Читаем Шкатулка опенула (СИ) полностью

Комментарий к Глава 20. Не прихлопни комара!

Писать главы одинакового размера с равномерно распределенными эмоциональными и сюжетными моментами? Зачем, если можно писать части с разбросом в 5 страниц и состоящими либо из одних соплей, либо из сухих действий!

Ил, ящерка моя разноглазая, вернулся-таки, я уже успела соскучиться! Надеюсь, что вы тоже.

И да, Оливер, что это за “Даже Эрика поняла”? Конечно, всем ясно, что она умом не блещет, но не так же явно, право…

Уроки пикапа от голоса двенадцатилетнего уже мертвого мальчишки в чужой голове. Это… странно?

Гендерная интрига! Вот, что я люблю, туру-ту-ту-ту!

хэштегдлинныекомментарии

Ну а в следующей главе нас ждет немного криминала и вьетнамские флэшбеки по-лайтовски

========== Глава 21. Совершенно секретно ==========

Южную часть города Эрика почти не знала. Несмотря на то, что автобусная остановка находилась одинаково близко и к югу, и к северу Дэнта, девушка еще ни разу не сворачивала направо на развилке. Там толпились туристы, торчали на каждом углу памятники и музей. Иначе говоря, если север составляли жилые кварталы, то юг слыл исторической частью. Причем история эта была настолько непримечательной, что даже школа не устраивала экскурсии в черте города — только выездные.

А ведь в «солнечных» районах оказалось много интересного. Например, там располагалась третья больница, где и лежала Джулия Слет, и куда, по словам Ила, сначала привезли его тело. И неподалеку «белыми воронами» вклинились две или три жилые многоэтажки. Туда ребята и направлялись.

Угрюмая серая громадина не казалась гостеприимной. И если бы Эрика точно не знала, что их ждут, — никогда бы не сунулась. Но если хочешь спасти свою шкуру, полезешь куда угодно, несмотря на глупую интуицию.

— Семьдесят второй. Нам сюда, — указала она на белесую табличку и завернула во двор.

Мальчишки тревожно переглянулись и шагнули следом.

— Так кто, говоришь, этот твой Иван? — уточнил Оливер.

— Знакомый следователь. Он ведет дело о тете Сондре.

— Полицейский? — сглотнул Ил. — Может, не пойдем? У лайтовцев с вашими законами не все гладко. Вдруг мы где-то засветились, а он нас и сцапает?

Оливер согласно закивал.

— Одна я тоже не пойду, — скрестила руки на груди Белуха. — Не хватало еще, чтобы меня на выходе из подъезда какой-нибудь опенул похитил.

— Я тебе нож дам, — предложил каннор.

— Думаешь, он испугается ножа? — не поверила она.

Тот пожал плечами.

— Испугается или нет, а пырнуть его сможешь.

— Я-ящерка, — закатил глаза Оли. — Она же недивинка! Не пырнет она никого.

— Сам ты ящерка!

У мальчишек снова завязалась потасовка. Эрика уже опустила руки. За десять минут ребята успели даже подраться, что и говорить о нескончаемых пререканиях. Ни слова не обходилось без издевки.

Найти нужную дверь не составило труда — возле нее толпились жильцы и что-то обсуждали: не то свет, не то воду. Проще говоря, обычные бытовые проблемы. Только когда троица подошла к домофону, толпа разом оглянулась и уставилась на чужаков невидящими глазами.

— Дело плохо, — шепнул Оливер. Его перебила визгливая трель домофона.

Подъезд оказался под стать жильцам. Люди грязные и уродливые, лестница — тоже. Даже крысы сновали туда-суда по площадкам, таскали в норы обертки и бумажки. Может быть, конечно, он выглядел так же, как и сотни других подъездов, но именно этот показался Эрике самым отвратительным. Сегодня будто весь Дэнт настроился против нее.

— Идем уже, а то меня от одного только взгляда тошнит, — скривился Ил.

— Неженка, — прыснул Оливер, хотя сам уже позеленел.

Эри быстро, перешагивая через несколько ступенек разом, взлетела по лестнице.

Иван встретил их на лестничной площадке. По-домашнему, в тапочках и затертом спортивном костюме. Судя по всему, у полицейского выходной, но вид у него все равно оставался невеселый. Эри вспомнила, что его жена лежит в больнице — да, не лучший момент для выклянчивания документов, но время поджимает.

Слет окинул компанию презрительным взглядом и кивнул на приоткрытую дверь. Ребята без лишних слов вошли.

Квартира совсем не походила на жилище сорокалетнего блюстителя порядка. На вешалках изящные пальтишки — не иначе, жены и дочери. У порога чистенький коврик с гостеприимной надписью «Добро пожаловать!». В коридоре тумбочка для безделушек вроде фарфорового котенка или лампы с узорчатым абажуром. Все чисто, опрятно — видна женская рука.

— У тебя что-то срочное, Эрика? Ты сказала, что-то связанное с моей женой, — вновь подал голос Иван и зашагал в комнату.

Эри потопталась на месте, но пошла за ним. Мальчишки — следом.

— Да, очень важное и серьезное, — кивнула она, усаживаясь на небольшой диванчик.

Гостиная такого приятного впечатления, как прихожая, не производила. Пыль, конечно, стерта, и полы чистые, но где-то валялись скомканные упаковки от чипсов, в тени от кресла приютилась открытая банка пива, пахло какой-то ерундой — не то пиццей, не то сигаретами. В общем, почти холостяцкая берлога, куда иногда по ошибке забредает Марианна, дочка этого «счастливого» медведя.

— Слушаю, — гаркнул Слет.