Читаем Аргонавтика полностью

500  В тяжких распрях, бесспорно, вождя своего потерявши,     А разбредутся когда они, и путь наш окажется легок.     Так обратно домой без помех мы сможем вернуться».     Кончил он. Все друзья одобрили речь Эакида.     Сразу взойдя на корабль, они дружно взялись за весла505  И неустанно гребли, пока не увидели остров;     Он Электридой зовется* и крайний к реке Эридану.     Лишь про страшную гибель вождя стало колхам известно,     Все решили они искать по Кронийскому морю     И Арго и минийцев, но их удержала богиня510  Гера сама, ниспослав из Эфира множество молний.     Тут-то им, уж напуганным диким гневом Эета,     Страшными стали казаться нравы земли Китаидской.     И расселились они, куда занесло их случайно, —     На островах, где стояли герои. Одни оказались515  И теперь там живут, где осталось прозванье Апсирта, —     У реки Иллирика глубокой и темной, другие,     Где курган над Кадмом с Гармонией, крепость воздвигли     Рядом с людьми энхелийскими; третьи теперь обитают     В тех горах*, что стали звать Керавнийскими люди520  После того, как перуны владыки Кронида по воле     Геры колхам не дали остаться у этих подножий.     Лишь посчитали герои свой путь совсем безопасным,     Вышли они на Гиллейской земле*, укрепив там причалы.     Мелких много пред ней островов, и путь для плывущих525  Труден меж ними. Гиллеи встретили их не как прежде —     Даже миролюбиво сами им путь указали,     Платою взяв за совет треножник большой Аполлона.     Два треножника Феб предоставил везти Эсониду     В те времена, когда тот пришел к Пифийскому храму,530  Чтобы узнать от бога про путешествие это.     Он узнал, что в стране, где он оставит треножник,     От подступивших врагов никогда разрушений не будет.     Вот почему даже ныне треножник сокрыт остается     Глубоко под землей у града Аганы Гиллейской.*535  Там он уже навсегда для смертных людей недоступен.     Только правителя их аргонавты в живых не застали.     Гилл был Гераклу рожден* прекрасною девой Мелитой     В Феакийской земле. Геракл пришел в Феакийский     Царский дом к Навсифою с Макридой*, которой Дионис540  Вскормлен. Геракл хотел поплатиться за детоубийство     Страшное. Дочь реки Эгея ему полюбилась,     Нимфа речная Мелита, от нее и родился     Мощный Гилл. Возмужав, не хотел он на острове этом     Впредь оставаться, терпя жестокую власть Навсифоя.545  Местных набрав феакийцев, ушел он в Кронийское море, —     Сам Навсифой ему помогал в подготовке похода.     Там он остался*, и менторы там его умертвили     Из-за сельских волов, которых они защищали.     Но почему, о богиня, вне Кронийского моря,
Перейти на страницу:

Все книги серии Литературные памятники

Похожие книги

Собрание сочинений. Том 2. Мифы
Собрание сочинений. Том 2. Мифы

Новое собрание сочинений Генриха Сапгира – попытка не просто собрать вместе большую часть написанного замечательным русским поэтом и прозаиком второй половины ХX века, но и создать некоторый интегральный образ этого уникального (даже для данного периода нашей словесности) универсального литератора. Он не только с равным удовольствием писал для взрослых и для детей, но и словно воплощал в слове ларионовско-гончаровскую концепцию «всёчества»: соединения всех известных до этого идей, манер и техник современного письма, одновременно радикально авангардных и предельно укорененных в самой глубинной национальной традиции и ведущего постоянный провокативный диалог с нею. Во второй том собрания «Мифы» вошли разножанровые произведения Генриха Сапгира, апеллирующие к мифологическому сознанию читателя: от традиционных античных и библейских сюжетов, решительно переосмысленных поэтом до творимой на наших глазах мифологизации обыденной жизни московской богемы 1960–1990‐х.

Генрих Вениаминович Сапгир , Юрий Борисович Орлицкий

Поэзия / Русская классическая проза
Мир в капле росы. Весна. Лето. Хайку на все времена
Мир в капле росы. Весна. Лето. Хайку на все времена

Утонченная и немногословная японская поэзия хайку всегда была отражением мира природы, воплощенного в бесконечной смене времен года. Человек, живущий обыденной жизнью, чьи пять чувств настроены на постоянное восприятие красоты земли и неба, цветов и трав, песен цикад и солнечного тепла, – вот лирический герой жанра, объединяющего поэзию, живопись и каллиграфию. Авторы хайку создали своего рода поэтический календарь, в котором отводилось место для разнообразных растений и животных, насекомых, птиц и рыб, для бытовых зарисовок и праздников.Настоящее уникальное издание предлагает читателю взглянуть на мир природы сквозь призму японских трехстиший. Книга охватывает первые два сезона в году – весну и лето – и содержит более полутора тысяч хайку прославленных классиков жанра в переводе известного востоковеда Александра Аркадьевича Долина. В оформлении использованы многочисленные гравюры и рисунки средневековых японских авторов, а также картины известного современного мастера японской живописи в стиле суми-э Олега Усова. Сборник дополнен каллиграфическими работами Станислава Усова.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Александр Аркадьевич Долин , Поэтическая антология

Поэзия / Древневосточная литература
Собрание стихотворений
Собрание стихотворений

КОРОТКО О СЕБЕРодился в 1936 г. в Архангельской области. Но трех лет меня увезли оттуда. Детство прошло в сельском детском доме над рекой Толшмой — глубоко в Вологодской области. Давно уже в сельской жизни происходят крупные изменения, но для меня все же докатились последние волны старинной русской самобытности, в которой было много прекрасного, поэтического. Все, что было в детстве, я лучше помню, чем то, что было день назад.Родителей лишился в начале войны. После детского дома, так сказать, дом всегда был там, где я работал или учился. До сих пор так.Учился в нескольких техникумах, ни одного не закончил. Работал на нескольких заводах и в Архангельском траловом флоте. Служил четыре года на Северном флоте. Все это в равной мере отозвалось в стихах.Стихи пытался писать еще в детстве.Особенно люблю темы родины и скитаний, жизни и смерти, любви и удали. Думаю, что стихи сильны и долговечны тогда, когда они идут через личное, через частное, но при этом нужна масштабность и жизненная характерность настроений, переживаний, размышлений…

Николай Михайлович Рубцов

Поэзия