Читаем Тарси полностью

Елена приняла бокал из рук Лагдиана, поднесла к губам. Тут ее отвлекло странное ощущение, будто кто-то следит за ней. Глупое чувство на виду у такого скопления народа, но, тем не менее… Она огляделась. Неприятное ощущение прошло. Пить ей совершенно расхотелось, голова и так кружилась от вина. Она не глотнула, лишь едва пригубила кубок из вежливости.

Эмун что-то вещает, раскинув руки. Елена вдруг замечает, что все внимание обращено на нее и Лагдиана. Все перешептываются, ахают, кто-то хмурится.

Она не успевает ничего сообразить, как Лагдиан внезапно берет ее под руку и выводит вперед. Он окутывает ее пышной цветочной гирляндой. Кладет руки на ее плечи. И говорит слова, которые доходят до Елены не сразу. А когда доходят, она овладевает собой, вымучивает улыбку и произносит: 'Благодарю. Я подумаю'.

Что? Какой еще обычай? Что значит дать ответ сразу? Толпа вокруг смолкла – муха пролетит, оглушит. А Лагдиан заглядывает в глаза и повторяет вопрос. Голова Елены страшно кружится, точно она не легкое вино сегодня пила, а чистый спирт. На губах отвратительное жжение, она с трудом сдерживается, чтобы не облизать их, чувствует тошноту и слабость. И уже готова сказать все, что угодно, все, что он хочет услышать, как вдруг дикая злость на себя и все происходящее резко обостряется, разрывая хмельной туман.

Губы Елены кривятся, точно она желает что-то сказать. Но вместо этого просто молча швыряет кубок к ногам Лагдиана, сходит с помоста и идет прочь, продираясь сквозь разномастное сборище. Лучники, жуны, люди расступаются, нарастает легкий гул. Лагдиан смотрит себе под ноги, на растекающуюся лужу вина. Королева Эмун подается вперед, потирая тонкими пальцами висок. Четим, стоявший в толпе, незаметно показывает Елене вслед два больших пальца. Имра тихонько прыскает в кулак.

– Скачи! Скачи во весь опор!

Терпкий прохладный воздух привел в чувство, но она продолжала задыхаться от гнева.

'Надо же, какое самомнение! Какая уверенность! Великая честь, с ума сойти можно! Дать ответ прямо сейчас, без раздумий! Да если бы я только и мечтала, что об этом лучнике, все равно ответила бы 'нет'! По той простой причине, что они просто не оставили выбора! А Лагдиан! Другом притворялся! Что ему стоило поговорить со мной перед этим вечером, спокойно, наедине, без пафоса и многолюдья? Все, хватит, слишком я здесь задержалась. Пора искать другие пути… Давно пора. Хорошего понемногу!'

– Где ты?! Я найду тебя!..

– Чего тебе! Иди куда шел! – крикнула она фигуре.

Сенгид, похоже, поддерживал мнение девушки, недовольно взрывая землю когтями. Всадник протянул руку и потрепал его по холке.

– Тише, друг! – и обратился к Елене. – А твоя воспитанность, точнее, ее отсутствие, сослужит плохую службу, если ты окажешься на дороге.

Арэнкин оценивающе оглядел ее с ног до головы, задержался взглядом на разорванном подоле и одобрительно кивнул, стараясь сохранить серьезное лицо.

– И внешний вид тоже советовал бы поменять…

– А ты почему не на вечере? – невольно смягчаясь, спросила она.

– Если я буду присутствовать на каждом празднике, попадающемся в моей жизни, слишком много времени пройдет впустую, – отвечал Арэнкин. – Но я вижу, что не одинок. Что же заставило тебя оказаться в разгар вечера на краю леса?

– Да так, ничего особенного. Всего лишь принц Лагдиан, (тут девушка с чувством выругалась в выражениях, подслушанных у жунов), сделал мне прилюдно предложение стать его женой.

Она осеклась и в бешенстве уставилась на Арэнкина. Наг открыто хохотал, цепляясь за шерсть сенгида и утирая глаза. Она в первый раз услышала, как он смеется.

– Ох, не пристало принцессе ругать своего мужа такими словами, – еле выговорил он сквозь смех.

Елена хотела выпалить мгновенно возникшую гневную речь, но, едва открыла рот, как сама разразилась безудержным хохотом.