовать совместно.

– Я посчитал это справедливым, – ответил Арэнкин.

– Не оправдывайся!

– И в мыслях не держал.

– Ты – предатель, Арэнкин, – прошелестел Вождь. – Ты предаешь не только меня, но и весь наш мир.

– Битый базальт – цена такому миру.

Наги стояли один против другого, сжигающие друг друга взглядами, разделенные несколькими шагами, смутно схожие и абсолютно разные. И вдруг Гирмэн жестко улыбнулся.

– Что ж, хорошо! Халлетлов ждал сотню лет, подождет еще несколько месяцев. Иди, Арэнкин! Только, я знаю тебя, брат. Пройдет немного времени, и ты начнешь смеяться сам над собой. Иди, я подожду! И помни: скоро ты сам приведешь ко мне Елену, потому что эта игра тебе станет противна. Думаешь, я не понимаю, что руководит тобой?

– Страх. Обыкновенный, достойный последнего человека страх. Пока эта женщина глушит твой страх, ты не оставишь ее. Но это скоро пройдет. Так скоро, что, думаю, миру хуже не станет за это время. Я вижу, что ты в ней нашел. Свежая жизнь, незнакомая энергия, новое дыхание. Иди, Арэнкин, наслаждайся этой женщиной. Сильные эмоции и переживания делают кровь сильнее… Устанавливай связь дальше, я понаблюдаю. Тебе снова захочется новизны – тем больнее разрывать, тем больше у нее будет желания вернуться домой, использовать каждый шанс, найти любую связь с Землей. Превосходно!

– Достаточно, Гирмэн, – тихо прервал Арэнкин. – Я справедливо считаю себя свободным от обещания, данного тебе. Мне пора лететь, мой отряд ждет.

Не дожидаясь разрешения, Арэнкин вышел из залы. Гирмэн проводил его ледяным взглядом. Потом усмехнулся и залпом выпил кубок яда.

"Одна человеческая жизнь. Одна-единственная жизнь – и мир отступит от той грани, на которой балансирует. Сила крови – мощнейшая из доступных нам. Живительная кровь, поток энергии, нерушимая связь между мирами, которые не могут существовать друг без друга".

Арэнкин направил сенгида вниз. Море было ясным и тихим, во многих местах между облаками синели глубокие просветы. Стражи черными точками рассеялись вдоль берега. Все спокойно.

"Одна жизнь. Ничего не стоящая, одна из многих. Там таких миллионы. Ни одному из этих миллионов нет входа в поднебесье. Ни одному из нас не вернуться домой. Неужели действительно было время, когда в Халлетлове повсюду виднелся дым жертвенных костров, курящийся с самой Земли, и слышались отголоски молитв? Облачных морей все больше, мир рушится…"

Ошалевшая ворона, залетевшая слишком низко, прохлопала крыльями вверх перед носом сенгида.

"Одна жизнь. И Халлетлов просуществует еще… сколько? Несколько сотен, тысяч лет? Неважно. Главное – просуществует, у него будет надежда. Кто знает, что станется с Землей за это время. Пока мир жив, пока живы земляне и мы – ничто не кончено. И неважно, как было задумано Демиургами. Одна жизнь".

Арэнкин почти наяву почувствовал притягательную гладкость обсидианового ножа в ладони. Запах теплой крови, жар по руке, еще бьющееся сердце…

"Сколько бы я ни прожил после совершения обряда, народ нагов меня не забудет никогда. Люди считают, что это и есть настоящая жизнь – остаться в памяти. Что мне будет в такой жизни? Ничего. Вечное бессмертие на Заокраинах. Каменное равнодушие и покорность судьбе".

– Арэнкин! – окликнул Райго.

Летун вынес его на поверхность моря. На юго-западе меняло очертания серое облако. Арэнкин резко свистнул и приказал:

– В бой!