Читаем «Песняры» и Ольга полностью

Подали трап, в самолет вошли четыре человека и, переговорив о экипажем, удалились. После этого наш самолет отбуксировали на другую стоянку. Артисты же подбежали к стюардессе выяснять, в чем дело. Вы­яснилось, что вслед за нами в Нью-Йорк, на сессию ООН, летел министр иностранных дел СССР А. А. Гро­мыко, и диспетчер перепутал самолеты.

Пройдя таможенный контроль, мы отправились в гостиницу на автобусах. Едем, а по обеим сторонам дороги - большое кладбище, и конца-краю ему не видно При въезде в пригород Нью-Йорка нас встретила огромная реклама Тома Джонса. Въехали на Медисон-сквер и остановились перед отелем в трвдцать этажей под названием «Рузвельт».

На следующее утро после завтрака мы отправились на репетицию в театр «Маджестик» - он находится на Бродвее между 43-й н 44-й авеню. В течение двух часов репетировали все, кроме «Песняров» и «Ореры», потому что предоставленная нам звуковая аппаратура не соответствовала нашим техническим требованиям.

На следующий день состоялась генеральная репетиция, на которую импресарио пригласил журналистов. Но за день до начала концертов эти журналисты напечатали отрицательные рецензии (как стало известно позже, наш импресарио просто не заплатил полагаю­щийся им гонорар в размере тысячи долларов).

Концерт открывала Нани Брегвадзе «Подмосков­ными вечерами», потом «Орера» пели несколько песен на английском языке. Вообще, концерт был построен в лучших советских традициях проведения мероприя­тий правительственного уровня. Для концерта в Мо­скве это было бы очень даже здорово. Но американскую публику вряд ли подобным зрелищем удивишь, тем бо­лее что наши костюмы и декорации не шли ни в какое сравнение с бродвейскими мюзиклами. Все было хоро­шо, музыкально, но не нужно там. Необходимо было нечто самобытное, шоу, которое было бы ни на что не похоже. На мой взгляд, именно сольные концерты ан­самблей «Песняры» и «Орера» покорили бы американ­скую публику.

Но несмотря ни на что, гастроли имели успех. После первого концерта «Нью-Йорк таймс» опубликовала хва­лебную рецензию о концерте. Всего в нью-йоркском те­атре «Маджестик» мы провели пятнадцать концертов, все концерты проходили при полном аншлаге, самые большой успех имели вокальные номера «Песняров» и «Орера».

Однако напряженная политическая ситуация, усугубленная растущей эмиграцией из СССР в США, сыграла с нами злую шутку, В то время правительство СССР заставляло отъезжающих платить по десять тысяч рублей, объясняя это компенсацией денег, затраченных на социальные нужды граждан вo время про­живания в СССР. Подобная мера не только не приостановила поток отъезжающих, а, наоборот, увеличила его. В Америке и в Европе начались массовые акции протеста в защиту эмигрантов. Акции проходили и во время наших гастролей. Для обеспечения безопас­ности во время концерта зрителей тщательно досма­тривали на предмет взрывоопасных и прочих опасных вещей, во время концерта на каждом четвертом ряду стоял полицейский...

Финальный номер нашего концерта, по замыслу партийных функционеров, выглядел следующим об­разом. Все участники концерта выстраивались в ряд по восемь человек и, размахивая флажками, под песню «Широка страна моя родная» маршировали по сцене. Естественно, это вызывало раздражение политиче­ской прессы. Почти каждый день напротив театра, где проходили гастроли, эмигранты из СССР и соцстран устраивали митинги и акции протеста, рисовали на стенах и дверях театра фашистские свастики. Не пожа­лели даже известного киноактера Юла Бринера, на его рекламном плакате изобразили свастику на лбу.

Но несмотря на все это, как уже было сказано, кон­церты проходили с большим успехом. Один из концер­тов по приглашению нашего импресарио посетил ре­жиссер студии «Коламбиа» и предложил «Песнярам» выступить в шоу Дина Мартина в Лас-Вегасе, а «Оре­ра» в шоу Фрэнка Синатры. Также он предложил обоим ансамблям записать и выпустить альбомы (диски). За все вышеперечисленное режиссер попросил гонорар тридцать тысяч долларов. Конечно, для участия в шоу и для записи дисков «Песнярам» и «Орера» нужно было задержаться в США. Участники ансамблей в данной ситуации были бесправны, решение принимала руко­водитель делегации Казанцева. Она категорически от­вергла предложение, заявив: «Вместе приехали - вме­сте уедем!»

На западном побережье США, в Лос-Анджелесе, куда по плану гастролей мы должны были вылететь после Нью-Йорка, было намечено проведение конгресса советских эмигрантов, причем в том же зале, где были намечены наши выступления. Советское посольство, вместо того чтобы помочь артистам выпутаться из сложившейся ситуации, постаралось от нас поскорее избавиться и отправить домой.

Тут, кстати, выяснилось, что «Песняры» могли бы продлить свои гастроли благодаря белорусской диаспоре, а «Орера» - в составе Государственного ансамбля песни и танца Грузии, чьи гастроли начинались в СЩА.

Но функционеры и руководство делегации категори­чески отказывали всем обращавшимся к ним с предложениями о продлении гастролей.