Читаем Мать ученья полностью

— А. Хорошая мысль, — кивнул Каэл. — Хотя это означает, что ты дольше не получишь ответов матриарха. Она сказала, что ничего не скажет, пока ты не передашь ей эти воспоминания в следующем цикле.

— Допустимая задержка, — пожал плечами Зориан. Не то чтобы ему было нечем заняться; к тому же, Зак заявил, что собирается провести ближайшие циклы в Сиории. Черт, даже в этом цикле ему еще надо узнать, что Хаслуш может предпринять по поводу вторжения и что можно сделать, чтобы помочь детективу. Если, конечно, он вообще останется здесь на время фестиваля. Учитывая обстоятельства — он вовсе в этом не уверен. — Ну… так когда ты расскажешь мне, как ты собираешься войти во временную петлю?

— Позже, — проворчал Каэл. — Многие детали еще требуют доработки. Чертова паучиха, не умеющая держать жвалы на замке…

— Думаю, на самом деле она говорила без помощи жвал, — отметил Зориан. — Чистая звуковая иллюзия.

— Вот как? Разве ментальный щит не должен был защитить от иллюзий? Я думал, он отсекает любые воздействия на разум, включая полезные, — Каэл растерянно нахмурился.

— Заклятье матриарха не воздействовало на разум. Оно создавало настоящие звуковые волны, — пояснил Зориан.

— Но тогда это звуковое заклятье, а не иллюзия, так?

— Любые заклятья, воздействующие на органы чувств, официально называются иллюзиями. Многие иллюзии сотканы из настоящего света и звука, но все равно называются иллюзиями.

— Это… довольно неточно, — заметил Каэл.

— Думаю, дело в том, что большинство структурированных заклятий школы иллюзий сочетают… хмм, физический эффект с ментальным. Теоретически, их можно разделить по типу воздействия, и многие пытались, но в итоге Гильдия Эльдемара махнула рукой и оставила их одной группой заклятий.

— На удивление практично для Гильдии, — проворчал Каэл. — Похоже, даже они иногда думают головой.

Зориан промолчал. Не нужно быть эмпатом, чтобы догадаться, что морлок имеет зуб на Гильдию магов. Сам Зориан считал, что Гильдия неплохо справляется — но не настолько любил ее, чтобы отстаивать ее репутацию в споре.

Остаток пути они прошли в молчании.

С приближением летнего фестиваля становилось все более очевидно, что Хаслуш не собирается всерьез расследовать вторжение. То ли он не поверил словам Зориана, то ли ему приказали не лезть не в свое дело — но детектив явно утратил интерес к этой теме. Для Зориана это означало, что нужно забрать Кириэлле и убраться из города перед фестивалем — он не собирался умирать и тем более не собирался подвергать Кири опасности.

Интересно, удастся ли убедить Каэла и Имайю покинуть город вместе с ним.

Но у него еще было время. Сейчас ему хотелось только перекусить и прилечь. После изматывающих поручений Киритишли он был совершенно не в настроении что-то планировать. Дом встретил его соблазнительным запахом еды, доносящимся с кухни. Да, упорное желании Имайи быть в курсе его расписания немного раздражало, но, следует признать, еда, готовая прямо к его приходу, многое искупала.

Стоило ему зайти на кухню, как к нему подбежала Кириэлле.

— Братик, я поранила руку! — заныла она, размахивая перед ним пострадавшей конечностью. — Скорее, исцели ее!

Зориан поймал ее за руку и осмотрел "страшную рану". Крохотный порез, даже скорее царапина — она наверняка заживет сама еще до завтра. Боковым зрением он отметил, что Имайя с трудом сдерживает смех.

Зориан подавил вздох. Он не сомневался, что родня будет потешаться над его эмпатическим даром, но никак не ожидал, что Кири тоже опустится до этого. Несмотря на взаимосвязь эмпатии и целительства, она знала, что он не целитель. Хотя с его навыками плетения он мог бы научиться… над этим стоит задуматься.

Придав лицу строгое выражение, он повернул "раненую" руку сестры из стороны в сторону, словно изучая травму. Глубокомысленно хмыкнул и наконец посмотрел Кириэлле прямо в глаза.

— Боюсь, мисс, здесь ничего нельзя сделать. Придется ампутировать, — серьезно заключил он. Он повернулся к Кане, сидевшей за столом и внимательно наблюдавшей за ними, и со значением посмотрел на нее. — Принесите пилу.

Кана серьезно кивнула и стала выбираться из-за стола, но была остановлена смеющейся Имайей, объяснившей, что "он просто пошутил". Зориан не сомневался, что девочка и сама поняла, просто решила подыграть. Да и есть ли вообще в этом доме пила?

Кириэлле, надувшись, выдернула руку из его хватки.

— Дурак, — буркнула она и показала язык.

Ужин прошел относительно тихо, насколько это возможно в присутствии Кириэлле. Что поделать, она была шумной по натуре; впрочем, на его счастье, даже у нее случались периоды спокойствия. В основном, когда она рисовала или читала. Он все никак не мог к этому привыкнуть — на его взгляд, такая сосредоточенность совершенно не в ее характере. Тем более, что он по собственному опыту знал, что родители не одобряют хобби и стремятся отучить от них.