Читаем Святая мгла (Последние дни ГУЛАГа) полностью

– Перед вами именуемая советской Мэрилин Монро белокурая красавица Валентина Васильевна Серова, секс-символ российского экрана тридцатых-сороковых годов, любимейшая актриса Сталина, которую вождь народов мира и большой друг кино (вместе с супругой Чкалова) на званых обедах сажал рядом с собой, так как она была вдовой отличившегося на испанской войне пилота Анатолия Серова. В дальнейшем эта актриса была женой негодяя (Папаян, не обижайся) Константина Симонова, что, однако, не помешало ей завести роман с генералом, а в будущем маршалом Константином Константиновичем Рокоссовским. Эта любовная история приняла такой размах, что, говорят, на одном приеме товарищ Сталин спросил генерала Рокоссовского: «Не знаешь ли ты, товарищ Рокоссовский, чья жена актриса Серова?» Рокоссовский с трудом выговорил, что поэта Симонова, и вождь будто бы сказал: «И мне так кажется». После этого будущий маршал перестал знаться со своей возлюбленной. Актриса спилась и скончалась в 1975 году, Симонов не прервал своего отдыха в Кисловодске и ограничился тем, что прислал розы. В последний путь легенду советского кино провожали три человека, в том числе ее дочь Мария Симонова. Продолжим показ фильма, спасибо за внимание, друзья.

Лисманис, как правило, делал ужасные комментарии, демонстрируя такие бессмертные советские шедевры, как: «Человек с ружьем», «Ленин в Октябре», «Ленин в 1918 году», ставшие классикой ленинианы, однако делались эти комментарии принципиально на латышском языке, и Лисманис всегда мог сказать, что говорил о мастерстве артистов, исполняющих роль Ленина. Иногда на шутки Лисманиса откликались и грузины, в их комментариях по-грузински фигурировали такие безобидные оценки, как «мерзавец», «негодяй», «подонок», «остолоп» и др. В этом отношении не отставали от нас и армяне, выкрикивавшие несколько красивых фраз на языке бессмертного Григола Нарекаци. Так что демонстрация Лисманисом славных шедевров советской пропаганды под видом художественных фильмов проходила весело.

Как-то раз произошло нечто невообразимое: на субботний кинопоказ привезли настоящее кино – «Осеннюю сонату» Ингмара Бергмана с участием Ингрид Бергман и Лив Ульман. По-моему, до этого фильм показали в кинотеатре «свободному» зрителю, которому он активно не понравился, и в виде наказания его подбросили к нам в лагерь – нате, мол, вам ваш любимый Запад и его непонятный шедевр. Рассказывающий о драматических взаимоотношениях матери с дочерью, довольно сложный и замкнутый в пространстве фильм не слишком понравился заключенным, однако Лисманис часто приостанавливал показ, заостряя внимание на мастерстве неизменного оператора двадцати фильмов Ингмара Бергмана Свена Нюквиста. Лисманис был настоящим художником, он подмечал такие детали, что знаменитый Нюквист с удовольствием взял бы его к себе в ассистенты. Однажды нас настолько уважили, что кроме художественного фильма показали и киножурнал. Лисманис заранее предупредил нас, что это не кино, а документальная хроника, после которой еще будет фильм. В этой короткометражной ленте (надо помнить, что все это происходило в эпоху перестройки и в разгар гласности) показывались уникальные кадры, десятилетиями скрываемые от всего мира как советскими коммунистами, так и западными демократами. В общем, там было показано, как англичане сразу по окончании второй мировой войны передали Советскому Союзу попавших в их оккупационную зону пленных. Лисманис, быстро разобравшись в ситуации, объявил, что слабонервные должны покинуть зал – похоже, нас ждут жуткие кадры. Этот комментарий пригвоздил к месту даже тех, кто собирался пропустить журнал и выйти покурить.

На экране показался очень высоко, метров на сто, возвышавшийся над рекой мост. Снято было очень издалека, и сразу не все можно было разобрать, но, как только камера приблизилась, показались какие-то точки, летящие с моста вниз. Когда кадр увеличился, стало ясно, что эти точки – люди, которые по своей воле прыгают в реку, навстречу своей смерти. На видавшем виды экране клуба-столовой ЖХ-385 / 3–5 с моста в глубокое ущелье прыгали советские пленные, лишь бы не попасть в руки к «своим» – среди них были женщины и дети. Основная масса людей пыталась вернуться назад, однако англичане встречали их огнем и убивали на месте. На мосту творилась ужасная трагедия – и это спустя всего несколько месяцев после окончания самой жестокой в истории человечества войны! Попавших в оккупационную зону британцев советских пленных впереди ждали ГУЛАГ и гибель, дорогу назад отрезали пули союзников, а внизу, в глубоком ущелье, ждала мгновенная смерть. Вдруг на экране показался человечек с поднятыми руками, бегущий в сторону русских, камера засняла его крупным планом: радостный человечек, странно размахивая руками и что-то крича, бежал к своим.

Внезапно клуб-столовую потряс нечеловеческий рев:

– Лисманис, останови кино! Не-е-ет! Не-е-ет! Лисманис, останови!