Читаем Тарси полностью

– Кандидат, потрудитесь объяснить, почему вы не в своих комнатах в такое время?

– Я его пригласила. После тренировок. Не нужно его наказывать!

– Пошел вон! – бросил Арэнкин сквозь зубы. – Я тебя не видел!

– Я выполню твою просьбу, – обратился наг к девушке. – Идем со мной.

В темном небе свищет ветер, пронизывает холодом. Сенгиды летят плавно, ловят ветер крыльями, подныривают под слишком сильные потоки. Под ними – облака, темно-фиолетовые из-за черного неба, клубящиеся, изменчивые. Всадник держит руку на рукояти меча, зорко следит за малейшим облачным движением. На удаляющемся берегу мерцает холодным отблеском пост стражей.

Сенгиды входят в пике, все ниже и ниже, находят просветы меж облаками, лавируют, несутся стремительно, будто в свободном падении. Вот летун мягко зависает в воздухе, с непониманием оглядывается на всадника, мол, зачем заставили лететь в такую глубину? Какой смысл?

Всадник спрыгнул с летуна, и тот тревожно хлопнул крыльями – казалось, наг сейчас просто провалится в пустоту. Но пустота, на которую он шагнул, отличалась от окружающей – она была плотной, поблескивающей, прозрачной, похожей на мутное зеркало. Птицелюды давно бились над изобретением, которое позволит восстанавливать облачные моря. Девушка спешилась рядом с ним. Сенгиды взлетели повыше, к плотному слою облаков – они не переносили присутствия облачной грани и желали как можно скорее убраться отсюда. Они не понимали нага и человека, прилетевших сюда по доброй воле.

Девушка сделала несколько шагов и села, поджав колени, на самом краю неровного зеркального поля. Она вытянула руку перед собой. Наг помедлил немного, сел рядом с ней. Он что-то говорил, она смотрела вниз, в черную бездну. На какой-то миг сенгиду показалось, что девушка сейчас спустит ноги, тронет грань. Летун не мог этого допустить, он взвизгнул пронзительно и предупреждающе, разорвал криком мертвенно-холодную тишину. Она вздрогнула, подняла глаза на возмутителя спокойствия. Сенгид взбил крыльями в морось несколько облачных клочков и крикнул снова.

Наг указал на летуна и что-то сказал девушке, убедительно и твердо. Она сначала улыбнулась, а затем рассмеялась. Он рассмеялся в ответ.

Наверное, впервые за все время своего существования облачная грань услышала настоящий смех живых существ.

– Пойду, проверю, что там стряслось! – не выдержала, наконец, Елена, поднимаясь и отряхивая одежду от песка.

– Да ну! Не идет, и леший с ним! – запротестовал Кусинг.