Читаем Молла Насреддин полностью

— Разве не видишь, какой сильный дождь? — кричит сосед.

— Постыдился бы, — говорит в ответ Насреддин, — ведь дождь — милость божья, грешно бежать от божьей милости.

Сосед смутился, замедлил шаг и, пока добрался до дома, промок до последней нитки.

Случилось так, что на другой день сосед стоял у окна и смотрел на улицу. Опять полил сильный дождь. И тут он увидел Насреддина, который бежал изо всей мочи, подобрав полы халата.

— Эй, молла, ты забыл свои вчерашние наставления? — закричал сосед.

— Почтенный, — отвечал Насреддин, — нельзя же топтать ногами божью милость!


Была ли голова?


Насреддин с приятелем отправился поохотиться. В степи они повстречали волка, стали преследовать его и загнали в логово. Приятель Насреддина не хотел упускать добычу, полез головой вперед в логово и долго торчал так. Насреддин видит, что он не вылезает, подошел и вытащил его за ноги. Смотрит, а приятель-то без головы. Насреддин удивился, вернулся в город, пошел к дому приятеля и спрашивает его жену:

— Когда твой муж выходил сегодня из дому, была у него с собой голова?


Камень с печатью


Насреддин пахал поле, вдруг плуг зацепился за что-то. Насреддин копнул землю и увидел небольшой ларец. Поднял крышку — а там золотые монеты. Он подумал: «Раз я нашел этот ларец в поле, значит он принадлежит казне. Надо отдать его правителю города».

Он вернулся домой, рассказал обо всем жене и велел:

— Положи ларец в сумку, я отнесу его к правителю.

Жена знала, что спорить с Насреддином бесполезно, спрятала шкатулку в укромном месте, а вместо нее положила в сумку камень. Насреддин взвалил на плечо сумку и отправился к правителю. А там в это время собрались все знатные люди города. Насреддин неожиданно вошел в присутствие, не говоря ни слова вывернул сумку, и из нее выкатился камень. Насреддин удивился, но виду не подал и говорит:

— Правитель! У лавочников нашего города нет точно вывешенного камня с печатью правителя, поэтому они не довешивают при продаже. Вот я и принес этот камень, чтобы вы велели поставить на нем свою печать. Когда будет верная гиря, и вес будет верный.


Праведники не ведают гордыни


Насреддина спросили:

— Чем ты докажешь, что ты праведник?

— Стоит мне поманить пальцем любое дерево или камень, — отвечал Насреддин, — как они тотчас подойдут ко мне.

А перед ним, как на беду, высилась чинара.

— Может, ты поманишь эту чинару? — спрашивают Насреддина, и он трижды проникновенно произнес: «Подойди ко мне, благословенное дерево». На чинаре даже листик не шелохнулся. Тогда Насреддин, полный достоинства, сам подошел к чинаре.

— Ты ж обещал, что чинара к тебе подойдет, — говорят ему, — а выходит, сам пошел к ней!

— Праведники не ведают гордыни, — отвечал Насреддин. — Если чинара ко мне не идет, я сам пойду к ней.


Мыслящая птица


Насреддин шел по базару. Видит, собралась куча народу и торгуются из-за небольшой птички размером с голубя. За нее давали двенадцать золотых монет. И Насреддин подумал: «Наверное, птицы подорожали, если за такую маленькую птичку дают двенадцать золотых монет. Тогда за мою индюшку величиной с барашка должны дать по крайней мере пятьдесят. Наконец-то я смогу купить все, что мне необходимо». Он тотчас отправился домой и рассказал все жене. Жена очень любила свою индюшку, но он уговорил ее, пообещав часть из вырученных денег потратить на ее нужды. Насреддин с трудом изловил индюшку, зажал ее под мышкой, побежал на базар и стал предлагать. Маклеры предложили за нее двенадцать серебряных монет. Насреддин страшно рассердился и закричал:

— Что за глупый и несправедливый народ! За крупную птицу с таким красивым оперением вы даете двенадцать серебряных монет. А ведь всего час тому назад вы оценили птичку размером с голубя в двенадцать золотых монет.

— Так ведь это был попугай, — возражают ему. — А попугай — птица редкая, не простая.

— А чем примечателен попугай? — спрашивает Насреддин.

— Попугай может целый час говорить как человек, — отвечают ему.

Насреддин посмотрел на мирно дремавшую у него под мышкой индюшку и проговорил:

— Если ваш попугай может говорить час, то моя индюшка может думать целых два часа.


Вес кошки


К Насреддину приехал гость. Насреддин купил ман мяса, отдал жене и попросил зажарить на ужин кебаб[26]. Жена зажарила кебаб, пригласила соседок и подруг, и они угостились на славу. Вечером, когда Насреддин вместе с гостем вернулся домой, жена говорит ему:

— Я хотела развести огонь и пожарить мясо, но кошка его утащила. Купи еще мяса, а не то твой гость останется без ужина.

Насреддин рассвирепел, с большим трудом поймал кошку и взвесил ее: она потянула меньше мана. Тогда он крикнул жене:

— Если кошка съела целый ман мяса, то она должна весить, на худой конец, два мана, а не меньше одного!


Как Насреддин в гости ходил


Перейти на страницу:

Похожие книги

Шицзин
Шицзин

«Книга песен и гимнов» («Шицзин») является древнейшим поэтическим памятником китайского народа, оказавшим огромное влияние на развитие китайской классической поэзии.Полный перевод «Книги песен» на русский язык публикуется впервые. Поэтический перевод «Книги песен» сделан советским китаеведом А. А. Штукиным, посвятившим работе над памятником многие годы. А. А. Штукин стремился дать читателям научно обоснованный, текстуально точный художественный перевод. Переводчик критически подошел к китайской комментаторской традиции, окружившей «Книгу песен» многочисленными наслоениями философско-этического характера, а также подверг критическому анализу работу европейских исследователей и переводчиков этого памятника.Вместе с тем по состоянию здоровья переводчику не удалось полностью учесть последние работы китайских литературоведов — исследователей «Книги песен». В ряде случев А. А. Штукин придерживается традиционного комментаторского понимания текста, в то время как китайские литературоведы дают новые толкования тех или иных мест памятника.Поэтическая редакция текста «Книги песен» сделана А. Е. Адалис. Послесловие написано доктором филологических наук.Н. Т. Федоренко. Комментарий составлен А. А. Штукиным. Редакция комментария сделана В. А. Кривцовым.

Поэзия / Древневосточная литература