Читаем Аргонавтика полностью

725  Корни пустили они, и моет их море. Отвсюду     Грозно гремит волна перекатная. Сверху над мысом     Возле самого края растут большие платаны.     Вниз из гавани вглубь спускается в сторону суши     Путь неширокий, в лощину ведет, где пещера Аида,730  Лесом с горами покрытая. Пар оттуда холодный,     Недр ужасных дыханием вверх поднимаясь, все время     Инеем ярким и белым тотчас вокруг замерзает,     Если только его полуденный луч не растопит.     Вечно чуждо безмолвие грозному этому краю,735  Но непрестанно, без устали, стонет под рокот он моря     Или когда трепещет листва от дыханий бездонных.     И там находится устье смертной реки Ахеронта;     Эта река, через мыс прорываясь, с востока впадает     В море, и полый утес прикрывает текущую сверху.740  Этой реке мегарцы нисийские дали названье*     В пору, когда Мариандский край заселить пожелали,     «Мореходов спасенье». Река их спасла с кораблями,     Бурей застигнутых грозной. Туда аргонавты пристали,     И в утихающем ветре глядели на мыс Ахеронтский.745  Но недолго вошедшие в гавань укрылись от Лика,     Повелителя острова и от мужей мариандян.     Весть долетела сюда о славных убийцах Амика,     И оттого они с пришельцами мир заключили,     А самого Полидевка как бога повсюду встречали,750  Возле него собираясь. Давно они воевали     Против бебриков дерзких и их правителя злого.     Всей толпой аргонавты в тот день, пройдя через город,     В царских покоях Лика с друзьями без сна пировали     И беседами тешили души. Ясон же поведал755  Лику про имя и род своих пловцов. О приказе     Пелия он рассказал и о дружеской встрече лемносской,     Также про Кизика и про случай в краю Долионском.     Прибыли как в мисиян страну и на Киос, пришлось где     Им против воли покинуть героя Геракла. Про Главка760  Речь он повел и про то, как у бебриков свергли Амика,     И про Финея царя, про его прорицанье и беды,     Как избежали сбегавшихся скал и как повстречали     Сына Латоны на острове. Лик, внимая Ясону,     Душу свою услаждал. Однако его огорчила765  Весть, что оставлен Геракл. И ко всем он так обратился:     «Гости мои! Такого мужа утративши помощь,     Вы ли решаетесь плыть в далекое царство Эета!     Знаю Геракла я хорошо. Его я увидел     Здесь у отца моего*, у Даскила, в доме гостящим.770  Пешим Геракл пришел* из страны Азиатской. Принес он     Пояс Гипполиты бранелюбивой. Меня же     В первом юном пушке застало его посещенье.     Брат мой умер тогда* Приол с мисийцами в схватке.     Брат, в чью честь и поныне поет погребальные песни
Перейти на страницу:

Все книги серии Литературные памятники

Похожие книги

Собрание сочинений. Том 2. Мифы
Собрание сочинений. Том 2. Мифы

Новое собрание сочинений Генриха Сапгира – попытка не просто собрать вместе большую часть написанного замечательным русским поэтом и прозаиком второй половины ХX века, но и создать некоторый интегральный образ этого уникального (даже для данного периода нашей словесности) универсального литератора. Он не только с равным удовольствием писал для взрослых и для детей, но и словно воплощал в слове ларионовско-гончаровскую концепцию «всёчества»: соединения всех известных до этого идей, манер и техник современного письма, одновременно радикально авангардных и предельно укорененных в самой глубинной национальной традиции и ведущего постоянный провокативный диалог с нею. Во второй том собрания «Мифы» вошли разножанровые произведения Генриха Сапгира, апеллирующие к мифологическому сознанию читателя: от традиционных античных и библейских сюжетов, решительно переосмысленных поэтом до творимой на наших глазах мифологизации обыденной жизни московской богемы 1960–1990‐х.

Генрих Вениаминович Сапгир , Юрий Борисович Орлицкий

Поэзия / Русская классическая проза
Мир в капле росы. Весна. Лето. Хайку на все времена
Мир в капле росы. Весна. Лето. Хайку на все времена

Утонченная и немногословная японская поэзия хайку всегда была отражением мира природы, воплощенного в бесконечной смене времен года. Человек, живущий обыденной жизнью, чьи пять чувств настроены на постоянное восприятие красоты земли и неба, цветов и трав, песен цикад и солнечного тепла, – вот лирический герой жанра, объединяющего поэзию, живопись и каллиграфию. Авторы хайку создали своего рода поэтический календарь, в котором отводилось место для разнообразных растений и животных, насекомых, птиц и рыб, для бытовых зарисовок и праздников.Настоящее уникальное издание предлагает читателю взглянуть на мир природы сквозь призму японских трехстиший. Книга охватывает первые два сезона в году – весну и лето – и содержит более полутора тысяч хайку прославленных классиков жанра в переводе известного востоковеда Александра Аркадьевича Долина. В оформлении использованы многочисленные гравюры и рисунки средневековых японских авторов, а также картины известного современного мастера японской живописи в стиле суми-э Олега Усова. Сборник дополнен каллиграфическими работами Станислава Усова.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Александр Аркадьевич Долин , Поэтическая антология

Поэзия / Древневосточная литература
Собрание стихотворений
Собрание стихотворений

КОРОТКО О СЕБЕРодился в 1936 г. в Архангельской области. Но трех лет меня увезли оттуда. Детство прошло в сельском детском доме над рекой Толшмой — глубоко в Вологодской области. Давно уже в сельской жизни происходят крупные изменения, но для меня все же докатились последние волны старинной русской самобытности, в которой было много прекрасного, поэтического. Все, что было в детстве, я лучше помню, чем то, что было день назад.Родителей лишился в начале войны. После детского дома, так сказать, дом всегда был там, где я работал или учился. До сих пор так.Учился в нескольких техникумах, ни одного не закончил. Работал на нескольких заводах и в Архангельском траловом флоте. Служил четыре года на Северном флоте. Все это в равной мере отозвалось в стихах.Стихи пытался писать еще в детстве.Особенно люблю темы родины и скитаний, жизни и смерти, любви и удали. Думаю, что стихи сильны и долговечны тогда, когда они идут через личное, через частное, но при этом нужна масштабность и жизненная характерность настроений, переживаний, размышлений…

Николай Михайлович Рубцов

Поэзия