Читаем Письмо полностью

Письмо

Такси летят в сырую мглу,Торопятся листва и люди,А встречный ветер на углуИграет на пустой посуде.И с мешаниною в мозгу,Как на постылую работу,Я еду к женщине в субботуЧерез огромную Москву…

ТОВАРНЯК

Как горько сознавать: тебя никто не любит,Как страшно одному — на остром сквозняке…Солома шебаршит, и хваткий ветер лупит,И бочка — ходуном в пустом товарняке.Качаются, скрипят продутые вагоны,Колёса в темноте разматывают нить.Любви, причём большой, желают миллионы,Никто не хочет сам кого-то полюбить…

«Я не спешу. Мне некуда спешить…»

Я не спешу. Мне некуда спешить.Листвою шелестит ночное лето.Зачем воспоминанья ворошить,К чему всё это?..Припоминаю дни и города,И письма, что остались без ответа.Прогнувшись, убегают провода,К чему всё это?..О узкое, о тусклое и стольБессмысленное преломленье света!..Зачем на раны посыпаю соль,К чему всё это?..Исчезло ощущение души,Шипя в канаве, гаснет сигарета.Глухие окна, парки, гаражи,К чему все это?..Над головой горит ночной неонИ Лета протекает через лето,Смывая начертания имён,К чему всё это?..Под лёгким ветерком уводит в кренЛиству, что ждёт июльского рассвета,Но не смолкает горестный рефрен:К чему всё это?..

1979

«Не страшно сознаться, что пыл…»

Не страшно сознаться, что пылУгас, как светило — в овраге.Не страшно признаться, что пыль —Сукном на рабочей бумаге.Не страшно, споткнувшись у скал,Сказать: «Насмотрелся — и баста!..»Не страшно подумать — устал…И вспомнить про Екклесиаста.Не страшно, но только одинС душой, что знобяще тревожит,Ты будешь дрожать, и ватинСогреться тебе не поможет.Не страшно, но только урод,Вдев ногу в железное стремя,Летит, и скрипит поворотСпины, раздвигающей время.Не страшно, но только в упорСо смертью, уже без обмана,Как раненый тореадорТы встретишься mano o mano[4].

1994

9
Из цикла
«ОСЕННИЕ ЗАМЕТКИ»

«В осеннем парке мечется Борей…»

В осеннем парке мечется Борей,Пестрит в глазах от жёлтой круговерти,Ложащейся к подножью фонарейВ глухом порыве коллективной смерти.Сдувает поколение с берёз,И мы, бренча монетами в кармане,Выходим на медлительный откос,На музыку в кочующем тумане.Что значат наша долгая любовьИ романтизм души, почти ребячий,Пред этой силой, холодящей кровь,Пред облаками над рекой рябящей?..Что поздняя хвала и похвала? —Они не стоят ничего ей-Богу,Как серая халва и пахлава,Досаду вызывая и изжогу.Но за кустами издали виднаДощатая площадка мокрой сцены.На ней мы выпьем горького вина,Ещё не вечер, мой дружок бесценный!..