Читаем Присвоенная полностью

— Итак, графиня Измаилова, — негромко обращался Кристоф. — Мы рады вас приветствовать! Познакомьтесь, это…

…

— Вероника, ты, как всегда, прекрасна. Познакомься, это…

…

— Рад вас видеть, Роберто, познакомьтесь, это…

…

Их лица, проходя передо мной бесконечной вереницей, слились в одно: тревожащая холодная красота, гипнотический взгляд, влекущая грация движений, таящих силу дикого зверя. И только глаза у каждого гостя особенного цвета — переменчивого, как настроение их обладателя: синие — как осеннее небо, серые — как стальной клинок, карие — как крепкий кофе в деревянной чашке в маленьком городке, где…

— А это один из наиболее уважаемых гостей.

И хотя передо мной было несколько мужчин, я сразу поняла, к кому относились слова Кристофа.

— Познакомься, Диана, один из первых гостей бала, почти его основатель — Адамас.

Темные вьющиеся волосы, аккуратная ухоженная щетина — большего память не сохранила. Но и этого было достаточно, чтобы перенести меня в далекий летний вечер и услышать его слова, как наяву.

«Иди за мной!»

Адамас улыбнулся и поцеловал мне руку, не побеспокоившись спросить взглядом разрешения у Кристофа, как делали все остальные. И слишком долго ее не отпускал…

Пауза затягивалась.

Безусловно, он помнил меня. Я невольно улыбнулась в ответ, когда в памяти всплыла неуместная — а скорее наоборот — истерика, спасшая мне жизнь.

— Почти, так как основателем являешься ты, Кристоф, не так ли?.. — Его темно — карие глаза все еще не покидали моего лица, и это уже выглядело почти оскорблением.

Большая мышечная масса моего несостоявшегося убийцы с легкостью компенсировала чуть более низкий рост, чем у Кристофа. Что, впрочем, не мешало разглядеть их невероятное сходство: сила, уверенность и властность в облике делала их почти близнецами.

«Старая вражда? Соперничество?» — предположила я, отмечая их скрестившиеся взгляды, но тут Кристоф развернул меня к другим гостям.

И хотя я не обладала его сверхчувствами, от меня не укрылось, как напряжение сковало его тело, как насторожились глаза, когда он смотрел на меня исподтишка…

Вдруг музыка — ненавязчивый фон для общения — изменилась, вплетая по нарастающей в незнакомую мелодию диссонансные резкие звуки, которые в конце концов составили с ней удивительную гармонию. Едва заметная волна оживления, обежавшая зал, предсказывала приближение чего-то особенного. Но ничто не могло подготовить меня к последовавшему зрелищу.

С разных сторон на середину зала выходили пары — одна за другой, и каждая вступала в танец, никак не согласованный со стилем движений других. Не успела я подумать, что это больше всего напоминает конкурс импровизаций, как один из танцоров, подхватив свою партнершу в полунаклоне, запустил ее снарядом в стену. Пораженное «Ах!» даже не успело вырваться из моей груди, как женщина, оттолкнувшись от стены и перевернувшись в полете, смеясь, грациозно приземлилась на каблуки — стилеты рядом со своим жестоким партнером. И началось!

С каждым последующим движением танец все больше уступал место единоборству. Дамы, подброшенные в воздух, делали сальто, приземлялись и в отместку подсекали своих партнеров, вынуждая тех отступать и уклоняться. За что мужчины поднимали их над головой и резко бросали о пол, но тщетно — изворотливые кошки всегда могли устоять! Платья, которые, казалось, должны были мешать, удивительным образом подчеркивали движения их точеных фигур…

Очень быстро я поняла, почему вышло так мало пар: огромный зал был слишком мал для их скорости и силы! Наблюдая за непринужденностью магических игр, я засомневалась, что, увидев их служанкой, посмела бы сбежать.

Однако самое поразительное было в том, как этот синтез танца и жестокой драки подчинялся дикому ритму музыки — они составляли единое целое…

— Невероятно! Ты должен был рассказать мне заранее! — я не могла оторвать взгляд от этих нечеловечески красивых танцев!

— Это мелочь, Диана… Лишь начало, — но не было в его голосе улыбки. — Ты даже представить себе не можешь, на что мы способны.

И вдруг, вслед за вступлением более спокойной музыки, напоминавшей вальс, Кристоф подхватил меня в танец. Наше кружение было классически размеренным, и мне подумалось: это к лучшему, ведь моя неуклюжесть по сравнению с остальными дамами очевидна. Расслабившись, я позволила себе идти за партнером до самого конца мелодии, и поэтому, когда прозвучали завершающие аккорды и Кристоф неожиданно подбросил меня вверх, я застыла в моменте головокружительного полета. Окруженная волнами алого шелка, я изумленно разглядывала тонкую лепнину потолка прямо перед своим лицом… А потом вдруг оказалась в руках Кристофа, лукаво улыбавшегося мне! Это было мгновение изумительной красоты, и мне так не хотелось, чтобы он меня отпускал…

Большой зал постепенно пустел, выливая толпу через стеклянные двери в сад. Я не знала, что было запланировано дальше, но понимала: это не зря — Кристоф хотел увидеть мою истинную, неподготовленную реакцию. И потому жадно впитывала впечатления от происходившего вокруг, пытаясь выстроить картину предстоящего.