Читаем Присвоенная полностью

Безусловно, Мойра находилась рядом, но она сразу дала понять, что лишь помогает, а настоящая ответственность — на мне. Иногда даже возникало желание поинтересоваться: как же они раньше обходились без меня и почему именно я за все отвечаю? Но рвавшиеся наружу вопросы казались невинными только на первый взгляд. Еще больше опасностей таили в себе возможные ответы… И я молчала.

Однако не все лежало на моих плечах. Была и особая сторона праздника, в подготовке которой я не принимала участия.

— Тебе еще рано, — загадками говорила Мойра.

Уточнять, что это значит, мне почему-то не хотелось…

С каждым днем, приближающим бал, Кристоф становился все менее похожим на себя. Обаятельная улыбка, существование которой так поразило меня в свое время, исчезла, будто ее никогда и не было. Его подменил другой — озабоченный, хмурый, нелюдимый. Я перестала ощущать его присутствие рядом: никто не перебирал мои волосы легким ветерком, никто не дразнил едва слышной лаской прикосновений, никто не шептал о том, как волшебно я пахну. Мне чего-то не хватало, я только не могла понять, чего именно.

С утра до вечера вся в заботах по подготовке к балу, я проводила целые дни с Мойрой и лишь спустя некоторое время осознала, что Кристоф избегает меня даже во плоти — за столом его место пустовало и возле ванной мы не встречались.

Меня саму удивило, насколько я встревожилась…

— Мойра, ты не знаешь, где Кристоф? — вечером накануне бала я сдалась, не в силах больше выслушивать больные теории своего воображения.

— А что случилось, Диана?

Я замялась, не зная, какими словами выразить свои опасения.

— Ну… мне кажется, он меня избегает. Ты не знаешь, может, я его чем-то обидела? — я старательно отводила взгляд, сама не веря в то, что говорила такое.

— Не думаю… — неожиданно приблизив свое лицо, Мойра заглянула в мои глаза и тихо спросила: — Тебя это беспокоит, не так ли?

Я кивнула, чувствуя, как предательский румянец заливает мое лицо, и снова отвела глаза. Мойра просияла в ответ.

— Он сейчас в библиотеке. Ну же, иди, поговори с ним!

Ощущая на себе ее взгляд, понимающий больше, чем хотелось бы, я поспешила туда.

Конечно же, он знал, что я иду к нему, и встретил меня, открывая дверь в полумрак библиотеки. За окном было уже совсем темно, но комнату освещала лишь одна тусклая настольная лампа. У меня сложилось впечатление, что Кристоф провел здесь много времени…

Выражение тревожного ожидания не покидало его лица, делая прекрасные черты резче обычного.

— Кристоф… — я не знала, как начать.

— Да, Диана, говори.

— Что-то случилось?

Он не спешил отвечать.

И я стала объяснять:

— Просто последние дни я тебя почти не вижу и… не чувствую… — я улыбнулась, ожидая комментариев о моем психическом здоровье, но он молчал, и я решилась — А когда вижу, ты такой хмурый. Может, я тебя чем-то обидела?

Наконец, его губы тронула улыбка. Но долго она не продержалась.

— Нет, Диана, ты здесь ни при чем.

Явно взвешивая, стоит ли меня посвящать в свои тревоги, он напряженно смотрел на меня, закусив губу в раздумье. Эта картина вдруг неожиданно вырвала меня из реальности и унесла в мир тигриных фантазий…

Интересно, боль — это все, что может подарить его острый белый клык, зажавший плоть губы? Почему-то я сомневалась… И каковы же эти яркие губы на вкус? «Сладкие», — уверенно предположила я, не сводя с них застывшего взгляда, и неосознанно облизнула свои…

Предположительно сладкие губы понимающе улыбнулись.

— …что? — вернулась я в библиотеку.

Но Кристоф не отозвался. Он неотрывно смотрел на меня, и я почувствовала, как внутри все до боли сжимается от желания. Его ноздри слегка дрогнули в ответ, и я вдруг интуитивно поняла, что он в курсе всех процессов, происходящих в моем теле… Вот черт!

— Так в чем дело? — поспешила я отвлечь его внимание.

— Дело… — автоматически повторил он, потом резко выдохнул и опустил взгляд, а когда поднял его, тревога вернулась, но улыбка, оставшаяся на лице, немного сгладила ее.

— Дело, Диана, в бале…Ты уже много слышала о нем от Мойры, от Дженоба, слуг… даже от подруг. И каждый сказал тебе часть правды, известную ему. Наверное, я тоже должен познакомить тебя со своей.

Он помолчал и после паузы продолжил:

— Как ты уже знаешь, каждый год мы устраиваем прием для избранных гостей, и само слово «бал» сохранилось лишь как дань традициям. Большинство приглашаемых были определены мной в качестве постоянных участников сего события давным — давно. Для них это большая честь; люди же присутствуют в основном только в качестве прислуги…

— Хочешь сказать, я буду исключением?

Кристоф вздохнул, оперся на край стола, у которого мы стояли, и опустил голову. Полосы глубоких теней прорезали его лицо, придав еще больше сходства с диким хищником.

«Почему я раньше не видела, как он красив?» — теперь я постоянно задавала себе вопросы, на которые не могла найти ответов…

После нескольких мгновений, проведенных в раздумьях, он взглянул на меня.

— Ты не будешь исключением, Диана. И мне придется представить тебя как… как…