Читаем Берегите друзей полностью

Это снова снега замели,Или, может, видавшие виды,На конях белогривых вдалиИз-за гор вылетают мюриды.Шапку сняв на пороге родном,Я стряхнул седину непогоды.И клубятся снега за окном,Словно годы, Мустай, словно годы.Быстро таяли календари.И хоть мы не менялись для моды,Что ты, милый мой, ни говори,Изменили и нас эти годы.Ошибались с тобой мы не раз,Ушибались, хмельны и тверезы,И прозревших не прятали глаз,Где стояли жестокие слезы.Помню: на сердце камень одинМы носили, покуда в разлукеБыл с Кавказом Кулиев Кайсын,Переживший молчания муки.Книгу памяти перелистай,Распахни перед прошлым ворота.Мы с тобой повзрослели, Мустай,И мельчить мы не будем, как кто-то.Головам нашим буйным, седымДерзких помыслов преданна свита,Мы уверенно в седлах сидим,Коням падавшие под копыта.На снегу раздуваем костер,Сторонимся сердец осторожныхИ не в каждый кидаемся спор:Слишком много их – пустопорожних.Любоваться собой недосуг,Нас зовет и торопит дорога.Не о славе – о слове, мой друг,Позаботимся нежно и строго.Поклоняясь любви и уму,Дышит время высокого лада.Сами знаем мы, что и к чему,И вести нас за ручку не надо.То окована стужей земля,То бурлят ее вешние воды.Наши лучшие учителя —Это годы, Мустай, это годы.Пишет нам из больницы в письмеБоль, стихающая под бинтами,Грешник, кающийся в тюрьме,Исповедуется пред нами.Пишет пахарь и сеятель нам.Не уйдешь от прямого ответа.Годы мчатся под стать скакунам,Оседлала их совесть поэта.Скоро песни вернувшихся стайЗазвенят над разбуженной чащей.Хорошо, что ты рядом, Мустай,Верный друг и поэт настоящий!

Когда я входил в дом Самеда Вургуна

Перевод Я. Козловского

Ох, легче мне было бы против теченияВплавь кинуться нынче по горной реке,Чем кнопку звонка утопить на мгновение,Пред дверью твоей замирая в тоске.С простреленным сердцем стою одиноко я,Не слишком жестоко ли это, Самед?Мне легче подняться на гору высокую,Чем в старый твой дом, где тебя уже нет.Обнять бы тебя мне, щетинистоусого.Кричу я, зову я —                      и только в ответГремит тишина, как печальная музыка,Как звездочка дальняя, холоден свет.И шуток не слышно, и книги как сироты,И жарким огнем не пылает очаг.И в дом свой родной возвратиться                     не в силах ты,Уехавший слишком далеко кунак.

Как рано ты умер, поэт!

Перевод Е. Николаевской и И. Снеговой

Перейти на страницу:

Похожие книги

Москва
Москва

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» – листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве».Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Дон Жуан
Дон Жуан

«Дон-Жуан» — итоговое произведение великого английского поэта Байрона с уникальным для него — не «байроническим»! — героем. На смену одиноким страдальцам наподобие Чайльд-Гарольда приходит беззаботный повеса, влекомый собственными страстями. Они заносят его и в гарем, и в войска под командованием Суворова, и ко двору Екатерины II… «В разнообразии тем подобный самому Шекспиру (с этим согласятся люди, читавшие его "Дон-Жуана"), — писал Вальтер Скотт о Байроне, — он охватывал все стороны человеческой жизни… Ни "Чайльд-Гарольд", ни прекрасные ранние поэмы Байрона не содержат поэтических отрывков более восхитительных, чем те, какие разбросаны в песнях "Дон-Жуана"…»

Джордж Гордон Байрон , Алессандро Барикко , Алексей Константинович Толстой , Эрнст Теодор Гофман , (Джордж Гордон Байрон

Проза для детей / Поэзия / Проза / Классическая проза / Современная проза / Детская проза / Стихи и поэзия