Читаем «Песняры» и Ольга полностью

Под второй тост принесли следующее блюдо, затем - третье, четвертое... Еда уже стояла где-то на полпуть от желудка к глотке, но - чудо! Аппетит не проходил. Чтобы всего попробовать, не обидев хозяев, пришлось много пить.

Тут нам предложили сделать перерыв и принять родоновые ванны в источниках неподалеку. Мы с удовольствием искупались в какой-то странно приятной холодной воде, и всю тяжесть как рукой сняло.

Снова присели у ковра, чтобы принять «на посошок» (ведь скоро - первый концерт), и вдруг нам объявляют: «А теперь будем есть бешбармак!» Наши вытянувшие­ся физиономии немало озадачили хозяев.

На ковер вынесли блюдо невероятных размеров, в котором уместилось все содержимое казана.

Я до сих пор не знаю, из каких компонентов, кроме мяса нежного барашка и лапши, была приготовлена эта вкуснота, но то, что мы раньше считали бешбармаком, походило на оригинал так же, как селедка на молоко.

Уезжать и работать уже не хотелось. Хотелось растя­нуться на чудесном ковре под шатром векового дерева и подремать этак минут пятьсот. Но впереди были три концерта подряд и десятки тысяч ожидающих «Песняров» зрителей. А это - святое. И через два часа мы уже стояли на сцене - бодрые и отдохнувшие, несмотря на все съеденное и выпитое. Концерты, как всегда, прош­ли «на ура»...

Кроме концертов мы постоянно репетировали но­вую программу. Так было и во Фрунзе, и в Алма-Ате. Готовили новую песню «Перепелочка». Сначала хотели петь без инструментов, а капелла, но потом решили сделать серьезную музыкальную композицию.

Из Алма-Аты нам предстояло ехать на Байконур, в город космонавтов Ленинск. Очень хотелось устроить премьеру «Перепелочки» именно там, поэтому репети­ровали даже ночами. И успели.

Ленинск - город небольшой, но очень красивый и зеленый. Оазис в пустыне. Нас там ждали давно, по­этому и пробыли мы несколько дней. Встречались с ветеранами и теми, кто только готовился к полетам, побывали на космодроме, хотели посмотреть своими глазами на запуск космического корабля, но нас отго­ворили, потому что после этого мы стали бы невыезд­ными. Самое главное - мы узнали много интересного, о чем простые смертные тогда и не подозревали. Осо­бенно потряс памятник в Ленинске: стела в виде раке­ты, а вокруг - фигуры космонавтов, погибших во время первых космических стартов еще до полета Юрия Гага­рина. Для нас это был шок...

Из Ленинска мы увозили разные сувениры. Скрипач «Песняров» Чеслав Поплавский решил привезти в по­дарок своей теще баночку байконурских... скорпионов. Покуда он их вез, одна половина скорпионов сожрала другую. Куда Чеслав потом подевал остальных, неиз­вестно, но его теща осталась жива.

Из Байконура мы переехали в Душанбе, где нас ожидало непредвиденное ЧП. Во время концерта в компози­ции «Ванька-встанька» - о борьбе русских с ханом Баты­ем - в самый кульминационный момент, когда грохнули ударные и шарахнула бас-гитара, сцена вдруг закача­лась, а зрители вскочили со своих мест и бросились на выход. «Ничего себе эффект!» - не успел подумать я, как наш администратор замахал из-за кулис руками и заорал: «Бегом! Землетрясение!» В то же мгновение мы увидели, как по стене зала пошли трещины, и ретиро­вались со сцены. Концерты были отменены, но ни ап­паратура, ни инструменты, слава Богу, не пострадали.

БЕСПЛАТНЫЕ КАННЫ

К 1975 году ансамбль «Песняры» выпустил около 45 миллионов пластинок. В Каннах ежегодно проводился фестиваль «Медем», на который приглашались испол­нители, выпустившие в своей стране наибольшее ко­личество пластинок. Здесь же была биржа артистов - в Канны приезжали менеджеры со всего мира за новыми именами, заключались контракты, организовывались турне.

От Советского Союза на этот фестиваль тогда по­ехали «Песняры», Алла Пугачева и трио «Ромэн». По каким-то причинам не выпустили аккомпанирующий состав Пугачевой (тогда это были «Веселые ребята») и аккомпанировать ей пришлось «Песнярам».

Из Москвы мы прилетели в Париж, в аэропорт Шарль де Голль. Улетать в Канны предстояло через пять часов из аэропорта Орли.

В Канны добрались по нашим понятиям поздно - около 11 часов вечера. Но там жизнь только начина­лась. Нам сразу расхотелось спать. Еще бы! В Москве минус 28 градусов, а здесь плюс 18, прекрасная набе­режная, Средиземное море плещется под окнами го­стиницы! Правда, ни в одно из многочисленных кафе мы зайти не могли: не было денег, суточные выдали только на следующий день. Но, скинув зимнюю одеж­ду, мы все-таки вышли из гостиницы и попали в за­граничный мир сверкающих реклам и иллюминации. В настоящем море тоже хотелось искупаться, но реши­ли это дело пока отложить: завтра предстояло много работы...

Однако ожидание затянулось. На следующий день нас привезли в «Сервис-Мидэм» - большой трехэтажный особняк со множеством больших и маленьких залов, с буфетами и игровыми автоматами. В каж­дом зале стояли цветные телевизоры, по которым крутили музыкальные программы - и джаз, и рок, и поп-музыку... Информация не умещалась в голове. Зато можно было хорошо отдохнуть и развлечься, чем участники фестиваля и занимались.