Читаем Письмо полностью

И куда бы ни ехал, куда ни спешил бы отныне —Ощущенье вины подавляет тебя изнутри.И пора позабыть о своей чистокровной гордыне,Позабыть хоть на день, хоть на год, хоть на два, хоть на три…А возница опять нажимает шальную педаль,И скрипят тормоза, проверяя изгиб поворота.Налетает снежок, подмосковную зябкую дальОживляет солдатик с развёрнутым красным флажком.Переходит дорогу из бани спешащая рота,И душе тяжело состоять при раскладе таком…

6

И душе тяжело состоять при раскладе таком,Где тепло очага охраняет незримая ВестаИ стоит, среди прочих, недавно построенный дом,Но в квартирном быту для тебя не находится места.Разорвать бы пространство, его заколдованный круг,Нескончаемый круг, из которого вырос и вызрел!..Мимолётная жизнь, как метафора наших разлук,И судьба одинока, как дальний охотничий выстрел.И куда убежишь!.. Пожелтели твои перелески,Промелькнула церквушка, со стёкол стекает вода.И пространство летит, и туман опустил занавескиНа осенний пейзаж, и дороги — куда ни вели бы —В эти тусклые дни возвратятся с тобою туда,Где семейный сонет исключил холостяцкий верлибр…

7

Где семейный сонет исключил холостяцкий верлибр,Там округлая форма реки, заточённой в трубу.И по ней не плывут корабли, а ленивые рыбыНе стоят косяком, на крючок направляя губу.И течёт твоя кровь, в темноте замедляя движенье,По гармошкам бормочет стоящих в дому батарей,И семью согревает железное кровоснабженье,Целиком поглощая все замыслы жизни твоей.И уже не хватает ни правды, ни слов, ни тепла,Ни тревожной надежды, ни тайны, ни внутренней силы,Хоть в горячих потёмках сошлись и совпали тела,Хоть любовь замерцала в остывшей золе угольком…Но приходит пора, когда быть молодым — некрасиво,И нельзя разлюбить, и противно влюбляться тайком.

8

И нельзя разлюбить, и противно влюбляться тайком,И с подружкой под ручку спешить переулком холодным,И давиться любовью, как послевоенным пайком,Но, вкусив молодой поцелуй, оставаться голодным.И поспешно одевшись, сказав на прощанье: «Мерси»,Убегать в никуда, растворяясь в осеннем тумане,И, поймав на пустынной дороге пустое такси,Озираться опасливо, словно Печорин в Тамани.А вокруг темнота. Только лист вдоль дороги шуршащий,Только ветер, шумящий в шатрах облетающих крон,Да предутренний голос, усталой душе говорящий,Что любви не догнал, не схватился рукою за стремя…Кто бы ни был попутчик — шофёр или пьяный Харон,По дороге в Загорск понимаешь невольно, что время…

9

Перейти на страницу:

Похожие книги

Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Дон Жуан
Дон Жуан

«Дон-Жуан» — итоговое произведение великого английского поэта Байрона с уникальным для него — не «байроническим»! — героем. На смену одиноким страдальцам наподобие Чайльд-Гарольда приходит беззаботный повеса, влекомый собственными страстями. Они заносят его и в гарем, и в войска под командованием Суворова, и ко двору Екатерины II… «В разнообразии тем подобный самому Шекспиру (с этим согласятся люди, читавшие его "Дон-Жуана"), — писал Вальтер Скотт о Байроне, — он охватывал все стороны человеческой жизни… Ни "Чайльд-Гарольд", ни прекрасные ранние поэмы Байрона не содержат поэтических отрывков более восхитительных, чем те, какие разбросаны в песнях "Дон-Жуана"…»

Джордж Гордон Байрон , Алессандро Барикко , Алексей Константинович Толстой , Эрнст Теодор Гофман , (Джордж Гордон Байрон

Проза для детей / Поэзия / Проза / Классическая проза / Современная проза / Детская проза / Стихи и поэзия