Читаем Гуль и Навруз полностью

И приказал султан, и пред султаномПредстал царевич с кипарисным станом,Склонился, словно раб, целуя прах,Смущения румянец на щеках.Взглянул на юношу султан Йемена,Увидел: стать его благословенна,Он — отпрыск шахов, славных на земле.Свет Кай-Кобада[35] на его челе!Вскочил султан как бы пред Кай-Кобадом,Навруза усадил со знатью рядом,Учтивый задал юноше вопрос,И тот ответ учтивый произнес.Он все поведал с самого начала,С сердечной тайны сбросив покрывало.Всех слушателей поразил, потрясО горестных скитаниях рассказ.Дворец визиря огласили стоны,Йеменский царь застыл, ошеломленный.

Царь Йемена утешает Навруза

Воскликнул царь: "0 дивный кипарис,Пред жребием назначенным смирись.Увы, судьбы не отвратить удара,Но встретишься ты с розою Фархара.Осуществится, верю, ваш союз,Поэтому ты не грусти, Навруз.Йемен красив, он всех дорог начало,Здесь даже пыль благоуханьем стала,Земля его отраду нам дарит,Вода его, чаруя, жизнь творит.Ты здесь найдешь лужайки для веселья,А для охоты здесь найдешь ущелья.Здесь птиц полно, куда ни кинешь взор,Закрыто утками лицо озер.Полюбишь ты охотничью забаву,Утешишься, потешишься на славу.Я дам тебе ровесников и слуг.Ты мне внемли, я твой отец и друг.Тебе скажу я, не преувелича: Жизнь коротка, в ней каждый день — добычаТак надо наслаждаться каждым днем —О завтрашнем не думай: все помрем.А жизнь — предательница очень скороУсловия нарушит договора".

Ответ Навруза

Навруз поднялся, осиян добром,Сказал, целуя землю пред царем:"Для чужеземцев рай — твое жилище,Любой султан перед тобой, как нищий.Как может горевать и плакать тот,Кто сопечальника в тебе найдет?Как не прийти к успехам и удачамС твоим, о царь, сочувствием горячим?Кто счастлив — есть поверье с давних дней, —Тот делает счастливыми друзей.Твоим великодушьем осененный,Я буду исполнять твои законы.Твой жалкий раб, на твой приду я зов,Не раб, а собеседник царских псов!"

Царь Йемена осыпает Навруза благодеяниями

Царь, соблюдая доброты обычай,Пожаловал Наврузу тьму отличий.Дал землю во владенье, войско, стяг,Казну без счета, сотни всяких благ,Престол, шатер, украшенный богато,Одежду знатных из шелков и злата.Он бекам приказал — столпам страны;"Вы юноше теперь подчинены!"И чернь и знать с приветом и поклономПредстали пред Наврузом благосклонным.Он месяц прожил в радости большой,К Йемену привязавшись всей душой.Он выезжал с весельем на охоту,Прогнав из сердца смуту и заботу.

Царь Йемена посылает Навруза во главе войска на Аден

Перейти на страницу:

Похожие книги

Рубаи
Рубаи

Имя персидского поэта и мыслителя XII века Омара Хайяма хорошо известно каждому. Его четверостишия – рубаи – занимают особое место в сокровищнице мировой культуры. Их цитируют все, кто любит слово: от тамады на пышной свадьбе до умудренного жизнью отшельника-писателя. На протяжении многих столетий рубаи привлекают ценителей прекрасного своей драгоценной словесной огранкой. В безукоризненном четверостишии Хайяма умещается весь жизненный опыт человека: это и веселый спор с Судьбой, и печальные беседы с Вечностью. Хайям сделал жанр рубаи широко известным, довел эту поэтическую форму до совершенства и оставил потомкам вечное послание, проникнутое редкостной свободой духа.

Эмир Эмиров , Омар Хайям , Мехсети Гянджеви , Дмитрий Бекетов

Поэзия / Поэзия Востока / Древневосточная литература / Стихи и поэзия / Древние книги
Арабская поэзия средних веков
Арабская поэзия средних веков

Арабская поэзия средних веков еще мало известна широкому русскому читателю. В его представлении она неизменно ассоциируется с чем-то застывшим, окаменелым — каноничность композиции и образных средств, тематический и жанровый традиционализм, стереотипность… Представление это, однако, справедливо только наполовину. Арабская поэзия средних веков дала миру многих замечательных мастеров, превосходных художников, глубоких и оригинальных мыслителей. Без творчества живших в разные века и в далеких друг от друга краях Абу Нуваса и аль-Мутанабби, Абу-ль-Ала аль-Маарри и Ибн Кузмана история мировой литературы была бы бедней, потеряла бы много ни с чем не сравнимых красок. Она бы была бедней еще и потому, что лишила бы все последующие поколения поэтов своего глубокого и плодотворного влияния. А влияние это прослеживается не только в творчестве арабоязычных или — шире — восточных поэтов; оно ярко сказалось в поэзии европейских народов. В средневековой арабской поэзии история изображалась нередко как цепь жестко связанных звеньев. Воспользовавшись этим традиционным поэтическим образом, можно сказать, что сама арабская поэзия средних веков — необходимое звено в исторической цепи всей человеческой культуры. Золотое звено.Вступительная статья Камиля Яшена.Составление, послесловие и примечания И. Фильштинского.Подстрочные переводы для настоящего тома выполнены Б. Я. Шидфар и И. М. Фильштинским, а также А. Б. Куделиным (стихи Ибн Зайдуна и Ибн Хамдиса) и М. С. Киктевым (стихи аль-Мутанабби).

Ан-Набига Аз-Зубейни , Аль-Газаль , Маджнун , Ибн Шухайд , Ас-Самаваль

Поэзия Востока