Читаем Письмо полностью

И пусть я не кумирДля милых, а поклонник,Который «ничего»,Который «всё равно»,Кладу, пока темноЦветы на подоконникИ помогает мнеПриятель Сирано…1975

НИНА

1

Есть женщины,С которыми лежатьВ постели —Бесконечное блаженство.Они не для театров и беседНа, якобы, возвышенные темы.Их свитера, и юбки, и пальтоВульгарно-противоречивы.С нимиВсегда чуть-чуть неловко,Но когдаОдна из этих чувственных особ,Решив отдаться,С грацией кошачьейМедлительно выходит из бельяИ выпускает груди,Как пружины,Стеснённые обивкою дивана,И непременно в трусиках ложится,Чтобы ещё немного потомить,То понимаешь:Этих женщин портитСтыда и моды пышный камуфляж,Что ты сейчас ослепнешь…Нина С.Была из этой сладостной породы,У коейМежду телом и бельёмВсегда и неожиданность, и тайна,Которую не осознать…А так,Какая в Нине тайна?Ну, росла,Ну, в институт ходила,ИзучалаЯзык английскийИ мечтала встретитьВысокого брюнета на Арбате,А встретила меняИ увлеклась…Но ненадолго,Я же — навсегда,Поскольку не могу понять секрета…1977

2

Напрасно ищуНачало нашей весныВ бесцветных глазахХозяйки магазина,Торгующего свёклой.Неужто любвиНе было и в помине?..И что общегоУ тебя с этой тёткой,Кроме паспорта, Нина?!1992

«„No smoking!“ И поплыло прочь…»

«No smoking!» И поплыло прочьПространство чёрное, как сажа.И самолёт рванулся в ночь,Изнемогая от форсажа.Поправив привязной ремень,Он думал: «Скоро буду дома…»Остались под крылом ТюменьИ угольки аэродромаГуденья стелющийся звукСлегка давил на перепонки,И он решил вздремнуть, но вдругУвидел женщину в дублёнке.Она сидела впереди,С ней под руку — майор в шинели…И что-то дрогнуло в груди,Как будто запахом «Шанели»Неуловимым, как веснаВ начальном робком варианте,Пахнуло в душу, и ни сна,Ни высоты, —                    лишь на верандеПод ослепительной лунойКогда-то целовались двое…В другом краю, в стране инойМогло произойти такое.И разом вспомнились емуЗаезженная на рефренеПластинка и дома в дымуЦветущих яблонь и сирени…Но, снявши головной убор,Вся развернувшись волосами,Смотрела женщина в упорНеузнающими глазами.А он зажмурился, грустяПо той подруге лучезарной.Лицо — семнадцать лет спустя —Пугало яркостью базарной.В салоне приглушили свет,И он подумал: «Где мы, кто мы,Когда иных на свете нет,А эти просто не знакомы?..»1984

ТЕЛЕФОННЫЙ РАЗГОВОР

Перейти на страницу:

Похожие книги

Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Дон Жуан
Дон Жуан

«Дон-Жуан» — итоговое произведение великого английского поэта Байрона с уникальным для него — не «байроническим»! — героем. На смену одиноким страдальцам наподобие Чайльд-Гарольда приходит беззаботный повеса, влекомый собственными страстями. Они заносят его и в гарем, и в войска под командованием Суворова, и ко двору Екатерины II… «В разнообразии тем подобный самому Шекспиру (с этим согласятся люди, читавшие его "Дон-Жуана"), — писал Вальтер Скотт о Байроне, — он охватывал все стороны человеческой жизни… Ни "Чайльд-Гарольд", ни прекрасные ранние поэмы Байрона не содержат поэтических отрывков более восхитительных, чем те, какие разбросаны в песнях "Дон-Жуана"…»

Джордж Гордон Байрон , Алессандро Барикко , Алексей Константинович Толстой , Эрнст Теодор Гофман , (Джордж Гордон Байрон

Проза для детей / Поэзия / Проза / Классическая проза / Современная проза / Детская проза / Стихи и поэзия