Читаем Аргонавтика полностью

575  Гребнем восстав, подобно вершине кряжа. Пред нею     Все они головами поникли. Не сомневались,     Что, налетев на корабль, волна его скроет в пучине.     Тифис, однако, ее предварил, велев приказаньем     Скорость гребли сдержать, и волна под килем глубоко580  Перекатилась, корабль кормой от скал увлекая,     И на гребне этой волны он долго качался.     Тут Евфим, друзей обходя, закричал громогласно,     Чтобы на весла они налегли, насколько возможно.     Дружно с криком победным они ударили воду.585  Дважды их веслам послушно Арго поддавался и дважды     Вновь отдалялся назад, а весла сбивались и гнулись,     Лукам согбенным подобно, так напрягались их руки.     Тут внезапно волна перекатная вновь поспешила;     Тотчас корабль помчался по хваткой волне, словно валик,590  Падая вниз и вперед катясь по глубокому морю.     Бурный поток, завертев, задержал его между утесов;     Две скалы сдвигались, гудя, а ладья цепенела.     Тут-то Афина, левой рукой* от скал отстранившись,     Правою мощно толкнула корабль вперед, чтобы мчался.595  Он же, подхвачен, понесся, подобно стреле оперенной.     Только верхушку кормы с украшеньем ее отрубили     Скалы, ударив друг в друга. И тотчас богиня Афина,     Лишь корабль проскользнул невредим, взлетела к Олимпу.     А утесы почти вплотную* сошлись и застыли,600  В месте одном укрепясь. Назначено было богами     Так им застыть, если чья-то ладья минует их схватку.     Все герои в себя пришли от хладного страха.     Воздух и моря пучину, что далеко простиралась,     Молча они созерцали. А в мыслях себе говорили:605  «Мы от Аида спаслись». Вслух первым Тифис промолвил:     «Думаю, наше спасенье в самом корабле несомненно,     И никто не причастен к нему, одна лишь Афина.     Божью силу в него вдохнувши, покуда гвоздями     Арг его скреплял. Погибнуть ему невозможно,610  Ты, Эсонид, царя своего приказанья отныне,     Между такими скалами когда провела нас богиня,     Не опасайся так сильно! Теперь трудов завершенье     Будет победным для нас — такова Финеева слава».     Молвил и дальше вперед он к Вифинскому брегу615  По середине открытого моря корабль направляет.     С ласковой речью Ясон в ответ к нему обратился:     «Тифис, зачем мне ты говоришь слова утешенья?     Я ошибся и вверг вас в беду безысходную, злую.     Мне надлежало в ответ на то, что велел тогда Пелий,620  Тотчас отвергнуть этот поход, если бы даже     Смерть пришлось мне принять рассеченным на мелкие части.     Ныне же страх с заботами тяжкими вместе     Обременяют меня. Мне страшно по леденящим     Плыть морям. Страшно, как мы вступим на сушу.
Перейти на страницу:

Все книги серии Литературные памятники

Похожие книги

Собрание сочинений. Том 2. Мифы
Собрание сочинений. Том 2. Мифы

Новое собрание сочинений Генриха Сапгира – попытка не просто собрать вместе большую часть написанного замечательным русским поэтом и прозаиком второй половины ХX века, но и создать некоторый интегральный образ этого уникального (даже для данного периода нашей словесности) универсального литератора. Он не только с равным удовольствием писал для взрослых и для детей, но и словно воплощал в слове ларионовско-гончаровскую концепцию «всёчества»: соединения всех известных до этого идей, манер и техник современного письма, одновременно радикально авангардных и предельно укорененных в самой глубинной национальной традиции и ведущего постоянный провокативный диалог с нею. Во второй том собрания «Мифы» вошли разножанровые произведения Генриха Сапгира, апеллирующие к мифологическому сознанию читателя: от традиционных античных и библейских сюжетов, решительно переосмысленных поэтом до творимой на наших глазах мифологизации обыденной жизни московской богемы 1960–1990‐х.

Генрих Вениаминович Сапгир , Юрий Борисович Орлицкий

Поэзия / Русская классическая проза
Мир в капле росы. Весна. Лето. Хайку на все времена
Мир в капле росы. Весна. Лето. Хайку на все времена

Утонченная и немногословная японская поэзия хайку всегда была отражением мира природы, воплощенного в бесконечной смене времен года. Человек, живущий обыденной жизнью, чьи пять чувств настроены на постоянное восприятие красоты земли и неба, цветов и трав, песен цикад и солнечного тепла, – вот лирический герой жанра, объединяющего поэзию, живопись и каллиграфию. Авторы хайку создали своего рода поэтический календарь, в котором отводилось место для разнообразных растений и животных, насекомых, птиц и рыб, для бытовых зарисовок и праздников.Настоящее уникальное издание предлагает читателю взглянуть на мир природы сквозь призму японских трехстиший. Книга охватывает первые два сезона в году – весну и лето – и содержит более полутора тысяч хайку прославленных классиков жанра в переводе известного востоковеда Александра Аркадьевича Долина. В оформлении использованы многочисленные гравюры и рисунки средневековых японских авторов, а также картины известного современного мастера японской живописи в стиле суми-э Олега Усова. Сборник дополнен каллиграфическими работами Станислава Усова.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Александр Аркадьевич Долин , Поэтическая антология

Поэзия / Древневосточная литература
Собрание стихотворений
Собрание стихотворений

КОРОТКО О СЕБЕРодился в 1936 г. в Архангельской области. Но трех лет меня увезли оттуда. Детство прошло в сельском детском доме над рекой Толшмой — глубоко в Вологодской области. Давно уже в сельской жизни происходят крупные изменения, но для меня все же докатились последние волны старинной русской самобытности, в которой было много прекрасного, поэтического. Все, что было в детстве, я лучше помню, чем то, что было день назад.Родителей лишился в начале войны. После детского дома, так сказать, дом всегда был там, где я работал или учился. До сих пор так.Учился в нескольких техникумах, ни одного не закончил. Работал на нескольких заводах и в Архангельском траловом флоте. Служил четыре года на Северном флоте. Все это в равной мере отозвалось в стихах.Стихи пытался писать еще в детстве.Особенно люблю темы родины и скитаний, жизни и смерти, любви и удали. Думаю, что стихи сильны и долговечны тогда, когда они идут через личное, через частное, но при этом нужна масштабность и жизненная характерность настроений, переживаний, размышлений…

Николай Михайлович Рубцов

Поэзия