Читаем Виновен полностью

Кофейный магазин он нашел сразу. Там был более широкий выбор сортов и стран-производителей, чем в «Кловер кофе», но Фукасэ, словно показывая, что покупает зерна исключительно для корпоративных нужд, приобрел по полкило кофе из Никарагуа и Гондураса, на которых стоял ярлык «Хит продаж», итого килограмм.

«Мы не советуем брать сразу несколько сортов, аромат выветрится» – так предупредила бы его хозяйка из «Кловер кофе», но в этом магазине продавщица не собиралась говорить ему ничего подобного. Здесь было столько покупателей, что с первого взгляда становилось ясно: ей некогда давать такие советы. Фукасэ увидел, что на стойке у входа в кофейню рядом с торговым залом лежало несколько журналов с наклеенными ярлыками.

Он зашел в кофейню не потому, что хотел выпить кофе, а с ощущением, что раз уж он решился на измену, надо зайти к любовнице. Рядом с журнальной стойкой стояла черная доска с меню. Оказалось, что в этом заведении предлагали не только кофе, но и тосты с медом, и сорт меда менялся каждую неделю. Сейчас в строке с медом было написано: «Мандариновый мед из префектуры Эхимэ». Может быть, он был собран на мандариновых полях у дома Хиросавы…

Когда они были на годовщине его смерти, их угощали домашним лимонадом с медом, и мать Хиросавы рассказывала, что пчеловодством занимается брат ее мужа, а его пчелы собирают нектар с их мандариновых полей.

«Ёсики угощал меня этим медом, и мы добавляли его в кофе». Эти слова подступали к горлу, но Фукасэ не мог их произнести, а молча сидел и слушал, как Мураи и Танихара восхищаются медом, а Асами спрашивает рецепт приготовления лимонада.

– Ёсики очень любил тосты с медом и сердился, когда мы дразнили его Винни-Пухом, – сказала мать Хиросавы, улыбаясь и вытирая слезы.

Фукасэ никогда не ел с Хиросавой тосты с медом. Но если б в ту ночь они вернулись с Мураи целые и невредимые, на следующее утро наверняка отведали бы таких тостов.

Чтобы отогнать от себя образ Хиросавы, вгрызающегося в тост, Фукасэ легко похлопал себя по щекам и часто-часто заморгал, чтобы высушить подступившие слезы. Принесли кофе и тосты. Мед был подан в маленькой стеклянной баночке. Фукасэ зачерпнул янтарную вязкость ложкой для кофе, опустил в чашку и размешал.

Он хочет хранить воспоминание о Хиросаве – или поскорее забыть его?

Затем намазал мед на тост и откусил, оглядываясь вокруг. Темно-коричневые столы стоят в ряд, играет джаз. В этом кафе со спокойной непринужденной атмосферой почти не было свободных мест. Бо́льшую часть посетителей составляли женщины, пришедшие за тостами, но и мужчин было немало.

Если б Хиросава жил в этом районе, он бы каждый день сюда ходил…

Опять Хиросава…

Фукасэ остановил взгляд на двух мужчинах в костюмах, сидящих за соседним столиком и не уступающих женщинам в громкости и живости своего разговора. Они говорили на кансайском диалекте.

– Если об этом узнают, тебя же прикончат!

Похоже, один из мужчин ведет двойную игру. Он громко хвастался, что неустанно бдит, чтобы никто ничего не узнал. Фукасэ поразился его беззаботности. А что он будет делать, если здесь вдруг появится его девушка? Даже если не сама девушка, а ее коллеги или друзья? А вот одна из этих двух женщин средних лет за соседним столиком – вдруг это ее мать? Так он воображал себе – и вдруг, как в известном детективе, все вокруг неким таинственным образом стали связаны с девушкой этого мужчины.

Наверное, он сидит и улыбается, как сумасшедший… Фукасэ потер щеку.

«Ты сейчас где-то далеко?»

Кто ему говорил такое? Хиросава? Нет, Михоко. Он вздохнул – и в этот момент в сумке зажужжал телефон. Сообщение от Мураи. Пишет: давай, мол, встретимся сегодня в том же баре как можно скорее. У Фукасэ не было никаких дел, но он не смог сразу ответить.

…Вспомнился их разговор в конце прошлой недели. «А мы уверены, что когда Асами и Танихара приехали туда, машина уже упала в ущелье?» Когда Мураи сказал это, Фукасэ ничего не ответил. Просто не смог. Повисло неловкое молчание, которое снова нарушил Мураи.

– Да нет, ладно. Забудь, – сказал он и, улыбаясь, предложил Фукасэ напоследок пойти поесть рамэн. Тот тихо ответил, что уже объелся. Мураи, не настаивая, открыл перегородку и попросил счет.

– Тут, кстати, можно попробовать блюдо с серым угрем; в следующий раз надо будет всем вместе сходить. Да и я же предлагал недавно, хотел всех собрать; и Асами я просил, чтобы тот тебя позвал…

– Да, он мне передавал.

«Значит, он действительно хотел меня позвать…» Думая так, Фукасэ расстался с Мураи на станции.

Он задумался над странными словами приятеля, только когда вернулся домой. Он не совершал никакой физической работы, но как только вошел в квартиру, на него навалилась тяжелая усталость, и Фукасэ, улегшись на татами, стал разглядывать потолок. Оказалось, что потолок не белый, там есть мелкий узор. Он раньше этого не замечал. И тут в памяти всплыли запертые там накрепко слова.