Читаем Нун (СИ) полностью

Никакой это не арабский и не ливийский след. Не при чем тут ни Момбаса, ни Матади, ни старухи-ведьмы с черной кожей, ни Суддеш и его коллеги. Даже бенинские вудуисты не при чем, а уж страшнее их Имс не видал.

Имс никогда не позволял глупому «Не может быть!» рушить логические выводы. Действительно, какой же ты дурак, Имс. И это тебя для чего-то там избрали? Такого непроходимого тупицу? Все ведь так просто.

Игра эта называлась у кельтов «нун».

Этим вечером они с Пашкой успели сыграть еще три партии, и с большим вдохновением. Имс выиграл две.

Глава 7

Во сне он бежал рядом с той самой адской черной собакой, и выглядеть менее уродливо она не стала. Однако Том теперь чувствовал себя совершенно спокойно.

Собака вела его куда-то, куда – Том пока не знал, но был уверен, что очень скоро цель ему откроется, и поэтому просто наслаждался бегом, похожим на полет. Вокруг было сыро, и он снова чуял характерный болотный запах, но очень быстро пес увел его прочь от болот, минуя темные деревеньки и густые перелески, сырые от тумана луга и скалистые участки, где под ногами хрустела каменная крошка. Они вместе неслись, не касаясь земли, вдоль озера – в его гладкой воде отражался пейзаж, которого не существовало на берегах: не пустоши, а города, все в огнях, и высокие замки. Тому даже показалось на миг, что он слышит звуки волынки, танцев и веселья.

Наконец они достигли череды нескольких одинаковых по высоте холмов и спустились в овраг между ними, заросший травой, и тогда пес сел и снова, как вечером в лондонском дворике, завыл, а потом опрометью кинулся в темень, только трава хрустнула.

И тут перед Томом медленно открылся, будто бы разъехался в стороны, один из холмов. Оттуда выбежало несколько юрких синих ящериц, и он увидел слабое сияние в глубине. На это сияние и пошел, но не успел сделать даже трех шагов, как услышал то ли шепот, то ли шелест. И замер.

– Постой, – прошептала ему темнота. – Не ходи туда, подожди.

Том медленно повернулся – у огромного дерева, наполовину скрывшись в его черной тени, наполовину подставившись белому, как молоко, лунному свету, стоял сухой согбенный старик в плаще. Волосы у него были длинными, но не белыми, как ожидал Том, совсем было настроившись на сказочный лад, а темными.

Тому не надо было слишком присматриваться, чтобы понять, кто это. Печать на груди тут же начала пульсировать, и Том против воли потер ее сквозь одежду. Он очень надеялся, что в этот раз обойдется без золотых ножей, гаррот, топоров с резными рукоятями и прочих затейливых атрибутов убийств, которыми любили пользоваться при случае друиды.

Старик повернулся к нему и взглянул знакомыми желтыми – хотя нет, теперь уже вовсе незнакомыми, и не желтыми, а пронзительно золотыми глазами. Коллинз смотрел на него и не мог оторваться, и вдруг до него дошло, что, как тогда в китайской чайной, лицо перед ним незаметно трансформировалось.

Теперь перед Томом стоял и не старик вовсе, а зрелый мужчина. Еще секунда, и он стал совсем молодым. Теперь уже темные и густые волосы не казались неуместными в его внешности, сутулым и иссохшим он тоже больше не выглядел – спина выпрямилась, и казался теперь он просто худым, тонким, натянутым, как струна. Высокие скулы выделялись резкими росчерками, вообще был он тонколицый, переливающийся, как хамелеон, от нежности до жестокости в выражении черт, текучий, как ртуть, как вода, которая то и дело застывала острыми ледяными стрелами. Длинные мешковатые рукава открывали только кончики тонких длинных пальцев, а на груди висело с десяток причудливых амулетов, и все из дерева.

– Кажется, успели, – сказал друид низким звучным голосом, тоже молодым, и Том моргнул. – Совсем немного осталось времени.

– Хочешь рассказать мне эту историю до конца? – спросил Том.

– Никто не знает, каков конец будет у этой истории, – как-то тускло, снова немного постарев, сказал маг. – Тебя пробудили как раз завершить ее, так или иначе. Это попытка взять реванш, Том, причем для каждой из сторон. Ты ведь знаешь, кто я?

– Друид, это же очевидно, – нервно пожал плечами Коллинз. – Сильнейший маг, не знаю, что дальше… Бессмертный? Но бессмертных, вероятно, даже среди магов не бывает… Периодически посылающий в наше время свою голограмму? Я не знаю, какие ритуалы у вас были в ходу. Или вы уже тогда научились сжимать время? Кажется, в кельтских легендах говорится, что Дагда умел управлять временем. А то, что в стране сидов длилось один миг, на земле занимало вечность, и наоборот. В этом весь фокус?

– И в этом тоже, – даже не улыбнулся друид. – А может, в том, что я не могу сгинуть, пока не исполню свое предназначение. Я дал тебе Хранителя, но это не значит, что я не убью тебя, когда тобой завладеют сиды. Но ты должен знать правду, это стоит даже моей головы.

– Так кто же ты? – спросил Том.

– Все вы знаете мое имя, – ответил ему маг. – Оно имеет такую силу, что звук его разойдется по мирам, как круги по воде от брошенного камня. Догадаешься позже сам, Том. Нетрудно сложить два и два.