Читаем Аргонавтика полностью

775  Наш народ. И в кулачном Геракл одолел поединке     Тития мощного. Тот среди всех всегда отличался     Силой и обликом. Зубы Геракл ему выбил на землю.     Он подчинил отцу и мисийцев, и ближних мигдонов,     Возле наших земель давно постоянно живущих,780  И вифинский народ с Вифинской землею в придачу,     Вплоть до устья Рибы реки и утеса Колоны,     И покорился ему Пелопов народ пафлагонян,     Вдоль границ огибаемый темной водою Биллея*.     Так как Геракл теперь от нас далеко пребывает,785  Бебриков дерзость настигла меня и наглость Амика.     Много земель уж давно оттягали они от низины     Гиппия* быстротекущего, где находились границы.     Все же от вас они понесли наказанье. Скажу я,     Что в тот день не без воли богов похитил победу790  Сын Тиндарея у бебриков, смерти предавши злодея.     Я же такой отплатить благодарностью вам постараюсь,     Как велит душа. Подобает мужам благодарность     Слабым, когда другие, сильнейшие, помощь окажут.     Спутником в вашем пути готов я милого сына795  Дать своего, по имени Даскил. Коль скоро он будет     С вами всегда и повсюду, радушно вас встретят народы,     Кто живет в прибрежных краях до реки Фермодонта.     Я же высокий храм воздвигну богам Тиндаридам     На вершине скалы Ахеронтской. Все мореходы,800  С моря завидев его, будут издали им поклоняться.     Кроме того, отведу я для них священную ниву     За городскою стеной, в долине, удобной для пашни».     Целые сутки у Лика в беседах они проводили,     Утром же ранним опять поспешили на борт корабельный.805  С ними следовал Лик, и Ликовы слуги с несметной     Ношей даров, и царский сын, по имени Даскил.     Тут предрешенная Идмону смерть Абантида настигла.     Был наделен он пророческим даром, сам же не спасся.     Свыше ему предстояло быть от врагов пораженным.810  Там в низине лежал у реки, тростниками заросшей,     Чресла свои охлаждая и необъятное чрево,     В иле чудовищный злобный вепрь, клыков его белых     Даже болотные нимфы страшатся. Никто не заметил,     Мимо него проходя, что лежит далеко он в болоте.815  Сверху с холма спускался в долину, покрытую илом     Сын Абанта. И вепрь, на него из зарослей прянув,     Клык вонзил в бедро, разрубив с костью средние жилы.     Вскрикнув громко, Идмон упал. На крик его тотчас     Вскинулись все друзья. Пелей с копьем устремился820  К вепрю, тот обратно бежать уж пустился в болото,     Но, Пелея почуяв, герою навстречу метнулся.     Ид ему рану нанес, и вот на копье заревел он.     Вепрь на землю упал. Издыхать его там и оставив,     Идмона взяли друзья и снесли к кораблю чуть живого.
Перейти на страницу:

Все книги серии Литературные памятники

Похожие книги

Собрание сочинений. Том 2. Мифы
Собрание сочинений. Том 2. Мифы

Новое собрание сочинений Генриха Сапгира – попытка не просто собрать вместе большую часть написанного замечательным русским поэтом и прозаиком второй половины ХX века, но и создать некоторый интегральный образ этого уникального (даже для данного периода нашей словесности) универсального литератора. Он не только с равным удовольствием писал для взрослых и для детей, но и словно воплощал в слове ларионовско-гончаровскую концепцию «всёчества»: соединения всех известных до этого идей, манер и техник современного письма, одновременно радикально авангардных и предельно укорененных в самой глубинной национальной традиции и ведущего постоянный провокативный диалог с нею. Во второй том собрания «Мифы» вошли разножанровые произведения Генриха Сапгира, апеллирующие к мифологическому сознанию читателя: от традиционных античных и библейских сюжетов, решительно переосмысленных поэтом до творимой на наших глазах мифологизации обыденной жизни московской богемы 1960–1990‐х.

Генрих Вениаминович Сапгир , Юрий Борисович Орлицкий

Поэзия / Русская классическая проза
Мир в капле росы. Весна. Лето. Хайку на все времена
Мир в капле росы. Весна. Лето. Хайку на все времена

Утонченная и немногословная японская поэзия хайку всегда была отражением мира природы, воплощенного в бесконечной смене времен года. Человек, живущий обыденной жизнью, чьи пять чувств настроены на постоянное восприятие красоты земли и неба, цветов и трав, песен цикад и солнечного тепла, – вот лирический герой жанра, объединяющего поэзию, живопись и каллиграфию. Авторы хайку создали своего рода поэтический календарь, в котором отводилось место для разнообразных растений и животных, насекомых, птиц и рыб, для бытовых зарисовок и праздников.Настоящее уникальное издание предлагает читателю взглянуть на мир природы сквозь призму японских трехстиший. Книга охватывает первые два сезона в году – весну и лето – и содержит более полутора тысяч хайку прославленных классиков жанра в переводе известного востоковеда Александра Аркадьевича Долина. В оформлении использованы многочисленные гравюры и рисунки средневековых японских авторов, а также картины известного современного мастера японской живописи в стиле суми-э Олега Усова. Сборник дополнен каллиграфическими работами Станислава Усова.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Александр Аркадьевич Долин , Поэтическая антология

Поэзия / Древневосточная литература
Собрание стихотворений
Собрание стихотворений

КОРОТКО О СЕБЕРодился в 1936 г. в Архангельской области. Но трех лет меня увезли оттуда. Детство прошло в сельском детском доме над рекой Толшмой — глубоко в Вологодской области. Давно уже в сельской жизни происходят крупные изменения, но для меня все же докатились последние волны старинной русской самобытности, в которой было много прекрасного, поэтического. Все, что было в детстве, я лучше помню, чем то, что было день назад.Родителей лишился в начале войны. После детского дома, так сказать, дом всегда был там, где я работал или учился. До сих пор так.Учился в нескольких техникумах, ни одного не закончил. Работал на нескольких заводах и в Архангельском траловом флоте. Служил четыре года на Северном флоте. Все это в равной мере отозвалось в стихах.Стихи пытался писать еще в детстве.Особенно люблю темы родины и скитаний, жизни и смерти, любви и удали. Думаю, что стихи сильны и долговечны тогда, когда они идут через личное, через частное, но при этом нужна масштабность и жизненная характерность настроений, переживаний, размышлений…

Николай Михайлович Рубцов

Поэзия