Слово «бессловесный» выделено курсивом – это один из синонимов слова «скот» – «тварь бессловесная». Даже в этой шутливой реплике Чацкий не удержался от намека на то, что служба и карьера в том виде, в котором они существуют, – дело подлое. Софья же видит только оскорбление своего безответного возлюбленного, ее опасения подтверждаются, и Чацкий, сам того не понимая, наживает себе смертельного врага. Софья считает, что она должна теперь защищать Молчалина не только от отца, но и от Чацкого. Она раздраженно обрывает Чацкого и обвиняет его в злоязычии. Ответ Чацкого еще раз нарушает навязываемое ему амплуа: он тут же меняет тон; признает, что у него «ум с сердцем не в ладу» (вот еще одна «подсказка» для читателя, возможное толкование заглавия); просит у Софьи прощения, если оскорбил ее. Он кажется по-настоящему влюбленным, в его словах звучит нежность. Сплетнику-фату такие эмоции неведомы, но Софья Чацкому не верит или не хочет верить. Когда появляется Фамусов, она пускает его по ложному следу и убивает тем самым двух зайцев: Фамусов будет теперь следить за Чацким, это отведет беду от Молчалина и временно нейтрализует Чацкого. Мы видим классическую завязку комедии: непонимание, возникающее благодаря случайному стечению обстоятельств, становится двигателем интриги, герои заблуждаются относительно друг друга. Последняя реплика Фамусова в первом действии – речь комического отца, который все время ждет от дочери каких-нибудь подвохов. Итак, к концу первого действия перед нами узнаваемая комическая интрига, при этом привычные амплуа хотя еще узнаются, но уже трещат по всем швам. Обозначены основные герои-идеологи – Чацкий и Фамусов – и намечены будущие темы их разговоров.

<p>Действие II</p>

И. А. Гончаров писал в статье «Мильон терзаний»: «Две комедии как будто вложены одна в другую: одна, так сказать, частная, мелкая, домашняя, между Чацким, Софьей, Молчалиным и Лизой; это интрига любви, вседневный мотив всех комедий. Когда первая прерывается, в промежутке является неожиданно другая, и действие завязывается снова, частная комедия разыгрывается в общую битву и связывается в один узел». Гончаров очень точно описал развитие действия в пьесе: общественная интрига чередуется, а потом и переплетается с частной, любовной. Второе действие – антитеза первому: в нем продолжает развиваться любовная интрига, но на первый план выходит идеологический конфликт Чацкого и Фамусова. Тема опасности для несчастных влюбленных брошена; со стороны Фамусова им, кажется, ничто не угрожает, а читатель, в нарушение всех своих ожиданий, становится свидетелем ожесточенных философских споров.

<p>Явление 1</p>

Уйдя в конце первого действия как комический отец, Фамусов в том же амплуа появляется и в начале второго действия. Мы так и не видим Фамусова за делами с Молчалиным, то есть не видим его «при исполнении». Некоторое представление об этом мы можем получить, когда наблюдаем, как Фамусов пытается планировать визиты на ближайшие дни. Любопытно, что диктует он не Молчалину, а слуге Петрушке, видимо ливрейному лакею. Молчалин – лакей поважнее.

Календарь – адрес-календарь – ежегодник, в котором были перечислены все государственные служащие – «штаты духовные, придворные, гражданские и гвардейские» – по учреждениям. В календарь обычно вплетали чистые листы для записей.

Пономарь – низший церковный служитель, чтец, певчий.

Камергер – высшее придворное звание; на мундире был отличительный знак – «золотой ключ на голубой ленте у левой фалды на пуговице».

Размышления о чудном устройстве мироздания, произнесенные по поводу форелей на обед, окрашивают в комические тона все последующие реплики Фамусова, даже когда его сентенции к месту – например, мысли о скоротечности бытия, высказанные по поводу погребения. Комичное важничанье, претензия на знание всех премудростей этого мира – даже того, когда должна родить докторша, – демонстрируют привычку управлять всем и вся, в том числе событиями, от него не зависящими. Именно в таком полукомическом ключе первый раз возникает тема службы: покойный Кузьма Петрович оставил по себе похвальную память тем, что стал камергером и женился на богатой, и сына сделал камергером и женил на богатой, и внуков… Для Фамусова это не частный случай, а общественное устройство, незыблемое, воспроизводящееся в каждом поколении и потому вечное.

<p>Явление 2</p>