Читаем Троян полностью

Мэг похолодела от ужаса! Как объяснить, что письма, вместе с вещами постояльца перекочевали неизвестно куда? В какую-то фирму?.. Как могла она, опытный предприниматель, долгое время занимающаяся сдачей недвижимости в наём, не сделать опись вещей бывшего жильца и не составить акт изъятия перед тем, как позволить их забрать Х&P?

Старушка не на шутку испугалась и ей пришлось пояснить все подробности произошедшего. После рассказа обе примолкли. Больше обсуждать было нечего. Визит исчерпал себя.

Гостья стала прощаться с хозяйкой.

Мадам Грейс снова почувствовала себя неловко. Ей захотелось сделать что-нибудь приятное для будущей матери. По-старчески, опершись на поручень кресла, она поднялась, подошла к комоду, выдвинула ящик и достала связку ключей. Отстегнув один из них, предложила гостье его забрать.

– Что это? – удивилась Келли.

– Полагаю, это ключ от банковской ячейки, – произнесла хозяйка, –Роберт Рэй иногда оставлял мне ключи от входной двери. В числе прочих на связке всегда был и этот. Так произошло и в тот последний день…

– Ключ от банковской ячейки? – переспросила Кели, – Я не могу взять чужую вещь!

– Вы считаете, что будет правильнее, если личное имущество отца Вашего ребёнка, останется у меня? Совершенно постороннего человека, к тому же, больного и очень пожилого. Со мной, в любой момент, может произойти всё, что угодно… Берите! Не знаю как, когда и каким образом, но, надеюсь, Вам или Вашему дитя этот ключ ещё сослужит хорошую службу. В любом случае, это лучше, чем ничего, – произнесла Мэг.

– Спасибо! Вот номер телефона, по которому можно связаться со мной. Это на тот случай, если все же появятся новости от Роберта. Возможно, он сам даст о себе знать, – произнесла Кели и передала почтовую открытку, с изображением ласточки.

«Ласточка…, –подумала старушка, сентиментально отметив про себя, что нежданная гостья, прибегая к изображению ласточки – оберегу семейного очага, очень надеялась на эту встречу…»

***

Тася вышла от мадам Грейс, взяла такси и, добравшись до ближайшего супермаркета, зашла внутрь. Нужно было снять с себя экипировку Кели и переодеться.

Через двадцать минут стройная блондинка в брючном костюме растворилась в потоке людей, спускающихся в метро.

***

Аристов докладывал Локтеву результаты обработки материалов, подготовленных аналитическим отделом Первого Главного управления КГБ СССР:

– Полученные от Фокса фотографии и гипсовый слепок свидетельствуют, что стальной ключ от механического замка банковской ячейки, переданный бывшей квартирной хозяйкой Роберта Рэя, был изготовлен фирмой «Keys Express» из болванки, выплавленной корпорацией «United States Steel Corporation» федеральной сталелитейной компании Моргана. Является собственностью инвестиционного банка Morgan Stanley. Серия IIV. Дата изготовления – 1955 год.

Размер, форма и тип предмета полностью совпадают с клиентским ключом от депозитной ячейки. Тиснение цифр – «523» и фирменный вензель, с числом 8 соответствуют порядковому номеру филиала банка Morgan Stanley в Сан-Франциско.

– Ключ от банковской ячейки – это хорошо. Но как мы попадём в неё без хозяина? – озадачился генерал.

– Есть идея, – ответил Аристов.

– Выкладывай!

– Банковское законодательство США предусматривает случаи пользования депозитными ячейками наследниками, – пояснил Аристов.

– Логично. Но на оформление документов мы угрохаем уйму времени…По Трояну есть новости? – спросил Локтев.

– Алан Дарк сообщил, что завербованная служащая фирмы Х&P Ребекка Кейдж не внесла ясности касательно Роберта Рэя. Они не были знакомы. Однако подтвердила, что некоторые сотрудники Х&P имели прямое отношение к проекту «Феномен». Сведения об этом эксперименте хранятся в офисе учредителей, в зоне усиленного контроля со стороны службы безопасности компании.

– Нет такого замка, который нельзя было бы вскрыть. Нет такого помещения, в которое нельзя было бы проникнуть. Нет ничего тайного, что не стало бы явным, – произнёс Локтев, – Ищите возможность как пробраться в кабинет акционеров Х&P и добыть нужные сведения.

– Слушаюсь, товарищ генерал!

Глава 3

Гренландский гамбит

Октябрь 1969 года. Вашингтон.

Единственный человек на всём свете, по первому требованию которого, Сьюзан Кристен, без опозданий, являлась «на свидания», был куратор по линии спецслужб Королевства Дании, Вальдемар Хансен.

Сидя в уютном зале ресторана, Красотка ожидала встречи с ним. Предчувствие подсказывало ей, что ничего хорошего Хансен сегодня ей не скажет. За время пребывания в США она не завела ни единого стоящего контакта.

Сколько блестящих надежд возлагалось на неё в этой поездке!

«В случае, если в ближайшее время не покажу результат, снимут с довольствия! – переживала Красотка, – На скромные подачки скупого Рюэффа не сильно разгуляешься!»

Она знала истинную причину своих неудач и надеялась, что сможет правильно всё объяснить куратору.

Подошёл официант, передал счёт, вместе с запиской, в которой ей предписывалось немедленно покинуть ресторан и сесть в такси с номером 365Y IO. Красотка заплатила за кофе и удалилась.

Перейти на страницу:

Все книги серии «Позывной «Ласточка»

Похожие книги

Список убийств
Список убийств

У руководства США существует сверхсекретный список, в который занесены самые опасные террористы и убийцы. Все эти нелюди, попавшие в список, должны быть уничтожены при первой же возможности. И название ему — «Список убийств». А в самом начале этого документа значится имя Проповедник. Его личность — загадка для всех. Никто не знает, где он находится и как его искать. Своими пламенными речами на чистом английском языке, выложенными в Интернете, Проповедник призывает молодых мусульман из американских и английских анклавов безжалостно убивать видных, публичных иноверцев — а затем принимать мученическую смерть шахида. Он творит зло чужими руками, сам оставаясь в тени. Но пришла пора вытащить его из этой тени и уничтожить. Этим займется ведущий специалист в области охоты на преступников. И зовут его Ловец…

Фредерик Форсайт

Детективы / Политический детектив / Политические детективы
Тень гоблина
Тень гоблина

Политический роман — жанр особый, словно бы «пограничный» между реализмом и фантасмагорией. Думается, не случайно произведения, тяготеющие к этому жанру (ибо собственно жанровые рамки весьма расплывчаты и практически не встречаются в «шаблонном» виде), как правило, оказываются антиутопиями или мрачными прогнозами, либо же грешат чрезмерной публицистичностью, за которой теряется художественная составляющая. Благодаря экзотичности данного жанра, наверное, он представлен в отечественной литературе не столь многими романами. Малые формы, даже повести, здесь неуместны. В этом жанре творили в советском прошлом Савва Дангулов, Юлиан Семенов, а сегодня к нему можно отнести, со многими натяжками, ряд романов Юлии Латыниной и Виктора Суворова, плюс еще несколько менее известных имен и книжных заглавий. В отличие от прочих «ниш» отечественной литературы, здесь еще есть вакантные места для романистов. Однако стать автором политических романов объективно трудно — как минимум, это амплуа подразумевает не шапочное, а близкое знакомство с изнанкой того огромного и пестрого целого, что непосвященные называют «большой политикой»…Прозаик и публицист Валерий Казаков — как раз из таких людей. За плечами у него военно-журналистская карьера, Афганистан и более 10 лет государственной службы в структурах, одни названия коих вызывают опасливый холодок меж лопаток: Совет Безопасности РФ, Администрация Президента РФ, помощник полномочного представителя Президента РФ в Сибирском федеральном округе. Все время своей службы Валерий Казаков занимался не только государственными делами, но и литературным творчеством. Итог его закономерен — он автор семи прозаико-публицистических книг, сборника стихов и нескольких циклов рассказов.И вот издательство «Вагриус Плюс» подарило читателям новый роман Валерия Казакова «Тень гоблина». Книгу эту можно назвать дилогией, так как она состоит из двух вполне самостоятельных частей, объединенных общим главным героем: «Межлизень» и «Тень гоблина». Резкий, точно оборванный, финал второй «книги в книге» дает намек на продолжение повествования, суть которого в аннотации выражена так: «…сложный и порой жестокий мир современных мужчин. Это мир переживаний и предательства, мир одиночества и молитвы, мир чиновничьих интриг и простых человеческих слабостей…»Понятно, что имеются в виду не абы какие «современные мужчины», а самый что ни на есть цвет нации, люди, облеченные высокими полномочиями в силу запредельных должностей, на которых они оказались, кто — по собственному горячему желанию, кто — по стечению благоприятных обстоятельств, кто — долгим путем, состоящим из интриг, проб и ошибок… Аксиома, что и на самом верху ничто человеческое людям не чуждо. Но человеческий фактор вторгается в большую политику, и последствия этого бывают непредсказуемы… Таков основной лейтмотив любого — не только авторства Валерия Казакова — политического романа. Если только речь идет о художественном произведении, позволяющем делать допущения. Если же полностью отринуть авторские фантазии, останется сухое историческое исследование или докладная записка о перспективах некоего мероприятия с грифом «Совершенно секретно» и кодом доступа для тех, кто олицетворяет собой государство… Валерий Казаков успешно справился с допущениями, превратив политические игры в увлекательный роман. Правда, в этом же поле располагается и единственный нюанс, на который можно попенять автору…Мне, как читателю, показалось, что Валерий Казаков несколько навредил своему роману, предварив его сакраментальной фразой: «Все персонажи и события, описанные в романе, вымышлены, а совпадения имен и фамилий случайны и являются плодом фантазии автора». Однозначно, что эта приписка необходима в целях личной безопасности писателя, чья фантазия парит на высоте, куда смотреть больно… При ее наличии если кому-то из читателей показались слишком прозрачными совпадения имен героев, названий структур и географических точек — это просто показалось! Исключение, впрочем, составляет главный герой, чье имя вызывает, скорее, аллюзию ко временам Ивана Грозного: Малюта Скураш. И который, подобно главному герою произведений большинства исторических романистов, согласно расстановке сил, заданной еще отцом исторического жанра Вальтером Скоттом, находится между несколькими враждующими лагерями и ломает голову, как ему сохранить не только карьеру, но и саму жизнь… Ибо в большой политике неуютно, как на канате над пропастью. Да еще и зловещая тень гоблина добавляет черноты происходящему — некая сила зла, давшая название роману, присутствует в нем далеко не на первом плане, как и положено негативной инфернальности, но источаемый ею мрак пронизывает все вокруг.Однако если бы не предупреждение о фантазийности происходящего в романе, его сила воздействия на читателя, да и на правящую прослойку могла бы быть более «убойной». Ибо тогда смысл книги «Тень гоблина» был бы — не надо считать народ тупой массой, все политические игры расшифрованы, все интриги в верхах понятны. Мы знаем, какими путями вы добиваетесь своих мест, своей мощи, своей значимости! Нам ведомо, что у каждого из вас есть «Кощеева смерть» в скорлупе яйца… Крепче художественной силы правды еще ничего не изобретено в литературе.А если извлечь этот момент, останется весьма типичная для российской актуальности и весьма мрачная фантасмагория. И к ней нужно искать другие ключи понимания и постижения чисто читательского удовольствия. Скажем, веру в то, что нынешние тяжелые времена пройдут, и методы политических технологий изменятся к лучшему, а то и вовсе станут не нужны — ведь нет тьмы более совершенной, чем темнота перед рассветом. Недаром же последняя фраза романа начинается очень красиво: «Летящее в бездну время замедлило свое падение и насторожилось в предчувствии перемен…»И мы по-прежнему, как завещано всем живым, ждем перемен.Елена САФРОНОВА

Валерий Николаевич Казаков

Детективы / Политический детектив / Политические детективы