Читаем Тарси полностью

– Я смотрю, ваш вождь совершенно не отличается общительным нравом! – сказала она, отворачиваясь.

– Возможно, – отвечал Арэнкин. – Но мы, наги, на самом деле не любим огня. Наша стихия – вода и лед. Эти корни прорастают в глубокую древность.

– Но ведь на вашем гербе изображен огонь.

– Меч, возникающий из огня, – поправил Арэнкин. – Он символизирует когда-то одержанную победу

– Ты обрати внимание, как наги относятся к огню… – посоветовал король Рауда, подбрасывая ракушки.

– Да никак! То есть, как все… хотя…

Елена задумалась. За все время праздника наги редко появлялись на жарких плясках у костров. Даже сейчас Шахига и Арэнкин сидели поодаль от огня. Между нагами и муспельхами то и дело проскальзывало легкое напряжение.

– Вы сторонитесь огня, это заметно.

– Да, – тихо подтвердил Арэнкин. – А Гирмэн и не подходит к огню без необходимости. Он ненавидит пламя больше, чем все мы. Много тысяч лет назад произошла великая трагедия, о которой Вождь помнит.

– Ему так много лет?

– Нет. Не совсем. Сказание об этой трагедии хранится у нас. Думаю, Шахига может достойно рассказать.

– Почему, как что-то рассказывать, так сразу Шахига?! – возмутился молодой наг.

– А я с удовольствием послушаю эту легенду, – поддержал король Рауда, сгребая выигранные кусочки халцедона. – Шахига, все знают о твоем таланте рассказчика, так что, не упирайся. Только сперва закончим игру!

Наконец, ракушки убрали, Рауда и Арэнкин раскурили свои трубки. Елена грела руки о глиняную чашку с травяным настоем.

– Это случилось во времена, когда еще не было Ондерхиммелена, – начал Шахига. – С тех пор разве что сказки остались. Муспельхами тогда правил молодой царь Дженем, благородный и почитающий предков. Его отцу была предсказана гибель от укуса змеи – так и вышло. Однажды отец Дженема ранил оленя и стал преследовать животное. Во время погони он увидел человеческого мудреца, погруженного в размышления. Уставший царь обращался к нему несколько раз, но тот не проронил ни слова. Человек соблюдал обет молчания, и был недвижен, как дерево. Царь муспельхов пришел в ярость, решив, что отшельник издевается над ним, и нанес мудрецу оскорбление. Он поднял мертвую змею, что лежала рядом на земле, и бросил ее на голову мудреца. Тот молчал, не высказав ни гнева, ни укора. Озлобленный царь возвратился в свой город.

Шахига перевел дух. Елена не шевелилась, спрятав руки в рукава. Еще несколько человек заинтересованно навострили уши, придвинулись ближе к рассказчику.

– У мудреца был сын по имени Хринги, – продолжал Шахига. – Он пришел в ярость, когда узнал, как царь оскорбил его отца, пожилого, не знающего мелочных желаний и зависти, почтенного отшельника. Разъяренный Хринги отправился к правителю нагов, с которым был дружен, поведал об оскорблении мудреца и попросил помощи. Хринги проклял царя муспельхов, сказав: 'Правитель нагов Такшака укусит тебя через семь дней, и мой отец будет отомщен!' Когда мудрец узнал о планах вспыльчивого сына, то проявил мудрость – он предупредил царя муспельхов, и тот, зная о пророчестве своей смерти, решил достойно ее встретить, стал готовиться к приходу повелителя нагов Такшаки. В назначенный день один хитрый муспельх отправился к царю, но в пути его встретил Такшака, и спросил: 'Куда ты так торопишься?'. Муспельх ответил: 'Наг Такшака сегодня укусит царя, и я спешу туда. Как только змей ужалит царя, я немедленно вылечу его и получу награду!'.