Читаем Аргонавтика полностью

200  Ныне мы держим в руках* судьбу и отцов и отчизны,     И своих сыновей затем, что от наших поступков     Ждет Эллада, позор ли принять на себя или славу».     Молвил так и надел на себя боевые доспехи.     Криком друзья отозвались. Ясон обнажает спокойно205  Меч из ножен, разрубает канат кормового причала     И на корме корабля возле девы встает при оружье     Рядом с кормчим Анкеем. Корабль под веслами несся     Что было сил. Спешили гребцы в открытое море.     А Эету надменному с прочими колхами вместе210  Стали известны уже Медеи любовь и деянья.     Все в оружье на площадь они собираются. Сколько     Волн морских вздымается с натиском бурного ветра,     Сколько листьев ветвистого леса упало на землю     В листопадную пору, — никто сосчитать не возьмется.215  Столь несметны толпились по берегу Фасиса колхи     С воплями и беснованьем. Эет на его колеснице     С парою славных коней меж ними стоял, возвышаясь.     Дал ему этих коней, дуновеньям ветра подобных,     Гелий. Левой рукой Эет поднимал исполинский220  Щит из шкур и меди, а правой — факел сосновый.     Прямо пред ним копье его мощное воткнуто было.     Вожжи коней держал руками Апсирт. Выплывает     В море Арго, уносимый могучими взмахами весел     И потоком быстрым широкой реки многоводной.225  А Эет в помраченье от гнева* ужасном, к светилам     Руки воздев, призывал в свидетели злого поступка     Зевса и Гелиоса, к всему обращаясь народу:     Если ему своевольную дочь не найдут, на земле ли     Или на корабле в волнах судоходного моря,230  И не насытит обидчик души его праведной местью,     На себя приняв весь царский гнев и невзгоду,     Колхи за это поплатятся тут головами своими.     Так Эет пригрозил. И колхи тотчас поспешили     В реку спустить свои корабли, приладили снасти,235  Быстро вышли в открытое море. И каждый сказал бы,     Что не морской то поход, а птиц несметная стая     С шумом мчится вперед над просторами пенного моря.     С ветром попутным неслись по волнам аргонавты по воле     Геры, желавшей скорее на горе Пелия дому240  В Пеласгийскую землю из Эи доставить Медею.     С третьей зарею они привязали причал корабельный     Там, где Галис-река течет в Пафлагонские воды.     Здесь приказала Медея сойти*, повелевши Гекату     Жертвой к себе призвать. Но как эту страшную жертву245  Дева готовила, что она делала, знать да не будет     Ни один человек, и меня душа не заставит     Петь про эти дела. Я боюсь. Но жертвенник этот     Все еще стоит, как его герои воздвигли     На берегу для потомков, он издали виден прекрасно.
Перейти на страницу:

Все книги серии Литературные памятники

Похожие книги

Собрание сочинений. Том 2. Мифы
Собрание сочинений. Том 2. Мифы

Новое собрание сочинений Генриха Сапгира – попытка не просто собрать вместе большую часть написанного замечательным русским поэтом и прозаиком второй половины ХX века, но и создать некоторый интегральный образ этого уникального (даже для данного периода нашей словесности) универсального литератора. Он не только с равным удовольствием писал для взрослых и для детей, но и словно воплощал в слове ларионовско-гончаровскую концепцию «всёчества»: соединения всех известных до этого идей, манер и техник современного письма, одновременно радикально авангардных и предельно укорененных в самой глубинной национальной традиции и ведущего постоянный провокативный диалог с нею. Во второй том собрания «Мифы» вошли разножанровые произведения Генриха Сапгира, апеллирующие к мифологическому сознанию читателя: от традиционных античных и библейских сюжетов, решительно переосмысленных поэтом до творимой на наших глазах мифологизации обыденной жизни московской богемы 1960–1990‐х.

Генрих Вениаминович Сапгир , Юрий Борисович Орлицкий

Поэзия / Русская классическая проза
Мир в капле росы. Весна. Лето. Хайку на все времена
Мир в капле росы. Весна. Лето. Хайку на все времена

Утонченная и немногословная японская поэзия хайку всегда была отражением мира природы, воплощенного в бесконечной смене времен года. Человек, живущий обыденной жизнью, чьи пять чувств настроены на постоянное восприятие красоты земли и неба, цветов и трав, песен цикад и солнечного тепла, – вот лирический герой жанра, объединяющего поэзию, живопись и каллиграфию. Авторы хайку создали своего рода поэтический календарь, в котором отводилось место для разнообразных растений и животных, насекомых, птиц и рыб, для бытовых зарисовок и праздников.Настоящее уникальное издание предлагает читателю взглянуть на мир природы сквозь призму японских трехстиший. Книга охватывает первые два сезона в году – весну и лето – и содержит более полутора тысяч хайку прославленных классиков жанра в переводе известного востоковеда Александра Аркадьевича Долина. В оформлении использованы многочисленные гравюры и рисунки средневековых японских авторов, а также картины известного современного мастера японской живописи в стиле суми-э Олега Усова. Сборник дополнен каллиграфическими работами Станислава Усова.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Александр Аркадьевич Долин , Поэтическая антология

Поэзия / Древневосточная литература
Собрание стихотворений
Собрание стихотворений

КОРОТКО О СЕБЕРодился в 1936 г. в Архангельской области. Но трех лет меня увезли оттуда. Детство прошло в сельском детском доме над рекой Толшмой — глубоко в Вологодской области. Давно уже в сельской жизни происходят крупные изменения, но для меня все же докатились последние волны старинной русской самобытности, в которой было много прекрасного, поэтического. Все, что было в детстве, я лучше помню, чем то, что было день назад.Родителей лишился в начале войны. После детского дома, так сказать, дом всегда был там, где я работал или учился. До сих пор так.Учился в нескольких техникумах, ни одного не закончил. Работал на нескольких заводах и в Архангельском траловом флоте. Служил четыре года на Северном флоте. Все это в равной мере отозвалось в стихах.Стихи пытался писать еще в детстве.Особенно люблю темы родины и скитаний, жизни и смерти, любви и удали. Думаю, что стихи сильны и долговечны тогда, когда они идут через личное, через частное, но при этом нужна масштабность и жизненная характерность настроений, переживаний, размышлений…

Николай Михайлович Рубцов

Поэзия