Читаем Аргонавтика полностью

350  Тут, в глаза ему глядя, сказала Медея печально:     «О Ясон! Что теперь вы задумали с колхами вместе     Против меня? Неужели ты разум утратил от счастья?     Может быть, ты забыл, что сказал, в нужде пребывая?     Где твои клятвы Зевсом Гикесием? Где обещанья355  Сладкие? Им внимая, бесстыдная, я вероломно     Землю родную, славу чертогов, родителей милых     Бросила. Было мне это дороже всего. И далеко     С чайками жалкими рядом одна лечу я по морю     Из-за деяний твоих, чтоб ты невредим оставался360  В битве с землею рожденными, с медными в схватке быками.     Да и руно, наконец, за которым в путь вы пустились,     Взял ты злодейством моим. Срам пагубный мною оставлен     Женщинам. Вот потому я считаю*, что милой твоею     И супругой законной, а прочим сестрой отправляюсь365  Вместе с тобою в землю Эллады. Во всем благосклонно     Мне защитником стань и меня не бросай одинокой     От себя далеко, к своим отправляясь владыкам!     Мне защитником будь! Пусть станет незыблемой правда,     Правда и с ней договор*, что мы вдвоем заключили!370  Или же сразу кинжалом возьми перережь мое горло —     Так, несчастная, я получу достойно за глупость!     Если же вправду правитель, с которым вы сговорились     Обо мне на таких плачевных условьях, присудит     Брату меня передать, как отцу покажусь на глаза я?375  Славы ли буду достойна? Ну, а расплату какую,     Страшные казни какие мне испытать там придется     За поступки ужасные, здесь совершенные мною?     Если же ты возвращенья, любезного сердцу, желаешь,     Пусть не даст его вседержавная Зевса супруга!*380  Слишком уж ты на нее возлагаешь надежду большую,     Пусть когда-нибудь ты обо мне, изнуренный, припомнишь!     Пусть руно как сон, как призрак выскользнет в Тартар!     Из отчизны тебя пусть Эринии прочь мои гонят!     Многое из-за обмана я твоего испытала.385  Но не может такое пасть и пропасть без последствий, —     Ибо ты нарушил жестоко* великую клятву.     И, конечно, недолго за глумление мною     И за свой договор пребывать вам придется в покое».     Так говорила она, распаляясь в тягостном гневе,390  И грозила поджечь корабль, изрубить его брусья,     Чтобы затем самой в жестокое ринуться пламя.     В страхе Ясон ей ответил такою кроткою речью:     «Милая, ты погоди! Самому мне не нравится это.     Но приходится нам начало битвы отсрочить.395  Будто туча, враги вкруг нас собрались отовсюду     Из-за тебя. Ведь все живущие здесь поселенцы     Жаждут Апсирту помочь, чтоб смог тебя он обратно     В дом к отцу твоему отвезти, подобно добыче.     Можем мы все, как один, погибнуть лютою смертью,
Перейти на страницу:

Все книги серии Литературные памятники

Похожие книги

Собрание сочинений. Том 2. Мифы
Собрание сочинений. Том 2. Мифы

Новое собрание сочинений Генриха Сапгира – попытка не просто собрать вместе большую часть написанного замечательным русским поэтом и прозаиком второй половины ХX века, но и создать некоторый интегральный образ этого уникального (даже для данного периода нашей словесности) универсального литератора. Он не только с равным удовольствием писал для взрослых и для детей, но и словно воплощал в слове ларионовско-гончаровскую концепцию «всёчества»: соединения всех известных до этого идей, манер и техник современного письма, одновременно радикально авангардных и предельно укорененных в самой глубинной национальной традиции и ведущего постоянный провокативный диалог с нею. Во второй том собрания «Мифы» вошли разножанровые произведения Генриха Сапгира, апеллирующие к мифологическому сознанию читателя: от традиционных античных и библейских сюжетов, решительно переосмысленных поэтом до творимой на наших глазах мифологизации обыденной жизни московской богемы 1960–1990‐х.

Генрих Вениаминович Сапгир , Юрий Борисович Орлицкий

Поэзия / Русская классическая проза
Мир в капле росы. Весна. Лето. Хайку на все времена
Мир в капле росы. Весна. Лето. Хайку на все времена

Утонченная и немногословная японская поэзия хайку всегда была отражением мира природы, воплощенного в бесконечной смене времен года. Человек, живущий обыденной жизнью, чьи пять чувств настроены на постоянное восприятие красоты земли и неба, цветов и трав, песен цикад и солнечного тепла, – вот лирический герой жанра, объединяющего поэзию, живопись и каллиграфию. Авторы хайку создали своего рода поэтический календарь, в котором отводилось место для разнообразных растений и животных, насекомых, птиц и рыб, для бытовых зарисовок и праздников.Настоящее уникальное издание предлагает читателю взглянуть на мир природы сквозь призму японских трехстиший. Книга охватывает первые два сезона в году – весну и лето – и содержит более полутора тысяч хайку прославленных классиков жанра в переводе известного востоковеда Александра Аркадьевича Долина. В оформлении использованы многочисленные гравюры и рисунки средневековых японских авторов, а также картины известного современного мастера японской живописи в стиле суми-э Олега Усова. Сборник дополнен каллиграфическими работами Станислава Усова.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Александр Аркадьевич Долин , Поэтическая антология

Поэзия / Древневосточная литература
Собрание стихотворений
Собрание стихотворений

КОРОТКО О СЕБЕРодился в 1936 г. в Архангельской области. Но трех лет меня увезли оттуда. Детство прошло в сельском детском доме над рекой Толшмой — глубоко в Вологодской области. Давно уже в сельской жизни происходят крупные изменения, но для меня все же докатились последние волны старинной русской самобытности, в которой было много прекрасного, поэтического. Все, что было в детстве, я лучше помню, чем то, что было день назад.Родителей лишился в начале войны. После детского дома, так сказать, дом всегда был там, где я работал или учился. До сих пор так.Учился в нескольких техникумах, ни одного не закончил. Работал на нескольких заводах и в Архангельском траловом флоте. Служил четыре года на Северном флоте. Все это в равной мере отозвалось в стихах.Стихи пытался писать еще в детстве.Особенно люблю темы родины и скитаний, жизни и смерти, любви и удали. Думаю, что стихи сильны и долговечны тогда, когда они идут через личное, через частное, но при этом нужна масштабность и жизненная характерность настроений, переживаний, размышлений…

Николай Михайлович Рубцов

Поэзия