Старина! Как ты сюда попал?В дупле или в развалинах всю зиму,Как ласточка, отсиживался ты?Где пропадал ты?
Лечер
Я ходил за плугом.
Уайлдбрейн
За плугом?.. У тебя же нет поместья.Ты воровством живешь.
Лечер
И то не худо.
Уайлдбрейн
Ну, не скажи! Ведь ты имел когда-тоПять сотен фунтов в год.
Лечер
Доход мой сгинул.Оставим это. Снова повторяю,Что равными природа сотворилаВсех чад своих, равно их оделив,Но труд ей навязал свои законы,Которых я не признаю, — и людямС тех пор все привилегии даютсяПо их так называемым стараньям.Да это ж узаконенный обман!Дозволенная плутня! Мой сосед,Хоть он под стать талантами лакеюИ конюху душою, получаетДохода сорок тысяч фунтов в год,Я ж — пять грошей. А по какому праву?
Уайлдбрейн
Вновь та же песня!
Лечер
По какому правуНотариус ничтожный, не сумевшийНи путной строчки в жизни написать,Ни совершить достойного поступка,Ни так вести дела, чтобы ониНе делались noverint univers!,[271]Все больше богатеет, я же — нищий?Подумать только, по какому правуСапожник-прощелыга в состояньеДочь выдать за богатого купца,Пять тысяч дав за ней? Где справедливость?Ужель из-за того, что он здоровИ может на гроши кормиться месяц,Чтоб деньги сэкономить на еде,Я должен голодать?
Уайлдбрейн
Не возмущайсяТем, что не можешь изменить. А еслиНад всеми ты тиранствовать намеренИ грабить всех решил, то берегись,Чтоб не поймало правосудье в петлюТакую дичь, как ты.
Лечер
О, я не вальдшнеп!Грош тем цена, кто, убоясь волков,Не ходит в лес. Меня никто не словит.А ты все тот же юбочник?
Уайлдбрейн
Конечно:Ведь волокитство не грозит петлею...
Лечер
Но кое-чем похуже — нищетой.Коль на одной в тебя влюбленной девкеТы поживишься, станут сотни женщинОщипывать тебя, — вот твой удел.А потому держись одной — лишь этимИскупишь ты свои грехи, чтоб местоВ чистилище, а не в аду обресть.За всеми не гоняйся иль погибнешь.
Уайлдбрейн
Пустое! В ремесле таком я докаИ шевелю проворнее мозгами,Чем ты в карманах пальцами. Я знаю,Что на любовной ниве с меньшим рискомИ с большею приятностью могуСнимать обильный урожай... А где жеТвоя сестра?
Лечер
Мне это неизвестно.Она глупа, как курица, иначеТы уж давно бы ощипал ее.Пускай она провалится подальше!Я думать не хочу об этой дуре.Она меня не слушалась, и яРасстался с ней.
Уайлдбрейн
В нужде ее оставив?
Лечер
Я дал ей все, что было у меня.Ей, видишь ли, приятней жить в деревне.Теперь она, наверно, наняласьМолочницею к фермеру. Ей-богу,Я у нее, коль по дороге с рынкаС корзинами она мне попадется,Всю выручку за масло отберу.
Уайлдбрейн
Ужель сестру родную ты обчистишь?
Лечер
Пусть рассчитается со мной за яйцаИ за сыры...
Уайлдбрейн
А хороша девчонка!Красотка!.. Мне сдается, старый ОлграйпЛюбил ее.
Лечер
Меж ними что-то было.Но слишком он умен, чтоб с ней связаться.Брось говорить о ней.
Уайлдбрейн
А где же, Том,Твоя милашка?
Лечер
Там, где ты не сыщешьИ не нащупаешь ее. Не выйдет!Я выбирал ее не для тебя.
Как ни хитер судья,Я с ним увижусь до того, как сдохну.
Уайлдбрейн
На этой свадьбе ты погреешь руки:У нас есть много дорогих вещейИ серебра.
Лечер
Себе в ущерб не действуй.Сдается мне, ты б этот брак расстроил,Завись то от тебя. Пока прощайИ не болтай о нашем разговоре.
Лечер уходит.
Входят джентльмены.
Уайлдбрейн
Сердечно рад вам, дорогие гости!
Первый джентльмен
Благодарю вас. — Это, сэр, племянникХозяйки здешней. Звать его Уайлдбрейн.Он сумасброд известный.
Второй джентльмен
Да, я слышал. —Скажите, рада ль юная Мария,Что обвенчалась? По душе ль ей муж?Она довольна, сэр?
Уайлдбрейн
Увы, не слишком.Она супруга еле переносит:Ведь только мать заставила ееСвязаться с этим ржавым старикашкойИ погубить свою красу.
Первый джентльмен
Но развеДрузей у Фрэнка мало?
Уайлдбрейн
Денег мало.Не может он похвастаться достатком, —И все равно его Мария любит.Дороже ей о нем воспоминаньеИ рая и богатств обеих Индий.[272]Но ей не повезло.
Первый джентльмен
Мне очень жаль!А вот и сам бедняга Фрэнк.
Входит Хартлав.
НемногоПобудьте с нами, сэр. Мы вам друзьяИ вместе с вами искренне скорбим,Как будто здесь не свадьба — погребенье.
Хартлав
Слова тут не помогут, джентльмены.Не думайте о горестях моих.
Уайлдбрейн
Не вешай нос! Не стоит убиватьсяИз-за девчонки умному мужчине!Она одна на свете иль красивейВсех остальных?
Хартлав
Прошу я — не шути.
Уайлдбрейн
А я прошу — не ной... Не разучилисьЕще любить девицы.
Хартлав
Ты нескромен.
Уайлдбрейн
Попробуй, охладей к ним — и на шеюОни тебе начнут бросаться сами.
Первый джентльмен
Идемте, милый Фрэнк, и позабудьтеО том, чего уже нельзя поправить.Хотя б для вида скройте скорбь свою,Как умным людям подобает.
Второй джентльмен
БудьтеЛишь гостем и не думайте о прошлом.
Уайлдбрейн
Прикинь-ка лучше, как судью обставить:Ведь ты же знаешь, что любим Марией.Она дичок, к которому привитьОбязан ты побег свой плодоносный,Чтоб хилый муж ее не засушил.
Хартлав
Что ж, потешайся над моим несчастьем,Хоть честный друг не поступил бы так.
Уайлдбрейн
С Марией я в родстве, я к ней привязан,И юности ее мне жаль. Эх, Фрэнк,Да я бы, прежде чем паскудник этот,Ходячий труп, у ней отнимет девство...
Вам легко —Вам горе не легло на сердце камнем.Друзья, ступайте. Появлюсь я позже,Взгляну и удалюсь.
Уайлдбрейн
Мы ждем тебя.Не унывай. Я кое-что придумал.
Джентльмены и Уайлдбрейн входят в дом.
Хартлав
Ах, выдумкой твоей тут не поможешь —Нет подлости во мне. Всему конец!Она ушла, и с ней, как сон волшебный,Ушли надежды, и мечты о счастье....Как в этом доме все весельем дышит!Как полон счастьем каждый уголок!Ужель она способна ликоватьИ требовать все новых наслаждений?О, двоедушье!.. Шум все громче, громче...Ее купило золото судьи,Которое в ней алчность распалилоИ о моей любви чистосердечнойЗаставило забыть... Но вдруг ееПринудили?.. Нет-нет, я ошибаюсь!Как я могу предполагать, что сердцемОна со мной, хоть отдана другому?
Из дома выходят леди Уин и Уайлдбрейн.
Леди Уин
Хоть он мне враг, он должен в дом войти:Негоже в день такой ему слонятьсяПод окнами.
Уайлдбрейн
Да, кликните его.
Леди Уин
Пусть позовет его сама Мария.Да, так и будет!
Уайлдбрейн
Мудрое решенье.
(Уходит в дом вместе с леди Уин.)
Хартлав
Как мне в глаза дерзнет взглянуть Мария?Ужель под чистотою скрыта ложь?Ужели так она ожесточилась,Что мне бросает вызов?
Входит Мария.
Вот она,Вся в жемчугах и бриллиантах, словноСосульки ледяные на нееНавешаны холодною Зимою!Как розы на щеках ее поблеклиОт немощных объятий старика!..Но говорить она со мною хочет. —Сударыня, и я вздыхать умею,Но без коварства в сердце... Из-за вас,Которой верил свято, мог бы дажеЗаплакать я, и были б эти слезыУгодней небу, нежели ваш брак.Изобретать не надо оправданий —Ведь я им ради чувств былых поверю.Ступайте и забудьте обо мнеИ бедности моей. Об этом, впрочем,Вас можно было бы и не просить:Вы все прекрасно сделаете сами.Но помните, Марию я любил,Любил всем сердцем. Что ж вы отвернулись?Не лейте столько слез — вы слишком щедры.Ступайте, веселитесь. Я же будуПо-прежнему служить вам до концаМоей теперь уже недолгой жизни.
Мария
Фрэнк, умоляю выслушать меня.Я выдана родными против воли.Теперь, когда все кончено, осталосьИ вам и мне вести себя достойно.Что б ни случилось, я любить вас буду,Хоть уз священных и не опозорю:Лишь вы избранник мой, муж — мне навязан.Вы говорите: жить недолго вам.Я тоже не навеки вышла замуж.Брак мне одну лишь радость дал — напомнил,Что смертна я и проживу на светеНе дольше вас, иначе я была быНесчастна безгранично! Ни довольство,Ни золото, что мне дает старик,Мне счастья не заменят. Ну, идемте!День нынешний объявлен днем веселья —Так будем же хоть с виду веселы.Я вам клянусь вот этим поцелуем,
(целует его.)
Что я умру, как вы, хоть жить должна,Как муж прикажет.