Я медленно пью пиво из бутылки, снова отыскиваю свой джоинт в пепельнице. Путеводитель по подворотням потихоньку приобретает форму в моей голове. Каждый квартал, каждый район Панамы имеет свою изюминку, свою среду, свои делишки. Я думаю, что посвящу каждому району одну главу. Например, Глава 1 – Пигаль, бары с проститутками, клубы и секс-шопы. Жаль, что Дины больше нет рядом, чтобы помочь мне, но я всегда могу порасспрашивать Баккари, Драгана, девчонок из Nasty и владельца «Сексодрома». Глава 2 – бомжи, собирающие всякий хлам, молдаване и бродяги с площади Нации. Глава 3 – токсики Северного Парижа. Глава 4 – фашисты с левого берега. По этому вопросу завтра у меня встреча с моим приятелем Себом, а Азад пообещал скоро отвести меня в сквер Вильмен. Глава 5 – Маленький Кабул.

Оставив пиво на журнальном столике, я беру куртку и натягиваю ее. Мне нужно немного проветриться, погулять пешком по улицам XVIII округа, выпить кофе или чаю, посмотреть на людей. Я выхожу из квартиры и спускаюсь по подъездной лестнице, здороваюсь с соседями с пятого этажа – пакистанской семьей, недавно переехавшей в наш дом. Спустившись на первый этаж, я подбираю с пола шприц и выбрасываю в мусорную корзину в холле. Вот из-за такой тупости какой-нибудь ребенок когда-нибудь уколется и подхватит вирус.

Я выхожу из здания в тот момент, когда проезжают мусорщики, и замечаю знакомую рожу, стоящую, словно столб, на тротуаре с противоположной стороны. Я не сразу узнаю этого типа – наркомана с дредами, который хотел ограбить меня в подъезде какого-то дома у ворот Шапель в ту ночь, когда я слонялся по царству наркоманов с братом Баккари. Нарик разглядывает меня, не двигаясь. Я спрашиваю себя, помнит ли он меня. Не думаю, у нариков короткая память.

Я иду своей дорогой.

«Парижский Безбар, ты знаешь этот бульвар»[33].

Я захожу в булочную по улице Шартр и заказываю чашку чая с мятой, благодаря такому напитку уже после двух глотков можно заработать себе диабет. Твою мать, как же арабы тащатся от сахара!

Рынок «любой товар за один евро» открывается через час, но под воздушным метро уже бардак: грузовики, припаркованные на бордюре, унесенные ветром картонные коробки, валяющиеся на бульваре поддоны. Барбес – это сплошной хаос под открытым небом. И я даже не заикаюсь о воровском рынке. В этот необъятный притон без крыши сбегаются карманники и воры, бомжи, собирающие все, что можно сдать, цыгане и горемыки, продавцы подержанных трусов, кальсонов и носков. Там, неподалеку от магазина «Тати», ты сможешь откопать новый телефон, компьютер, шмотки, электронную технику для дома и даже почти что неиспорченные йогурты. Все продается и все покупается на Земле мошенников. Вдоль бульвара Шапель и у выхода из метро ты также встретишь продавцов контрабандных сигарет, которые, как правило, привозят из Магриба. Одна упаковка стоит четыре евро пятьдесят сантимов. Советую тебе поискать эту сумму без сдачи, прежде чем протягивать бабки, а еще проверить происхождение сигарет, если не хочешь курить гнилое сено. Если сигаретки привезены из Восточной Европы, ты просто обожжешь себе горло.

Мне непременно нужно будет детально описать район Барбес – Шапель в своем путеводителе.

Я забираю свой чай с прилавка, расплачиваюсь с хозяином и устраиваюсь снаружи за столиком. Высокий рыжеволосой парень в джеллабе заходит в булочную. Я часто вижу его здесь, но этот тип никогда меня не замечает. Наверняка для него я слишком неправильный безбожник: слишком легко спалить меня благодаря обкуренной роже и мешкам под красными, обдолбанными глазами. Я прикуриваю, обмакиваю губы в чай и опять замечаю типа с дредами, стоящего перед мусульманским мясным магазином. Наши взгляды пересекаются, и наркоман поворачивает голову в другую сторону как ни в чем не бывало. Черт, честное слово, этот козел выслеживает меня! Что ему от меня нужно, сука? Не нравится мне это.

Бросив свой чай, я поднимаюсь с места и валю из булочной, проходя мимо туристического агентства Air Deblè, офиса Step et Ego[34] и неработающего хаммама. Так я сразу пойму, идет ли за мной эта сволочь. Я перехожу через мост Шапель, оглядываюсь чуток назад, чтобы оценить ситуацию: твою мать, да этот мудак и вправду следит за мной.

– Зарка, чтоб тебя, смотри вперед, когда идешь по улице!

Азад. Я чуть не врезался в него.

Растаман проходит мимо нас с опущенной головой, типа так его никто не заметит. Сволочь! Весь на нервах, я сжимаю кулаки и обрушиваю на него пламя своего гнева:

– На тебе, сукин сын, вали отсюда! Что, думаешь, я тебя не спалил, не вижу, что ты выслеживаешь меня, как шлюха?

Все это слишком странно… Бля, что ему от меня надо?

Глава 14. Левый берег: фашистская сеть

Улица Гренель. Я прохожу мимо London Styl' – любимого бутика Себа, поворачиваю на улицу Виолет и после на улицу Судьи, чтобы оказаться у дверей «Веера»[35].