Читаем Веридикт полностью

Как только край моста коснулся платформы, профессор нахально растолкал ожидающих и втянул девушку на переход. Сначала она заворожённо разглядывала фермерские угодья внизу, словно под суетливой столицей расположился абсолютно другой культурный слой, отчётливая тень прошлого, живая история. Споткнувшись на нескольких ступеньках, которые совершенно непредсказуемо оказывались под ногами то тут, то там, она вернула внимание на уровень глаз. Не помогло, потому что взгляд с завидным постоянством отвлекался на встречный поток пешеходов, льющийся за синеватым стеклом. Солнце припекало макушку, но пешая прогулка всё же была меньшим злом по сравнению с поездкой на общественном транспорте. Понаблюдав за скоростью передвижения местных экспрессов, Меральда мысленно переименовала их в «пассажирский стресс». Преодолеть пять кварталов значило бы переждать закрытие пяти мостов, а с поворотами эту цифру следовало умножать на два. Высотки затеняли лишь тонкую полоску у своего подножия, однако каменная платформа не раскалялась до обжигающей температуры и при желании по ней можно было пройтись босиком.

Заседание отложили на утро следующего дня, чтобы правозащитники могли ознакомиться с материалами дела и подготовиться. Алес отзывался о них, как о профессионалах, заслуживающих доверия, однако сам профессор Роз доверия Меральды так и не заслужил. Может, она не понимала его мотивов, зато наконец-то разглядела истинную цель. Фаворит королевы планировал избавиться от своего статуса. Представить двору будущую супругу — самый логичный способ порвать с высокопоставленной любовницей и, наверное, самый унизительный для королевы Грисель. Чем это обернётся для неё самой, Меральда предпочитала не думать. Точнее, ей больше нравилось размышлять о полезных знакомствах и о новых горизонтах возможностей, чем об исчезнувшей двадцать лет назад матери бастарда. Официальный визит состоится через шесть часов, а значит, ей нужно будет продержаться всего одну ночь. Хотя неплохо бы начинать держаться уже сейчас, учитывая вероятный темп распространения сплетен. С этой мыслью девушка покрепче перехватила ладонь номинального жениха, а он удивлённо оглянулся и решил сбавить шаг.

Ей чудилось, будто там, на вершине, прямо в это мгновение из Хотиса вынимают воспоминания, вычерпывают огромной ложкой, как суп из кастрюли, делая его всё более пустым и холодным. Он не помахал ей на прощание, не улыбнулся, даже не посмотрел, словно уже отсутствовал, оставив свою необитаемую шкурку пялиться прямо перед собой и держать идеальную осанку, нисколечко ему не свойственную. А что, если Хотиса Вертигальда стёрли ещё в Каструм-Маре? Мнимая законопослушность комиссара не помешала ему отравить её, пусть и чужими руками. Сильно искалеченными и никогда не заживающими руками. Вот только профессор криминалистики относился к её версии событий крайне категорично. Пообещал во всём разобраться и, если Меральда окажется права, первым закричать о случившемся. Но до тех пор призывал студентку помалкивать. И, естественно, ничего не объяснял, кроме необходимости переговорить с Бравиати лично. Он уже дал понять, что репутация брата его не беспокоит, скорее, он был бы безмерно счастлив найти грязное пятно на парадном мундире Тобиэла Хари. Жажда юридической справедливости тоже не умещалась в рамки его личности, по многим причинам. Алес не просто закрывал глаза на то, что Меральда собиралась сделать, он учил её не попадаться. Иногда обычное потворство ходило по тонкой грани, на стыке с реальным и вполне наказуемым соучастием. Сюда девушка относила уничтожение картриджей с уликами. Профессиональный интерес? Смешно. Высокие моральные качества? Вообще мимо. Неужели профессор действительно дружил с Азесином Бравиати? Тогда это была очень странная, извращённая дружба. Розу нравилось испытывать границы благодушного спокойствия лекаря, а тот, в свою очередь, словно не замечал брошенных колкостей и запускал его так глубоко, что шпильки наверняка уходили в подкожье. Может, был благодарен Алесу за спасение, подробностей о котором Меральда не знала? А профессор, выручив лекаря однажды, чувствовал себя ответственным за его дальнейшую судьбу? Похоже на правду. По крайней мере, ближе к ней. Остальные предположения девушка признала несостоятельными ещё в зародыше.