Читаем Аргонавтика полностью

350  Знай, не силою рук на желанное он посягает,     Хочет достойно тебе он воздать за этот подарок.     Он услыхал от меня про савроматов* враждебных, —     Их он готов усмирить, чтоб они тебе покорились.     Если же, верно, ты хочешь узнать, каковы имена их355  И каков их род, то и здесь ничего не сокрою.     Тот, кого ради все прочие собраны были в Элладе,     Носит имя Ясона, сына Эсона, Крефея     Внука. А если он восходит к роду Крефея,     Значит, нам по отцу родным он может считаться;360  Были оба, Крефей с Афамантом, сынами Эола;     Фрикс, отец наш, был сын Афаманта, внука Эола.     Этот — Авгий, сын высокого Гелия-Солнца;     Верно, ты знаешь о нем. А вот Теламон, он Эака     Достославного сын, и внук великого Зевса.365  Так и все остальные, прибывшие вместе с Ясоном,     Либо бессмертных сыны, либо внуки этих бессмертных».     Арг такое сказал. Эет, разгневанный речью,     Ярость сдержать не сумел. Колотилось неистово сердце.     Начал он говорить, досадуя больше иного370  На сыновей Халкиопы, приведших с собой аргонавтов.     Очи грозно сверкали из-под бровей возмущеньем:     «Не уйдете ли вы, безобразники, тотчас обратно     Вон с моих глаз из страны со своими затеями вместе,     Прежде чем кто повидает руно злополучного Фрикса!375  Не за руном, а за скиптром сюда, не доплыв до Эллады,     Вы воротились ко мне, приплыли за царскою властью.     Если бы вы за столом угощений моих не вкусили,     Я не замедлил бы вам отрубить ваши руки, отрезать     Вам языки и с одними ногами отправить обратно.380  Чтобы вы позабыли в дальнейшем свои дерзновенья     И о бессмертных богах не болтали бы лживого вздора».     Так говорил разъяренный. Тут сильно в душе Эакида*     Сердце забилось. Все в нем уже порывалось сейчас же     Гибельным словом ответить. Ясон поспешает вступиться,385  Первый к царю обратясь с такой ласковой речью:     «Ты успокойся, Эет! Иная задача похода!     В город твой и в жилище твое мы пришли не за этим!     Кто рискнул бы море такое пройти добровольно     Ради сокровищ чужих? Но меня божество побудило390  И царя нечестивого воля недобрая. Ты же     Нам, просящим, милость яви! А я по Элладе     Всем возвещу про твою богоданную славу. А мы все     Делом Ареса готовы тебе отплатить за услугу.     Если впрямь стремишься ты подчинить савроматов395  Или любой иной народ под царственный скипетр».     Так произнес Ясон речь льстивую голосом кротким.     Сердце Эетово вновь закипело от мысли двоякой:     Либо сразу напасть на них и убить их на месте,     Либо сначала силу их испытать. Показалась
Перейти на страницу:

Все книги серии Литературные памятники

Похожие книги

Собрание сочинений. Том 2. Мифы
Собрание сочинений. Том 2. Мифы

Новое собрание сочинений Генриха Сапгира – попытка не просто собрать вместе большую часть написанного замечательным русским поэтом и прозаиком второй половины ХX века, но и создать некоторый интегральный образ этого уникального (даже для данного периода нашей словесности) универсального литератора. Он не только с равным удовольствием писал для взрослых и для детей, но и словно воплощал в слове ларионовско-гончаровскую концепцию «всёчества»: соединения всех известных до этого идей, манер и техник современного письма, одновременно радикально авангардных и предельно укорененных в самой глубинной национальной традиции и ведущего постоянный провокативный диалог с нею. Во второй том собрания «Мифы» вошли разножанровые произведения Генриха Сапгира, апеллирующие к мифологическому сознанию читателя: от традиционных античных и библейских сюжетов, решительно переосмысленных поэтом до творимой на наших глазах мифологизации обыденной жизни московской богемы 1960–1990‐х.

Генрих Вениаминович Сапгир , Юрий Борисович Орлицкий

Поэзия / Русская классическая проза
Мир в капле росы. Весна. Лето. Хайку на все времена
Мир в капле росы. Весна. Лето. Хайку на все времена

Утонченная и немногословная японская поэзия хайку всегда была отражением мира природы, воплощенного в бесконечной смене времен года. Человек, живущий обыденной жизнью, чьи пять чувств настроены на постоянное восприятие красоты земли и неба, цветов и трав, песен цикад и солнечного тепла, – вот лирический герой жанра, объединяющего поэзию, живопись и каллиграфию. Авторы хайку создали своего рода поэтический календарь, в котором отводилось место для разнообразных растений и животных, насекомых, птиц и рыб, для бытовых зарисовок и праздников.Настоящее уникальное издание предлагает читателю взглянуть на мир природы сквозь призму японских трехстиший. Книга охватывает первые два сезона в году – весну и лето – и содержит более полутора тысяч хайку прославленных классиков жанра в переводе известного востоковеда Александра Аркадьевича Долина. В оформлении использованы многочисленные гравюры и рисунки средневековых японских авторов, а также картины известного современного мастера японской живописи в стиле суми-э Олега Усова. Сборник дополнен каллиграфическими работами Станислава Усова.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Александр Аркадьевич Долин , Поэтическая антология

Поэзия / Древневосточная литература
Собрание стихотворений
Собрание стихотворений

КОРОТКО О СЕБЕРодился в 1936 г. в Архангельской области. Но трех лет меня увезли оттуда. Детство прошло в сельском детском доме над рекой Толшмой — глубоко в Вологодской области. Давно уже в сельской жизни происходят крупные изменения, но для меня все же докатились последние волны старинной русской самобытности, в которой было много прекрасного, поэтического. Все, что было в детстве, я лучше помню, чем то, что было день назад.Родителей лишился в начале войны. После детского дома, так сказать, дом всегда был там, где я работал или учился. До сих пор так.Учился в нескольких техникумах, ни одного не закончил. Работал на нескольких заводах и в Архангельском траловом флоте. Служил четыре года на Северном флоте. Все это в равной мере отозвалось в стихах.Стихи пытался писать еще в детстве.Особенно люблю темы родины и скитаний, жизни и смерти, любви и удали. Думаю, что стихи сильны и долговечны тогда, когда они идут через личное, через частное, но при этом нужна масштабность и жизненная характерность настроений, переживаний, размышлений…

Николай Михайлович Рубцов

Поэзия