Читаем «Песняры» и Ольга полностью

Впервые нам довелось побывать в капиталистической стране, когда «Песняры» приняли участие в культурной программе промышленной выставки Советского Союза. Это была Федеративная Республика Германия.

В Дюссельдорфе нас поселили в шикарном отеле, хозяин которого в свое время работал представителем немецкой фирмы «Сименс» в Москве и хорошо говорил по-русски. Поэтому он доброжелательно относился к нам и разрешил пользоваться отельным сервисом на халяву. А пользоваться было чем...

Во-первых, большой бассейн с морской водой, с вышкой для прыжков и подводным массажем. Там же, не выходя из воды, можно было заказать из бара пиво или чего покрепче. Во-вторых, сауна. В-третьих, спортивный зал с тренажерами и солярием. В общем, нормальные капиталистические блага для состоятельных лю­дей.

И мы тут же отправились с дороги в сауну и бассейн. Понравилось. Потом посетили бар. Отлично...

Наутро - завтрак за счет отеля, шведский стол, с которого можно было брать любой закуски, сколько хочешь. На этой халяве лопухнулся один из представителей белорусской делегации - заслуженный артист республики, музыкант-цимбалист. Он появился, когда мы уже сидели за столами в отличном расположение духа, уже поправив с утра свое здоровье. Набрав закуски, заслуженный артист с видом победителя прихва­тил и единственный кокосовый орех, возвышавшийся на полке, думая, что всех перехитрил. Очень наш цимбалист был похож на довольного Савелия Крамарова фильме «Джентльмены удачи», когда тот захотел oпохмелиться одеколоном. Но во флаконе у крамаровского героя, напомню, оказался шампунь...

Наш цимбалист сел со своим кокосом за соседний столик и стал ковырять трофей. Но орех оказался твер­дым, чего цимбалист, видевший диковинный плод пер­вый раз в жизни, никак не предполагал. Тогда заслу­женный артист решил кокос разрезать. Но и острый нож не справился с лохматой скорлупой. После этого он стукнул кокосом по столу. Безрезультатно.

Мы перестали есть и с интересом ждали развязки. На стук появился официант, забрал кокос у цимбали­ста и вернул на витрину. Оказалось, что кокос в меню не значился и служил украшением шведского стола. Сконфуженный цимбалист не стал завтракать и ушел к себе. Правда, к обеду его настроение вновь улучши­лось, а запах русской водки, исходивший от любителя кокосов, стал еще ощутимее...

Но зря мы потешались над приключением цимбали­ста, потому что вечером сами крепко оконфузились.

Решили мы вновь посетить на халяву сауну и бас­сейн. Сказано - сделано. Сидим, как ласточки по по­лочкам, в сауне, температура приличная, пора бы остудиться в бассейне. Только собрались выйти, как заходят к нам в сауну две немецкие фемины. Мы так и остолбенели: они-то в простынях, а мы - в чем мать родила! Однако фемины, не обращая на нас внимания, скидывают простыни, забираются на полок и, обнажив свои заграничные прелести, располагаются греться.

Мы в остолбенении молча перегреваемся, но феми­ны и не думают уходить. Сидим. Кажется, что от жары сейчас кожа треснет. Первым не выдержал Саша Де­мешко. Мысленно плюнув на славянскую стеснитель­ность, встал и спокойно, как бы невзначай прикрывая ладошкой причинное место, вышел из дверей. Немед­ленно бултыхнувшись в бассейн, смелый Саша торпе­дой поплыл к другому берегу - за плавками. По-моему, он в тот раз побил рекорд Дюссельдорфа по заплыву на короткие дистанции...

Следом за Сашей помчались и мы. Натянув плавки и степенно плескаясь в прохладной морской водичке, ждем явления фемин народу: все-таки приятное предполагается зрелище - в простынях-то они плавать не будут... Но вышли женщины в купальниках, а откуда в сауне их взяли, до сих пор для меня остается тайной. Эти купальники больше походили на набедрные повязочки.

Пока слегка одетые фемины плескались в бассейне, мы решили быстренько погреться в сауне и до их прихода смыться вообще. На всякий случай плавки снимать не стали. И правильно. Не успели мы как следует на­греться, как в сауне вновь объявились обе нимфы. Они вошли уже в простынях, разговаривая и посмеиваясь, но увидели нас - и тут же повернули обратно. Мы с облегчением вздохнули, прогрелись, искупались и ушли.

На следующий день руководитель нашей группы сделал нам выговор. Оказалось, что дюссельдорфские русалки все-таки нажаловались на нас хозяину отеля. И знаете за что? За то что мы зашли в сауну в сырых плавках и повысили тем самым влажность! Нет, не по­нять нам было тогда этот капитализм...

Но вернемся к творчеству. Ведь в Дюссельдорф мы приехали не париться и плавать, а участвовать в куль­турной программе промышленной выставки Совет­ского Союза. Каждый раз, когда подобная выставка проводилась где-нибудь за рубежом, одна из союзных республик получала на ней павильон и представляла там свою продукцию. На этот раз честь представлять СССР выпала Белоруссии. Мы же должны были вы­ступать перед посетителями белорусского павильона. Кроме «Песняров», в концертах участвовали несколько пар из Белорусского ансамбля танцев и музыканты из оркестра народных инструментов (оттуда был и цим­балист - любитель кокосов).