Не меньшее потрясение умов вызвали также страшные колебания земной коры, с необычайно обильными извержениями вулканов и гейзеров, которые были отмечены опять-таки и районе бассейна Тихого океана.

И, наконец, третье загадочное событие, также связанное с районом Тихого океана, состояло в выявлении окутанных странной мглою двух островков неподалеку от экватора, вызвавшее интерес и недоумение научной общественности всего мира. По мнению Аспинедова и его коллег, эти таинственные островки имели определенное отношение к скале «Умирающего лебедя» и острову Татэ. Ведь именно в этом-то районе и произошло годы назад таинственное исчезновение советского астероидиноплана АЛД-1…

Эти три загадочные и пока еще неразрешенные проблемы, вместе с рядом других важных вопросов, входили в программу исследований научных экспедиций «Октябрида».

И это было вполне понятно, - ведь не было в мире никакой иной силы, способной вырвать из недр природы объяснение ее загадок и тайн.

А те опасности, которые неминуемо должны были встать на пути подводного гиганта, разумеется, не могли поколебать творческую волю и энергию советских людей.

В числе великих задач, поставленных перед «Октябри-дом», значилось и первоочередное задание - продемонстрировать перед всей мировой общественностью мирные стремления Советского Союза. В качестве неопровержимого доказательства мирной политики страны Советов, октябридцы должны были, при помощи богато и разносторонне организованных выставок, развернуть перед всеми народами мира картину великих строек коммунизма, достижений передовой советской техники, изобилия сельскохозяйственной и промышленной продукции, обеспеченного труда и счастливой, культурной жизни советских людей.

Люди советского подводного города, полные уверенности в своих силах, уже знали, что им предстоит проникнуть в ледяное царство Антарктики. Решено было воздвигнуть в центре антарктического материка величественный монумент в память прославленных русских мореходов-первооткрывателей, за целый век до нашего времени с неимоверным трудом добравшихся до Антарктиды и изучивших ее побережье.

В программу этого первого рейса подводного города включалось и особое задание в Антарктике: «Октябрид» должен был забрать внутрь своей исполинской брони действовавшую в антарктических водах китоловную флотилию и перебросить ее целиком - с людьми и судами - в лоно отечественных вод.

На материке же Антарктики должна была остаться особая группа октябридцев, возглавляемая Карпом Карповичем Фроловым. Фролов - энергичный и бывалый человек лет пятидесяти - большую часть своей жизни ученого посвятил изучению арктических просторов. Мечтой ученого-поляроведа было - применить полученные им огромные знания и опыт в деле изучения самого южного и все еще остающегося неизведанным материка земного шара.

Благодаря «Октябриду» эта давнишняя мечта его становилась осуществимой, и Фролов со своими двадцатью сотрудниками радостно готовился к зимовке в Антарктиде. Все было тщательно продумано и подготовлено для того, чтобы облегчить членам антарктической экспедиции и сносные условия существования, и благоприятные возможности для комплексного изучения неизведанного материка. Никакие стихии и опасности, которыми могла встретить отважных исследователей Антарктида, не должны были быть страшны им.

Экипаж «Октябрида» окружил участников полярной экспедиции такой любовью и заботой, какою пользуются со стороны товарищей истинные герои накануне предстоящего им боя с сильным и беспощадным врагом.

РАЗМЫШЛЕНИЯ В НЕБЕСАХ

Следствие по делу Жабова было закончено.

Для Дерягина оно знаменовало значительную победу. Ею завершалась борьба, которую он начал еще накануне Октябрьской революции. И в то же время дело Жабова было последним делом Дерягина на этом поприще его деятельности, ибо, как известно, Илья Дерягин - сын крупного физика-революционера Григория Сапатина - силою сложившихся обстоятельств оставил некогда научное поприще, чтобы посвятить себя делу охраны Родины. Но в глубине души он всегда оставался ученым, внимательно следил за всеми достижениями науки, не теряя все же надежду рано или поздно вернуться снова к любимой научной работе. Ему неоднократно и настойчиво предлагали оставить военную службу и посвятить себя науке. Но Дерягин всякий раз упорно отказывался, не желая оставить неразрешенной поставленную перед собой задачу: ведь у него, помимо всего прочего, были и собственные счеты с классовым врагом, который, в числе многих других передовых деятелей науки, погубил и его отца.

В этом году исполнилось тридцатилетие его военной службы. Окидывая мысленным взором свою жизнь, Дерягин приходил к заключению, что поработал он неплохо. Он действительно с полным правом мог считать себя бдительным стражем советской науки. Не случайно же Родина послала его на остров Таймыр, где подготовлялись столь крупные и значительные события в области отечественной науки и техники.