Читаем Нун (СИ) полностью

А ведь старик спрашивал его, думал ли он о женщине и ее смерти. И он действительно думал, не просто думал – а в один короткий миг страстно желал.

До прихода полицейских он сидел на кухне и рассеянно гладил кота. Тот не проявлял ни малейших признаков беспокойства, развалился у Коллинза на коленях и урчал, словно так было всегда.

Когда в доме появились чужие люди, Том даже обрадовался. Не стал смотреть еще раз на Джейн, пока ее накрывали простыней и выносили, не стал наблюдать за детективом и криминалистом, пока те осматривали гостиную и «следы неожиданной трагедии», как написали бы газеты. Впрочем, еще напишут – Раннер заметная фигура, известный ресторанный критик, не какая-нибудь там продавщица овощей.

Позже детектив остался с Томом наедине, беседовали они в кухне. Коллинз сварил ему кофе и сделал пару тостов с сыром. От детектива исходила надежность, он внушал доверие, таким людям на роду написано служить полицейскими, спасателями, пожарными. Брутальный тип, лет двадцати семи-тридцати на вид, черные волосы, густые брови, хищные черты, покрытые темной щетиной щеки и подбородок, острые скулы и светлые глаза, не то зеленые, не то голубые. Как у древних кельтов, подумалось Коллинзу. Сложен детектив был отменно, и кожаная куртка ему очень шла, хоть сейчас в эротический календарь. Только все эти вольные сравнения сбивал хмурый вид детектива – физиономия его оставалась все это время мрачнее грозовой тучи.

– Тайлер Хилл, детектив, – буркнул он, как только появился, и прошел мимо Тома, как мимо мебели.

– Тоже пишете ужасы на досуге? – деревянно пошутил Коллинз, намекая на недавно прогремевший мистический роман «Рога» авторства Джо Хилла – сына Стивена Кинга.

Но детектив, видимо, был далек от мистического фэнтези, ужасов ему хватало на работе, поэтому зыркнул непонимающе и сердито.

И вот сейчас, надо же, оттаял до того, чтобы съесть предложенный Томом бутерброд и выпить кофе.

– «Просто невероятно», сказали вы по телефону? – медленно произнес он, сверля Коллинза глазами. – Что вы имели в виду? Зеркало, по-вашему, само упасть не могло?

– На самом деле, я не знаю, – потерянно ответил Том. – Я давно не проверял крепления, но мне всегда казалось, что они держат очень прочно. Оно не шаталось никогда. Никто даже не думал, что…

– То есть вы не уверены? Штыри могли и расшататься?

Том пожал плечами.

– Сколько оно висело на том самом месте?

– Я не знаю, детектив, – честно сказал Том. – Может быть, все лет сто… Это зеркало очень, очень старое.

– Лет сто – это много, – задумчиво изрек Хилл. – Но раньше вещи делали на совесть. И все же когда-нибудь все ломается. Кто-нибудь еще имел доступ в вашу квартиру, кроме мисс Раннер?

– Ключи были только у домработницы и у нее.

– Вы подозреваете домработницу? У мисс Раннер были с ней какие-нибудь конфликты? Ну, знаете, есть такие вроде бы мелкие обиды, но их трудно забыть…

– Не думаю, – сказал Том. – Мэри очень предана всей нашей семье, она еще у моей тетки работала, которая завещала мне этот дом. Так сказать, тоже перешла мне по наследству. Да и с Джейн они виделись крайне редко.

– Тем не менее, мне нужны ее адрес и телефон, – непреклонно потребовал Хилл.

– Конечно, – согласился Коллинз и послушно продиктовал.

Хилл еще долго его расспрашивал: когда Том пришел домой, что Джейн делала в его квартире, какие у них были планы на вечер, в каких они состояли отношениях, не было ли у Джейн врагов, не замечал ли Том за ней странного поведения или вообще странных обстоятельств в последнее время.

«Разве что за два часа до случившегося я пожелал ей смерти», – вдруг горячо захотелось сказать Тому, и он уже почти ляпнул это, но в последний миг сдержался. Хилл, может, и хороший детектив, но не психоаналитик, ему ни к чему знать о вывертах подсознания Коллинза.

– Сами-то вы думаете, что это все же несчастный случай? – поинтересовался Хилл перед уходом.

Том кивнул, что он еще мог сказать? И тут вдруг ему стало так необъяснимо страшно, что он ухватил детектива за кожаный рукав, когда тот уже выходил за дверь.

– Я… я смогу вам позвонить, если что-нибудь еще вдруг случится? – сглотнув, спросил он, и Хилл как-то оценивающе на него посмотрел.

– Конечно, – кивнул он. – Для этого и я служу.

Как-то неуклюже он выразился – «служу», и Тому вдруг послышались за этими словами другие, шипящие: «Мы на страже этого мира!»…

И тут детектив сделал нечто из ряда вон выходящее: шагнул навстречу Тому и положил ладонь ему на грудь.

– Даже если ничего не случится, но у вас появится другое объяснение, пусть самое нелепое, обязательно мне сообщайте. Главное, не делайте глупостей. Помните о том, что вас держит здесь.

Еще раз кивнув, он вышел, и Том запер за ним дверь, все еще ощущая тепло ладони чуть левее сердца. Еще минуту спустя он понял, что это вовсе не тепло ладони – что-то горело и пульсировало на груди, как раз в том месте, вспомнил он, куда вонзился несуществующий золотой кинжал.

Жглось так, что он метнулся в ванную к зеркалу.