Читаем Stop (maket - 2).indd полностью

хлеба и обмениваясь малозначащими фразами. Потом булка закончилась,

и Марго встала.

– Знаете, тут неподалеку готовят изумительный кофе… Может, схо-

дим? Меня, кстати, зовут Маргарита… Можно просто Марго.

Мужчина встал и аккуратно отряхнул штаны.

– Олег. Но, к сожалению, я не смогу вас ничем угостить. Некредито-

способен. Поэтому вынужден отказаться.

557

П. Ефремов. Стоп дуть!

Марго рассмеялась и махнула рукой по направлению к набережной.

– Какая ерунда! Я вас приглашаю, и если вы не пойдете, то я… то я…

Куплю вам новую булку… И просто обижусь!

Олег рассмеялся.

– Были времена, когда я, скорее, выбрал бы булку… Но не хочу, чтобы

вы обижались, да и хорошего кофе я не пил очень давно… Ведите, принцес-

са, нищий пилигрим не откажется от угощения…

– Не подлизывайтесь, а то передумаю… – рассмеялась Марго.

И они пошли по набережной…

Марго никогда не была ханжой и синим чулком. Она была самой нор-

мальной молодой женщиной, у которой, конечно, бывали мужчины. Но до это-

го дня она еще не встречала никого, кто бы понравился ей так сразу, мгновен-

но и безоговорочно, как этот случайно встреченный ею седовласый и немоло-

дой Олег. Она как-то с ходу прониклась к нему каким-то доселе незнакомым

ей чувством и без всяких сомнений в искренности Олега восприняла вполне

фантастический рассказ о его похождениях. Она никогда не верила в сказ-

ки о любви с первого взгляда, но в этот день уже через несколько часов по-

няла, что этот непонятный человек, который старше ее вдвое, и есть ее муж-

чина. Тот самый мужчина, о котором в этой жизни мечтает каждая нормаль-

ная женщина. Тот мужчина, от которого женщина хочет иметь детей и с кем

хотела бы провести все отпущенные судьбой дни.

Больше они не расставались. Марго улетела в Крым вместе с Олегом.

Там Олег попрощался с Севастополем, с городом, который он очень любил,

но с которым его теперь ничего не связывало, кроме воспоминаний. Они сы-

грали свадьбу в Одессе, и гуляли в том самом стареньком дворе, в котором

прошли детство и юность Марго. Даже первую брачную ночь они провели в ее

квартире, за которой все это время заботливо приглядывала тетя Фира.

* * *

– Ну а сейчас-то как? – спросил я у Олега.

– А сейчас… Сейчас мы граждане мира. У обоих по три паспорта: из-

раильский, российский и украинский. Зимой здесь детей навещаю, летом

у нас, а между этим по миру путешествуем. Марго-то у меня почти олигарх,

может нам это позволить… Хорошая она… Надежная.

Олег улыбнулся и, закурив, продолжил.

– Я, кстати, свой флаг сберег. Я его тут даже над домом каждое утро

поднимаю, чтоб не забывали… А то его у нас только на демонстрациях та-

скать стали. Позорят только. Что в Твери, что в Крыму. А для меня Россия

и Украина до сих пор одно целое… Правда, думаю, уже недолго нам между

ними кочевать осталось…

И словно что-то почувствовав, Олег повернул голову в ту сторону, отку-

да к нам подходила невысокая красивая черноволосая женщина, беремен-

ность которой явственно проглядывала сквозь легкое платье.

– А вот и моя Марго…

Мы посидели еще минут пятнадцать, а потом расстались. Больше

я не встречался с ними, а попросить координаты постеснялся, да и не думал

тогда об этом, честно говоря. Потом, через несколько лет, история эта всплы-

ла в моей памяти, когда я случайно увидел на Истринском водохранилище

чей-то катер, над которым тоже развевался Военно-морской флаг СССР.

И как-то сразу в памяти всплыл рассказ о Гончарове, его плавании и его «по-

следнем линкоре», который, наверное, и на самом деле был последним кора-

558

Часть вторая. Прощальный полет баклана

блем, пронесшим над Индийским океаном флаг, под которым многие из нас

принимали присягу. Флаг когда-то Великого флота, который разделил с ним

свою участь и ушел в прошлое…

Мертвые души

Штаб – совокупность начальства и принадлежа-

щих к какому-либо военному управленью чинов.

В. И. Даль. «Толковый словарь русского языка»

Давным-давно, на заре своей флотской службы, я впервые заступал де-

журным по части. Как полагается, инструктировали меня кроме тех, кто обя-

зан, все, кто мог. Запугали до смерти. Но больше всего стращали меня лич-

ным составом. Строить всех каждые два часа, считать по списку и на пальцах.

Не дай бог, кого-то не будет хватать, сразу боевая тревога по базе! Всех в ру-

жье! Поисковые группы в тундру, офицерский состав по тревоге в казармы!

Мичманов в аэропорт и на все перекрестки! Раздать патроны и провернуть

механизмы вручную! Короче не вахта, а Страшный суд. А если учесть, что

мое дежурство было с субботы на воскресенье, как и полагается молодому

лейтенанту в первый месяц службы, то на развод я шел с повышенным дав-

лением и вздрагивал при виде каждого матроса. На разводе мою и без того

повышенную бдительность подстегнули еще разок, да так, что я был готов

броситься на любого моряка с кортиком, если он только намекнет на попыт-

ку выйти из казармы.

Вечер прошел спокойно. Матросы, видя чрезмерную взвинченность мо-

лодого дежурного по части, вели себя на удивление хорошо, из казармы без