Читаем Письма скептику полностью

Наверняка, это к лучшему, но чем убедительней ты говоришь, тем более я раздражаюсь. Я заметил, что слишком много стал думать обо всем этом, и, по-моему, я нахожусь в состоянии фрустрации. Не знаю, что ты сможешь с этим поделать. Может быть, попросишь своего «Духа», который, как можно предположить, потихоньку обтесывает мое сердце, выйти из тьмы и сделать надпись на облаках! И если этого не произойдет, то я думаю, что мне предначертано остаться таким заинтригованным, но разочарованным скептиком, так что твой оптимизм относительно моего изменения обречен на неудачу.

Папа

В ответ на...

Почему Бог сделал веру в Него такой трудной?

Дорогой папа,

Я думаю, что разделяю твою антипатию к Садаму Хуссейну, но не теологические заключения, к которым ты перешел от него. Можешь злиться на Хусейна. Обвиняй его, и обвиняй силу зла, которая стоит за ним (а также и за США и другими странами, которые не безгрешны в этих обстоятельствах). Но не втягивай в это Бога, кроме как разве что призыва о помощи! Он опечален и разгневан этой ситуацией больше, чем когда-либо может быть любой человек. В конце концов, само наше чувство морального возмущения дано тоже Им. Таким образом, Бог на стороне праведности, справедливости и мира.

Все что я могу сказать, папа, так это то, что если я когда либо смог повернуть твой пыл в нужном направлении, то из тебя получится отличный воин молитвы! Мне бы очень хотелось видеть, чтобы ты сердился на сатану так же сильно, как ты сердишься сейчас на Бога.

Теперь вернемся к твоему письму. Сначала хочу поблагодарить тебя за твою искренность и за то, что ты принял мои аргументы так серьезно. Я очень ценю уважение, которое я всегда чувствовал в твоих письмах. Я ни разу не чувствовал, что ты просто отмахиваешься от того, что я говорю.

Мне жаль, что ты чувствуешь разочарование из-за всего этого, но в то же время мне и не жаль. С моей точки зрения, это положительное явление. Изменение такой фундаментальной вещи, как мировоззрение, всегда идет с трудом – особенно когда ты уже прожил с ним столько лет. Ум и сердце одновременно разрываются в двух противоположных направлениях. Психологи такое состояние называют «когнитивным диссонансом». Что касается очень важных вопросов, то это определенно болезненно.

Не думаю, что это большое утешение, но, по-моему, я знаю, что ты чувствуешь. Раньше я рассказывал тебе, как однажды возвращался с лекции по астрономии в университете Миннесоты. В моем разуме вели войну все аргументы за и против существования любящего Творца. С разной степенью интенсивности эта война шла во мне около шести месяцев. Я никогда до этого не был до такой степени несчастным.

И это было не последний раз, когда я так чувствовал себя. Во время аспирантуры тоже произошло несколько случаев, когда моя вера была на грани срыва. Я часто сталкивался с новыми доказательствами и фактами, которые как будто противоречили тому, во что я верил. И на протяжении некоторого времени моя евангельская вера переходила в какое-то «состояние временной остановки». Это и есть «когнитивный диссонанс». Ты разрываешься между двумя мировоззрениями. Если говорить честно, то я до сих пор ощущаю эту «приостановку», когда читаю о трагедиях, которые происходят с детьми. Страдания детей до сих пор разрывают мне сердце! Когда в прошлом году здесь был похищен маленький мальчик Яков Ветерлинг, то я прошел через долгий период времени, когда злился периодически на Бога и сомневался в Его честности. Интеллектуально я могу свести такие события к последовательному теистическому мировоззрению (И именно из-за борьбы с такими событиями во время моей «приостановки», я пришел к моему нынешнему мировоззрению – о космической духовной войне и т.п.). Но эмоционально человек не может увидеть ужаса всего происходящего и не проявить временного гнева. В таком падшем мире разные взгляды неизбежно столкнуться друг с другом в разуме мыслящих людей.

Поэтому не допускай того, чтобы моя кажущаяся уверенность обманула тебя во время наших диалогов. Я действительно убежденный христианин: в свете доказательств и под влиянием Святого Духа в моем сердце я не могу быть иным. Но вера ко мне не пришла легко. Я видел и слышал себя на страницах твоего последнего письма. Христианство не является гигантской «машиной ответов» (хотя фундаменталисты пытаются сделать его таким). Жить – значит существовать среди вопросов и противоречивых выводов.

Твой вопрос, который ты задал в последнем письме, был как бы «мета вопросом». Почему мы вообще ставим под сомнение? Почему вера так трудна? Почему Бог не открылся более явно? Поэтому я хочу предоставить те рамки, в которых задаваемые тобою вопросы имеют смысл, то есть, объяснить тот факт, что ты имеешь вопросы. Если христианское мировоззрение сможет разобраться в том, почему существует дилемма, то оно, по моему мнению, сделало шаг вперед к решению этой дилеммы.