Читаем Троян полностью

Окинув взглядом гостью, хозяйка отметила про себя, что она красиво и дорого одета. По последней моде обувь, сумка, очки, шляпа. На лацкане плаща прикреплена винтажная брошь с изображением ласточки. Бросилась в глаза сумка, к ручке которой была прикреплена бирка, с надписью «ручная кладь». Из чего следовало, что женщина прибыла прямо из аэропорта.

– Кели Престон, – представилась гостья, и, увидев обескураженное лицо пожилой мадам, не дала ей опомниться, – Не могли бы Вы уделить мне несколько минут?

Мэг Грейс ничего не оставалось, как предложить ей войти.

– Это Вам, – произнесла Кели Престон и достала из сумки коробку с прозрачным верхом, – Свежие эклеры.

Мэг не имела привычки собирать у себя гостей. Не потому, что не любила готовить (хотя и это тоже!) Нейтральная территория казалась ей проще, независимей и привлекательней. Всегда можно встать и уйти, если наскучит компания. Дома такой вариант совершенно исключён. Нужно мученически терпеть долгоиграющие рассказы сверстников (кто ещё мог составить компанию семидесятипятилетней дамы?) про талантливых внуков, красавиц-дочерей, преуспевающих сыновей, злых невесток и корыстолюбивых зятьев.

Появление подруги бывшего жильца не сулило благих вестей мадам Грейс – это она поняла с первых минут. Но не впустить беременную женщину, прибывшую из далека, она не могла. Верхом бестактности было бы не напоить её кофе.

После выполнения церемоний положенного гостеприимства, мадам Грейс, печально поглядывая на часы, поинтересовалась у Келли Престон целью визита. Гостья начала рассказ издалека.

– Мы познакомились с Робертом два года назад в Вашингтоне, на ежегодной конференции молодых учёных-электронщиков. Я ассистировала своему шефу. Роберт Рэй выступал с докладом, представляя продукцию компании Х&P… Наш роман вспыхнул внезапно. Быстро перерос в близкие отношения. Мы не пытались скрывать своих чувств. Зачем? Оба свободные, независимые, зрелые люди.

Чувства переполняли Кели, и она расплакалась.

Мэг Грейс, конечно, догадывалась зачем появилась в её доме беременная, и с любопытством ждала подтверждения своим мыслям.

– Вы часто виделись? – не удержалась от вопроса хозяйка.

– Для живущих в разных городах – да, – ответила Кели Престон, – В начале, меня устраивали наши отношения, имеющие форму бесконечных расставаний и встреч. Он подолгу бывал в командировках в Вашингтоне. Останавливался у меня. Затем я начала тяготиться разлуками. Мечтала о браке, детях. Но Рей, к сожалению, никогда даже не заговаривал об этом.

– И что же Вы? – робко поинтересовалась мадам Грейс.

– Мне не хотелось первой начинать разговор о браке. Нам было хорошо вместе и без того. Наверное, честно будет сказать, что я боялась испугать его женитьбой. Потерять. Надеялась, что он вскоре сам сделает мне предложение. Но мои ожидания не оправдались, – печально резюмировала Кели, – Роберт исчез. Внезапно и надолго. Я звонила ему. Но телефон молчал. Писала, но не получила ответ. Когда узнала, что беременна, в первое время, меня охватил шок. Потом я успокоилась и решила оставить ребёнка. У меня есть небольшие накопления. Хорошая работа. Но мысли, что малыш будет расти без отца, не оставляли меня ни на минуту. Не давали покоя. И вот я здесь…чтобы сказать Роберту, что он станет отцом…

– Бедная девочка! – воскликнула мадам Грейс. Ей стало неловко от мысли, что она не может ничего хорошего сообщить беременной, проделавшей такой длинный путь.

– Роберт – трудолюбивый, внимательный и предупредительный человек. Порядочный. Уверена в этом. Я редко ошибаюсь в людях, – Возможно, он немного зациклен на работе. За пять лет, которые он прожил здесь, я ни разу не видела у него гостей. Он рано уходил на службу. Поздно возвращался. Подолгу задерживался в командировках. Скорее всего, у него были объективные причины…, – произнесла пожилая мадам.

На последней фразе уверенность покинула её. Мэг вдруг вспомнила о недавнем звонке касательно рекомендаций на бывшего жильца. До неё совершенно явственно дошло, почему так внезапно и таинственно исчез Роберт Рэй: «Сбежал от отцовства, мерзавец!»

Меньше всего, старушка бы хотела расстраивать гостью тем, что отец её будущего ребёнка скрывается от ответственности. «Пусть она лучше думает, что его нет в живых!» – решила мадам Грейс и, в надежде прекратить неудобный диалог, произнесла:

– Кели! Роберт Рей, ни в коем случае, не бросил бы Вас! Дело в том, что восемь месяцев назад он вышел из дома и не вернулся. До сих пор не дал о себе знать. При всём желании, моя дорогая, я больше ничего не могу сделать для Вас!

На глазах у Кели снова показались слёзы. Потребовалось несколько минут, чтобы она пришла в себя.

– Могу я забрать свои письма? Очень бы не хотела, чтобы их прочёл человек посторонний…, – тихо проговорила она.