Читаем Победители тьмы полностью

«Аденц!.. Аденц!.. Аденц!.. Говорит экипаж АЛД-1… Это я, Сергей Зорькин!.. Это я, Сергей Зорькин!.. Спешите на остров Татэ! Наши здесь!.. Аденц!.. Аденц!.. Аденц!.. Говорит Сергей Зорькин, Сергей Зорькин… Говорят люди с АЛД-1, говорят люди с АЛД-1…»

Надо ли описывать, что произошло в этот момент с ок-тябридцами и, в особенности, с Верой Павловной?.. А уж Абэк - тот и вовсе не мог ни минуты оставаться спокойно на одном месте.

- Товарищи, дорогие!.. Ведь это он, наш Сергей! Это он, он… Наши живы!

- Вперед, полным ходом! - прогремел но радио приказ Аспинедова. Он был бледен, голос его дрожал. - Вперед, дорогие, полным ходом вперед!..

Радиостанция «Октябрида» отвечала Сергею Зорькину:

- Внимание, АЛД-1…Внимание, АЛД-1!.. Спешим на помощь вам. Сергей, скоро будем с вами!.. Говорит Абэк

Аденц, говорит Абэк Аденц!.. Мужайтесь, товарищи!.. Подводный город спешит к вам на помощь!.. «Октябрид» спешит к вам на помощь!..»

«Октябрид» был на траверсе «Умирающего лебедя».

Дым стлался над островом. Наземные сооружения были сравнены с землей. Развалины их погребли под собой подводный арсенал поджигателей войны.

…Через несколько часов «Октябрид» прибыл к острову Татэ и приступил к своей освободительной миссии. Экипаж «Октябрида» выпустил на свободу людей из лагерей смерти и вывез их с полуразрушенного, выжженного взрывом острова.

Никогда еще людям подводного корабля не приходилось прилагать такие сверхчеловеческие усилия для спасения погибающих, как в злополучный день страшного взрыва.

Самоходные амфибии и атомоботы непрерывно сновали взад и вперед, доставляя пострадавших на «Октябрид».

В процессе этой кипучей спасательной работы на одном из ближайших островков, в лагере смертников и был обнаружен весь экипаж астероидиноплана АЛД-1, за исключением Сергея Зорькина. Капитан астероидиноплана был найден позднее на большом острове «Умирающего лебедя». Его доставили туда, чтобы путем намеченного взрыва покончить и с ним, и с другими «опасными заключенными». Однако и Зорькину, и многим другим осужденным на смерть чудом удалось спастись.

Смелому летчику посчастливилось встретить соотечественников, услышать родные голоса, но увидеть лица друзей он уже не мог: вместе со многими другими пленниками, находившимися на острове в момент взрыва, он потерял зрение от образовавшихся при взрыве ядовитых испарений.

Встреча экипажа астероидиноплана АЛД-1 с друзьями была в высшей степени волнующей.

Не выпускавшие друг друга из объятий, Абэк и Сергей Зорькин немедленно начали дружескую перепалку.

- Ну, как урегулировал свой быт? - весело справился не утерявший жизнерадостности летчик.

- Какой быт? - притворился непонимающим Абэк.

- Удалось ли Елене Николаевне заронить в твою мудрую голову идею о необходимости брака?

- Представь - удалось!

- Ну, поздравляю, дружище!..

- Принимаю твое поздравление с тем, чтобы и ты разрешил поздравить тебя, если, конечно, согласится одна особа…

- Ты о ком?!

- О твоей Вере Павловне.

- Абэк! - воскликнул Сергей Зорькин с глубоким волнением.

Мужественного летчика словно подкосило. Он опустил голову и глухо сказал:

- В том аду, где я временами терял всякую надежду на возможность возвращения к жизни, меня поддерживал лишь ее образ, воспоминание о ней. Я никогда не забуду ее…

- Вот это уже чудесно! - одобрил Абэк.

- Надеюсь, ты и Елена продолжаете поддерживать дружеские отношения с нею… А как она? Наверно, давно уже вышла замуж… Интересно знать, где она теперь?..

- Здесь, она здесь, и сейчас слушает нас, дорогой друг! - воскликнул Абэк и негромко добавил: - И она не замужем, можешь быть спокоен…

- Вера - здесь? - недоверчиво переспросил Сергей.

Вера Павловна нерешительно подошла и вложила свои руки в могучие руки летчика.

- Сергей… - еле смогла она выговорить сквозь слезы.

Они долго-долго стояли друг против друга, и никто из присутствовавших не решался нарушить это многозначительное молчание.

Не менее трогательной была и встреча Абэка с отцом.

С того момента, как октябридцы с раскрытыми объятиями встретили спасенных соотечественников, стосковавшийся Давид Аденц не мог ни на минуту расстаться с сыном. Он, не стесняясь, трепал и ласкал его кудрявую голову, точно Абэк был еще маленьким мальчиком. Старый ученый и смеялся, и плакал, вытирая слезы тыльной стороной той же руки, в которой держал платок, и словно в забытьи без конца повторял:

- Дорогие мои, я знал, что вы придете, я знал!

Елена присутствовала при этой встрече отца и сына. Словно зачарованная, она следила за этой волнующей сценой, и вдруг услышала слова Абэка:

- Отец, я хочу познакомить тебя с моей подругой. Она была бы непрочь получить долю твоих ласк.

Давид Аденц понял намек сына.

Опустив голову, Елена подошла к старику.

- Дорогой Абэк, я готов обнять всех, всех наших, друзей, а твою подругу - с особой любовью… Подойди же ко мне, дочка, подойди ближе!

Поцеловав Елену в лоб, Давид Аденц с детским любопытством спросил:

- Но кто она, твоя красавица? Лицо ее как будто мне знакомо…

- Елена - дочь Николая Львовича Аспинедова, отец! - объяснил Абэк.

- А твоя - невестка, Давид Георгиевич! - дополнил Дерягин.