Читаем Троян полностью

Она рассказывала. Он слушал. Его глаза были полны сострадания. Ребекка чувствовала, что этот человек ощущает её боль, как свою. Алан молчал. Терпеливо ждал, когда слёзы иссякнут и женщина успокоится.

…В ресторанчике было многолюдно. Алан выбрал небольшой стол, в самом конце зала.

– Если бить в одну точку, то результат обязательно будет. Ситуация отнюдь не безнадёжна, мадам. Деньги – вот что вам нужно, – произнёс он и предложил сигарету.

– Да. Но где их взять? Кредитов я набрала под самую завязку. Чтобы как-то сводить концы с концами, работаю с утра до вечера… Копирайтером и уборщиком в одном лице, – жадно затянувшись, с ухмылкой сообщила Ребекка.

– Это как? – удивился собеседник.

– Вообще-то я экономист. Наша фирма выпускает электрооборудование и средства радиопередачи. Продукция специфичная. Современная. Требует хорошего финансирования. До недавнего времени я занималась подготовкой технико-экономических обоснований для нашего основного заказчика. Руководству понравилось, как я оформляю презентации и мне стали доплачивать. Теперь, в дополнение к основной работе, я пишу тексты, готовлю статьи, инструкции, делаю зарисовки по всему перечню того, что мы производим. Одним словом, продвигаю товары, – не без гордости сообщила Ребекка и, впервые, за время беседы, улыбнулась.

От горячего кофе и приятных эмоций её лицо разрумянилось. Женщина, видимо, посчитала, что через чур расхвасталась и быстро свернула свой монолог, – По вечерам подрабатываю уборщицей. Задерживаюсь на пару-тройку часов в офисе. Мою пол на первом этаже. Мне доверяют делать уборку даже в офисе акционеров.

– Я мог бы помочь с деньгами, – неожиданно сказал Алан, взглянув в упор на собеседницу.

– И что взамен? – вскинув брови, спросила она.

– Нас интересует всё, что касается взаимодействия Х&P с Пентагоном, – ответил Алан.

– Сведения по Министерству Обороны абсолютно конфиденциальны, сэр…, – произнесла Ребекка, уловив в словах собеседника, название своей фирмы. Она точно помнила, что в разговоре ни разу не упомянула ни X&P, ни Пентагон, – На кого вы работаете?..

– Скажем так. На конкурентов. В Ваших интересах лучше не знать какую фирму я представляю. Если бы нужная нам информация, находилась в свободном доступе, то этого разговора не было бы и денег Вам бы никто не предлагал, –тон собеседника изменился: стал жёстким и требовательным.

– На какую сумму я могу рассчитывать? – перешла к делу дама.

– Эквивалентную вашим ежемесячным платежам в банк и премию, в зависимости от результатов, – ответил он.

Ребекка задумалась.

– Не боитесь, что я могу вас сдать? – попыталась манипулировать она, после короткого молчания

– Кому? – усмехнулся Алан.

– ФБР, например…

– И что получите в результате?.. Наружное наблюдение и допросы? – рассмеялся собеседник, – Или Вам так часто предлагают деньги, разумеется, помимо тех, которые вы зарабатываете?

– Нет, – честно призналась женщина, – Денег не предлагает никто.

– Не упустите свой единственный шанс, мадам, второго раза может и не быть… Впрочем, я ни на чём не настаиваю, – парировал мужчина и собрался уходить.

– Я согласна, – твёрдо сообщила Ребекка и румянец снова залил её щёки, – Что конкретно потребуется от меня?

– Всё, что сможете добыть. Перечень, технические характеристики продукции, которая идёт в Пентагон. Ключевые документы: приказы, инструкции по работе служб, созданию проектов. Особый интерес представляют сведения о сотруднике Роберте Рейе, и данные о проекте «Феномен», – сказал Алан.

– Как Вас найти? – спросила Ребекка.

– Искать меня не нужно. Я сам вас найду, – уверенно ответил Алан, – Вот аванс. Будем считать это стимул к хорошей работе.

Алан Дарк положил запечатанный конверт на стол. Пригласил официанта, оплатил счёт, попрощался с Ребеккой и вышел.

Ключ от банковской ячейки

Июнь 1969 года. Сан-Франциско.

С тех пор, как Роберт Рей перестал быть жильцом мадам Мэг Грейс, прошло восемь месяцев. В квартире, которую он снимал, давно жили другие люди. Но вокруг его несуществующей персоны, продолжали происходить события, которые никак не давали о нём забыть.

В начале исчез он сам. Не предупредил, не позвонил. Не оставил распоряжений, касательно своих вещей. Ушёл на работу и не вернулся. Фирма, с которой был заключён договор аренды, тоже не внесла ясности в произошедшее.

Грешным делом, в голову Мэг Грейс, приходили мысли, что бывшего жильца давно нет в живых. Если бы не телефонный звонок от его новой квартирной хозяйки, с просьбой дать рекомендацию на бывшего жильца.

В пятницу вечером Мэг Грейс обычно встречалась со своим бойфрендом, с которым они составляли пару в танцевальном кружке. Подготовка к этому важному мероприятию у пожилой дамы начиналась с самого утра. Парикмахер и маникюрша приглашались на дом.

Когда прозвучал звонок в прихожей, она была уверена, что пришёл кто-то из них. Но мягкий женский голос ответил, что её беспокоит знакомая Роберта Рэя. В полной неожиданности, Мэг открыла дверь и удивилась ещё больше, когда увидела беременную женщину.

Перейти на страницу:

Все книги серии «Позывной «Ласточка»

Похожие книги

Список убийств
Список убийств

У руководства США существует сверхсекретный список, в который занесены самые опасные террористы и убийцы. Все эти нелюди, попавшие в список, должны быть уничтожены при первой же возможности. И название ему — «Список убийств». А в самом начале этого документа значится имя Проповедник. Его личность — загадка для всех. Никто не знает, где он находится и как его искать. Своими пламенными речами на чистом английском языке, выложенными в Интернете, Проповедник призывает молодых мусульман из американских и английских анклавов безжалостно убивать видных, публичных иноверцев — а затем принимать мученическую смерть шахида. Он творит зло чужими руками, сам оставаясь в тени. Но пришла пора вытащить его из этой тени и уничтожить. Этим займется ведущий специалист в области охоты на преступников. И зовут его Ловец…

Фредерик Форсайт

Детективы / Политический детектив / Политические детективы
Тень гоблина
Тень гоблина

Политический роман — жанр особый, словно бы «пограничный» между реализмом и фантасмагорией. Думается, не случайно произведения, тяготеющие к этому жанру (ибо собственно жанровые рамки весьма расплывчаты и практически не встречаются в «шаблонном» виде), как правило, оказываются антиутопиями или мрачными прогнозами, либо же грешат чрезмерной публицистичностью, за которой теряется художественная составляющая. Благодаря экзотичности данного жанра, наверное, он представлен в отечественной литературе не столь многими романами. Малые формы, даже повести, здесь неуместны. В этом жанре творили в советском прошлом Савва Дангулов, Юлиан Семенов, а сегодня к нему можно отнести, со многими натяжками, ряд романов Юлии Латыниной и Виктора Суворова, плюс еще несколько менее известных имен и книжных заглавий. В отличие от прочих «ниш» отечественной литературы, здесь еще есть вакантные места для романистов. Однако стать автором политических романов объективно трудно — как минимум, это амплуа подразумевает не шапочное, а близкое знакомство с изнанкой того огромного и пестрого целого, что непосвященные называют «большой политикой»…Прозаик и публицист Валерий Казаков — как раз из таких людей. За плечами у него военно-журналистская карьера, Афганистан и более 10 лет государственной службы в структурах, одни названия коих вызывают опасливый холодок меж лопаток: Совет Безопасности РФ, Администрация Президента РФ, помощник полномочного представителя Президента РФ в Сибирском федеральном округе. Все время своей службы Валерий Казаков занимался не только государственными делами, но и литературным творчеством. Итог его закономерен — он автор семи прозаико-публицистических книг, сборника стихов и нескольких циклов рассказов.И вот издательство «Вагриус Плюс» подарило читателям новый роман Валерия Казакова «Тень гоблина». Книгу эту можно назвать дилогией, так как она состоит из двух вполне самостоятельных частей, объединенных общим главным героем: «Межлизень» и «Тень гоблина». Резкий, точно оборванный, финал второй «книги в книге» дает намек на продолжение повествования, суть которого в аннотации выражена так: «…сложный и порой жестокий мир современных мужчин. Это мир переживаний и предательства, мир одиночества и молитвы, мир чиновничьих интриг и простых человеческих слабостей…»Понятно, что имеются в виду не абы какие «современные мужчины», а самый что ни на есть цвет нации, люди, облеченные высокими полномочиями в силу запредельных должностей, на которых они оказались, кто — по собственному горячему желанию, кто — по стечению благоприятных обстоятельств, кто — долгим путем, состоящим из интриг, проб и ошибок… Аксиома, что и на самом верху ничто человеческое людям не чуждо. Но человеческий фактор вторгается в большую политику, и последствия этого бывают непредсказуемы… Таков основной лейтмотив любого — не только авторства Валерия Казакова — политического романа. Если только речь идет о художественном произведении, позволяющем делать допущения. Если же полностью отринуть авторские фантазии, останется сухое историческое исследование или докладная записка о перспективах некоего мероприятия с грифом «Совершенно секретно» и кодом доступа для тех, кто олицетворяет собой государство… Валерий Казаков успешно справился с допущениями, превратив политические игры в увлекательный роман. Правда, в этом же поле располагается и единственный нюанс, на который можно попенять автору…Мне, как читателю, показалось, что Валерий Казаков несколько навредил своему роману, предварив его сакраментальной фразой: «Все персонажи и события, описанные в романе, вымышлены, а совпадения имен и фамилий случайны и являются плодом фантазии автора». Однозначно, что эта приписка необходима в целях личной безопасности писателя, чья фантазия парит на высоте, куда смотреть больно… При ее наличии если кому-то из читателей показались слишком прозрачными совпадения имен героев, названий структур и географических точек — это просто показалось! Исключение, впрочем, составляет главный герой, чье имя вызывает, скорее, аллюзию ко временам Ивана Грозного: Малюта Скураш. И который, подобно главному герою произведений большинства исторических романистов, согласно расстановке сил, заданной еще отцом исторического жанра Вальтером Скоттом, находится между несколькими враждующими лагерями и ломает голову, как ему сохранить не только карьеру, но и саму жизнь… Ибо в большой политике неуютно, как на канате над пропастью. Да еще и зловещая тень гоблина добавляет черноты происходящему — некая сила зла, давшая название роману, присутствует в нем далеко не на первом плане, как и положено негативной инфернальности, но источаемый ею мрак пронизывает все вокруг.Однако если бы не предупреждение о фантазийности происходящего в романе, его сила воздействия на читателя, да и на правящую прослойку могла бы быть более «убойной». Ибо тогда смысл книги «Тень гоблина» был бы — не надо считать народ тупой массой, все политические игры расшифрованы, все интриги в верхах понятны. Мы знаем, какими путями вы добиваетесь своих мест, своей мощи, своей значимости! Нам ведомо, что у каждого из вас есть «Кощеева смерть» в скорлупе яйца… Крепче художественной силы правды еще ничего не изобретено в литературе.А если извлечь этот момент, останется весьма типичная для российской актуальности и весьма мрачная фантасмагория. И к ней нужно искать другие ключи понимания и постижения чисто читательского удовольствия. Скажем, веру в то, что нынешние тяжелые времена пройдут, и методы политических технологий изменятся к лучшему, а то и вовсе станут не нужны — ведь нет тьмы более совершенной, чем темнота перед рассветом. Недаром же последняя фраза романа начинается очень красиво: «Летящее в бездну время замедлило свое падение и насторожилось в предчувствии перемен…»И мы по-прежнему, как завещано всем живым, ждем перемен.Елена САФРОНОВА

Валерий Николаевич Казаков

Детективы / Политический детектив / Политические детективы